Отношение русского общества к Балканским событиям 1875-78 гг. (III)

 Отношение русского общества к Балканским событиям 1875-78 гг.

Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук  П. Мирошниченко

Том II

Книга 1

 

г. Сталино-Донбасс

 

1946 г.

 

ВОССТАНИЕ В БОСНИИ И ГЕРЦЕГОВИНЕ

Часть I, гл. I

К лету 1875 года в турецкой провинции Герцеговине, населенной славянами, вспыхнуло аграрное восстание, вызванное гне­том помещиков-мусульман, немилосердными поборами и диким гнетом турецкого государства. Это было одно из длинной цепи христианских восстаний в турецкой империи, к которым Европа уже привыкла. Пра­вительства европейских государств решили, что после очередного кровопускания восставшие возвратятся под высокую руку своего за­конного государя. Однако вспыхнув еще в мае, восстание все разгоралось не без помощи австрийского правительства, которое решило вознаградить себя на Балканах за поражения понесенные в борьбе с Германией.

В июне пожар охватил уже всю Герцеговину, затем переки­нулся в Боснию и грозил распространиться и на остальные христиан­ские провинции Турции.

Правительства зашевелились. Все заинтересованные державы считали возбуждение восточного вопроса невыгодным в настоящий момент. Кроме, может быть, Австрии. Русское правительство считало Россию еще недостаточно окрепшей для решительных действий. На вне­шнеполитические комбинации нельзя было рассчитывать, так как хотя Россия и входила в союз трех держав: Германии, Австрии и России, но именно в главном вопросе – восточном – она не могла рассчитывать на союз, так как ее главной соперницей была Австрия, которую, как видел умный (дальновидный) Горчаков, поддержит Германия.

Германия объявила себя незаинтересованной в вопросе. Австрия, если ж была заинтересована, то громко об этом не говорила. Англия была совершенно довольна положением на Востоке, а то, что ей не нравилось там, она была намерена исправлять без чужой помощи.

Франция, обессиленная франко-прусской войной, была против возбуждения всяких важных внешнеполитических вопросов.

С целью уговорить восставших возвратиться под высокую руку султана, и чтобы облегчить им это, к ним была послана в середине августа консульская комиссия великих держав. Консулы могли пообещать восставшим только посредничество. Комиссия, конечно, никакого успеха не добилась. Чтобы доказать, что он сам лучше справляется со своими делами, султан во второй половине сентября издает указ – ираде, в котором обещает прощание восставшим и некоторые «свободы». Ираде, конечно, никакого успеха не имело, так как восставшие хорошо знали его цену. По соглашению трех держав было решено, что граф Андраши, австрийский министр иностранных дел, приготовит проект реформ для христианских провинций Турции с тем, чтобы представить его султану в виде «совета» Европы.

Учитывая, что Австрия проявляет очень большую активность в таком важном вопросе для России как славянский, русское правительство, боясь остаться в хвосте событий, чтобы не быть оттесненным со своего исторического места покровителя и защитника христиан, опубликовало 17-го октября правительственное сообщение, где говорило о своих исторических симпатиях к славянам и выражало надежду на успешное разрешение их вопроса на основе европейского согласия. В сообщении подчеркивалось, что Австрия действует с полного согласия России.

Прослышав о готовящемся представлении ему «совета» Европы, султан решил опередить  его и 2-го декабря опубликовал реформы, где восставшим обещалось опять прощение, свобода религии, отмена откупов и прочие свободы.

Восставшие, конечно, и не думали принимать в серьез(всерьёз) этих новых реформ.

По соглашению трех северных держав граф Андраши взялся подготовить реформы для турецких христиан с намерением представить их султану в виде дружеского совета всей Европы, в целях сохранения Высокой Порты от потрясений, «нежелательных для всей Европы».

Андраши долго «обдумывал» проект, который был представлен только в начале января 1876 года. В сущности, проект мало чем отличался от султанского ираде, он только вводил слабые зачатки административного самоуправления славянских областей.

Сначала были слухи, что и Англия уклонилась от поддержки проекта Андраши, но потом стало известно, что и она его поддерживает. 19 января 1876 года проект был представлен. Порта такую рекомендацию всей Европы приняла. Осталось договориться с восставшими. Эта миссия была возложена на австрийского генерала Родича. Однако восставшие не согласились прекратить борьбу, так как ничего, кроме обещания, они не услышали. По русским газетам прошел слух, что Родич в разговорах с вождями восставших объяснял им, что их надежды на Россию напрасны, что реальную силу в событиях представляет лишь Австрия.

Неудавшаяся миссия Родича показала крах общеевропейских дипломатических действий.

С наступлением весны восстание снова разгорелось. Начинался новый этап справедливой борьбы славянских народов против турец­кого ига.

Такова внешняя канва хода восстания в Боснии и Герцеговине, а также дипломатической борьбы вокруг него.

Рассмотрим же отношения к событиям русской прессы и русского общества.

 КОНСЕРВАТИВНАЯ ПРЕССА

Первые сообщения о Герцеговинском восстании в «Московских ведомостях» и «Гражданине» появляются в начале июля 1875г. Всё это в большинстве перепечатки сообщений из иностранных газет, почти без комментариев. Считалось, что это один из многих бунтов, который кончится (закончится) также, как и предыдущие. Однако восстание усиливалось, и с начала августа о нем заговорили серьезно в каждом номере.

С этого времени заинтересованность в восстании растёт все больше и совсем скоро выльется в основной внешнеполитический вопрос.

И «Московские ведомости», и «Гражданин» оценивают в этот период восстание одинаково. Причиной бунта они считают непомерные налоги.

Обе газеты сочувствуют славянам. Но если «М.В.» кратко упоминают о сочувствии единоверцам, то «Гражданин» объясняет, что требования славян справедливы, так как турки не имеют права сильнейшей культуры, так как турки-варвары.*/

«Гражданин» клеймит резню возрождающихся славян.**/

«Гражданин» справедливость восстания подкрепляет тем фактом, что на стороне восставших сражаются и беднейшие мусульмане. ***/

Как видим, эти доводы в пользу восстания: варварства турок, возрождение славян, поддержка восставших беднейшими мусульманами – это доводы скорее из арсенала либера­лизма, чем нового славянфильства (славянофильства), аргументацией которого Мещерский /он задавал тон в «Гражданине»/ обыкновенно пользовался в изложении своих взглядов.

_______________________________________________________

*/ «Гражданин» 13/VII-1875 года, стр.643.

**/ «Гражданин» 31/VIII-1875 года, стр.781,782.

***/ «Гр.» 28/ХII-1875 года, стр.1274.

 

Это восстание выходит не во имя православия, а во имя презренных земных благ, во имя создания высшей цивилизации. Мещерский не мог рассчитывать на успех, выступая под своими знаменами, поэтому он и пытается приспособить для своих целей либеральную аргументацию. Лично его же очень мало интересовали и земельные наделы славян, и возрождение их цивилизации.

Симпатизируя славянам, обе газеты считали, что славянам нужно дать административную автономию. */

Обе газеты такой выход считают возможным только на почве европейского мира, европейского согласия и в целях его. **/

«Гражданин» ругает биржевиков и спекулянтов, которые распускают слухи о войне и говорит, что мир покоится на согласии шести держав. ***/

Россия никогда не стремилась ж насильственному ниспровержению Порты, пишут «М.В.» ****/

Но в то время, как в «М.В.», ратуя за европейский мир, останавливаются на этом благородном лозунге, «Гражданин» объясняет, почему Россия не может самостоятельно действовать. Россия не может отойти от европейского концерна, так как вся Европа будет против нее. *****/

« Англия хочет толкнуть Россию в войну и половить рыбку в мутной воде», – пишет «Гражданин». Поэтому издание и хочет, чтобы державы успокоили «несвоевременно возбужденный» во­сточный вопрос. ________________________________________________________

*/ “Гражданин” 24/III-1875 года, стр.764,765; “М.В.” 22/VIII,17/IХ,13/ХI

**/”М.В.” 18/Х, 22/Х-1875 года; “Гражданин” 5/X 1875 года стр.909, 910.

***/”Гражданин” 9/XI-I875 года, стр.1065,1068.

****/ «М.В.»  28/ХI-1875 года

*****/ «Гражданин» 5/Х-1875 года, стр.909,910.

 

И надеется, что эта главная задача европейского согласия будет выполнена, благодаря невмешательству Европы, так как «восставшие сами с турками не справятся». */

Поэтому газеты и стремятся совместить симпатии «к братьям-славянам» со здравой политикой»

«М.В.» с самого начала верили в возможность такого совмещения, особенно они надеялись на союз трех императоров. «Гражданин» вначале скептически относился к «европейскому согласию» и «резал правду-матку», говоря, что единство трех держав может выразиться только в их невмешательстве из-за враждебности их интересов. Ведь у Австрии есть свои славяне и нельзя решить вопрос о турецких славянах, не затронув интересов Австрии. **/

Но позже «Гражданин» изменил несколько позицию из тех же соображений враждебности держав и опасности ее для России, стал видеть опору успешных действий в восточном вопросе именно в единстве держав. ***/ А потом, когда «единство держав» дало трещину, видел залог европейского мира и успешного решения балканской проблемы в союзе трех императоров. ****/

Так консервативные газеты оценивали возникшие события и возможности их разрешения.

В середине августа «М.В.» сообщали сочувственно о намерениях консульской комиссии и напутствовали ее добрыми пожеланиями,*****/ а в середине сентября они уже без особых сожалений говорят о провале консульской миссии.******/

*/  «Гражданин» 7/IХ-1875 года, стр.806.

**/ «Гражданин» 3/VIII-1878г. стр.703.

***/ «Гp.» 9/XI-I875 года, стр.1068,

****/ «Гр.».4/XII-1875 года, стр.1205, 1206.

*****/ «М.В». 18/VIII-1875 года

******/ «М.В» 17/IХ то же самое и «Гражданин».*/

Султанский ираде в конце сентября был встречен как пустое обещание, серьезного значения ему не придавали.

Правительственное сообщение о симпатиях к славянам и единстве с Европой было встречено полным одобрением. **\

В подготовке проекта Андраши обе газеты относятся сочувственно.***/ К реформам Турции в начале декабря оба издания относятся скептически и не придают им ни малейшего практического значения, указывая на необходимость представления Турции проекта Андраши. ****/ Но уже в период ожидания представления этого проекта европейское согласие видимо давало трещину.

Австрия явно мутила воду, появились слухи об ее подготовке занятия (к захвату)славянских провинций. Англия под шумок скупила акции Суэцкого канала. Это откалывание от европейского согласия отметили газеты и относительно Австрии *****/, и относительно Англии.******/

Впрочем, это были только мимолетные тучки, происки Австрии были отнесены за счет слухов, и когда Англия поддержала проект Андраши, то это было встречено с искренним удовольствием, как признак европейского согласия. *******/

——————————————————–

*/ «Гр.» 21/IХ-, стр.840,850

**/ «М.В.» 22/Х –

***/ «Гр.» 26/Х, стр.997,998; «М.В.»10/ХII

****/ «М.В.» 10/II;, «Гр.26/Х, стр.997,996

*****/ «М.В.» 13/ХI; «Гр.» 16/ XI- стр.1094,

******/ «М.В.»  5/XI;, «Гp.» 23/XI стр.1122,1123

*******/ «М.В.» 15/1 1876

 

«Гражданин» не верил, правда, искренности «коварного Альбиона» и видел единственную опору европейского мира в союзе трех императоров. */

И даже видел в этом союзе возможность «осадить» Англию на почве восточного вопроса. **/

Но когда во второй половине января 1876 года стало известно содержание ноты Андраши, то ее встре­тили с разочарованием и отметили, что она в сущности ничем не отличается от реформ султана, так как кроме ничем не гарантиро­ванных обещаний ничего не дает. Проект Андраши сильно поколебал уверенность в европейском согласии. И «Гражданин» уже 15 февраля пессимистически писал, что восточный вопрос так туго решается потому, что в сущности интересы всех держав враждебны. ***/ Однако «М.В.», хорошо запомнив  мысль, высказанную вслух «Гражданином», что Россия действовать в одиночку не может, так как против нее будет вся Европа, продолжали оставаться на почве «европейского согласия». Критикуя реформы, признавая нужным самоуправление христианских провинций, вывод турецких войск и создание хри­стианской милиции, «М.В.» по-прежнему видели возможность осуще­ствления этого только на почве европейского согласия. ****/

Новым крупнейшим ударом по надеждам на европейское согласие и на союз трех императоров были переговоры австрийского генерала Родича с восставшими о принятии ими реформ. Как стало известно русским газетам, Родич в своих переговорах очень мало думал о европейских интересах и очень много об австрийских, явно подры­вал авторитет России в глазах восставших славян. Это послужило поводам для «М.В.» высказать по адресу Австрии ряд горьких истин.

________________________________________________________

*/ «Гр.» 12/I-1876 года стр.36

**/ «Гр.» 18/I-1876 года стр.72

***/ «Гр.» 15/II-1876 года стр.181,182

****/ «М.В.» 9/III-1876 года

 

Газета писала, что Австрия в сущности своими действиями помогает туркам вырезывать(истреблять) христиан. Однако, высказав это, печатное издание остается на позиции «европейского согласия» и выражает надежду, что муд­рый император Франц-Йосиф призовет к порядку своих расшалившихся министров во имя союза трех императоров.*/

Признав справедли­вость требований инсургентов, отклонивших реформы Андраши, газе­та продолжает надеяться на успокоение славян на почве «европейского согласия». Россия действует в интересах всей Европы, пишет газета, **/ державы должны итти(идти)вместе.

Не то(не только) «Гражданин», но и князь Мещерский резко меняет позицию. Видя, что восстание и не думает затихать, и даже наоборот, с весной начинает разгораться, видя, что сам наследник – цесаревич и его мать императрица Мария Александровна были явными сторонниками «славянской» политики России, видя, что общество начинает все более сочувствовать героической борьбе славян, что в европейском концерте (концерне) «каждый  за себя – один бог за всех», Мещерский, душа «Гр.», перестал подобно Каткову в «М.В.» сохранять хорошую мину при плохой игре и занял позицию ярого сторонника «славянской» политики России.

«Гр.» помещает статью «Союзная политика»,где автор с яростью нападает на русских дипломатов – «жалких выкормышей  петербургской цивилизации», зараженных европеизмом и не пони­мающих духа славянской, народной политики России. Дипломаты обвиняются в том, что они отдали славян в руки врага России – Австрии. Россия должна вести свою славянскую политику, не обманываясь во враждебности не только Австрии, но и Германии. ***/

________________________________________________________

*/ «М.В.» 1/IХ-1876 года

**/»М.В.» 15/IV; 22/IV-1876 года

***/ «Гр.» 111/IV,стр.З59,360

 

Русские дипломаты, конечно, не руководствовались народными или славянскими интересами, но не потому, что они были заражены европеизмом, а потому, что они были царскими дипломатами. Как понимал Мещерский народные и славянские интересы, мы уже знаем. Свою, более чем двухлетнюю кампанию против дипломатов и за национальную политику, он начал как из соображений внешнеполити­ческих, так и внутриполитических. Видя, что России нельзя возвращаться назад и желая предоставить правительству возмож­ность опираться во внешнеполитических разговорах на «общественное мнение», Мещерский и предпринимает эту кампанию. Едва ли он сам верил в возможность завоевательной политики России в оди­ночку, так как он еще совсем недавно аргументировано (аргументированно) утверждал невозможность этого.

Возглавить национальную политику Мещер­ский считал выгодным и из соображений внутриполитических. Это единственная почва, где Мещерский считал возможным найти со­чувствие у общества и в то же время достичь своих целей борьбы с «европействующими» и «крамольниками». Нападки на «европействующую дипломатию» создавали ему к тому же ореол независимо­го мыслителя. В чем и помогло ему правительство, запретив «Гр.» на один месяц.

Таким образом Мещерский не вел за собой общества в славянском вопросе, а подлаживался (подстраивался) под него.

Такой резкий переход к требованиям от русской диплома­тии самостоятельной национальной политики нельзя было объяснить политическими доводами, так как «Гр.» еще совсем недавно,5-го октября 1875 года, говорил о невозможности для России отойти от совместных действий с Европой, так как вся Европа обратится против России. «Гр.» поэтому оставляет бренную почву земной политики, вспоминает, что человек лишь «сосуд скудельный» и начинает кликушествовать о политике небесной.

«В воздухе чуется, что что-то готовится, но не людьми, а богом(Богом), и гото­вится без всяких, разумеется, человеческих комбинаций,… никто не хочет сознать и увидеть,… что восточный вопрос вышел из области человеческого разума и человеческой силы, и вернулся всецело в область Божьего непостижимого промысла.» */

Так, находясь весь период дипломатических попыток разрешения герцоговинского и боснийского вопроса вместе с «Московскими ведомостями» на позиции европейского согласия, к кон­цу этого периода «Гр.» отходит от «М.В.», продолжавших занимать ту же позицию и подымает знамя национальной, самостоятель­ной политики.

 

ЛИБЕРАЛЬНАЯ ПРЕССА

“Голос”. Одна из крупнейших газет – «Голос» был очень ярким и характерным представителем правого крыла русского либера­лизма, стоявшего на позициях полного единения с правитель­ством и своей преданностью ему обосновывавшего свое право просить у него «хоть что-нибудь». В издании публиковались иногда статьи и несколько отличного направления либерализма, но мы сейчас рассмотрим позицию редакции газеты.

Первые сообщения о герцеговинском восстании появляют­ся в самом начале июля 1875 года, как и в консервативной прес­се. “Голос”, также как и они, почти весь июль месяц пользуется известиями иностранной прессы, почти не комментируя их. Хотя под­бор этих известий давал возможность видеть в «Голосе» против­ника восстания. Газета приводит явно туркофильские версии о

_______________________________________

*/ «Гр.» 23/V-1876 года, стр.464, 465

 

восстании, как о бунте разбойников, возглавленном темными личностями. */

Однако уже 25 июля в передовой статье газета пытается определить четко свое отношение к восстанию. В сущ­ности уже в первой  половине августа издание полностью высказало своё  отношение к событиям. Причины восстания «Голос» видит, как и консервативные газеты, в бесчеловечных насилиях, безграничном произволе турецкой администраций и гнете местных феодалов.

Газета сочувствует восстанию, так как мусульманское  владычество над христианами не согласно с требованиями нашего времени. Турция не способна вместе установить порядок. В Европе ей места нет. ***/

Несколько позже «Голос» пишет, что разгово­ры  о прогрессе в Турции – пустая болтовня, он за то, чтобы Сербии и Черногории предоставили возможность свободно распра­виться с Турцией. В доказательство этого газета приводит авторитетное мнение крупнейшего специалиста в международных отно­шениях Блюнчли, который сказал, «… что каждая нация имеет право устраивать свои дела по- своему». «Чем же славяне хуже других?», – спрашивает газета. Это ссылка на Блюнчли очень характерная для всей аргументации газеты.

Щедрин высмеивал страсть русских «культурных людей» во внутриполитических рассуждениях ссылаться на «Токевиля». Для «Голоса» во внешнеполитических вопросах «Токевилем» был Блюнчли. Стоявший на почве строгой законности «Голос» оправдания жизни искал в бумагах.

Итак, ссылаясь на «самого» Блюнчли газета считала, что самым лучшим разрешением вопроса было бы образование из восставших славян полунезависимых государств в виде Сербии

________________________________________________________

*/ «Голос» 14/VII, 21,VII-1875 года

**/ «Голос» 25/VII-1875 года Передовая.

***/ «Голос» 28/VIII-I875 года «Герцеговинское восстание»

 

и Румынии.*/

Однако дело не в одних славянах. Дело в том, что восстание несвоевременно. Восстание возбуждает слишком много противоречивых и даже враждебных интересов в отношениях европейских держав. Если традиционная политика России состоит в покровительстве славянам, то Австрия требует status quo, ожидая пока можно будет прихватить что-нибудь из славянских земель, например Боснию и Герцеговину. Пруссия заинтересована в движении германизма на Восток. **/

Таким образом, даже между тремя империями, в которых «Голос» видел оплот европейского мира, есть очень крупные про­тиворечия. Действовать же одна Россия не может и не должна, так как она не может сражаться против всей Европы, которая боится ее первенства на Балканах, так как в России никто не хочет повторения Севастополя. ***/

Позже «Голос» еще ярче высказался, говоря, что Россия не должна ничего обещать славянам, так как России нужен мир, а всякие обещания, которые не могут быть поддержаны штыками и пушками, являются безнравственными и бесчестными. ****/

Больше всего «Голос» боится возможности возникновения новой войны Европы против России. Поэтому главной, самой важной задачей Poccии во внешней политике он считал сохранение мира. «Наша политика требует спокойствия на Востоке», – писал «Голос». *****/

Европа, хотя бы с помощью европейского конгресса должна уладить миром события. Поэтому Россия должна итти (идти) вместе с Европой, и особенно должна придерживаться союза трёх императоров, который по мнению  «Голоса», являлся основой европейского мира.

________________________________________________________

*/ «Голос» 19/IХ-1875 года

**/ «Голос» 10/IХ-1875 года

***/ «Голос» ЗО/Х-1875 года

****/ «Голос» 19/III-1876 года

*****/ «Голос» 31/VII-1875 года

 

Вот этой задаче, сохранение мира и европейского согласия,и должны быть подчинены, по мнению «Голоса», все остальные внешнеполитические задачи, в том числе и решение герцеговино-боснийского вопроса.

Как видим, основную внешнеполитическую задачу России «Голос» определял также и по тем же причинам, что и консер­вативные газеты. В интересах европейского мира и согласия дер­жавы не должны допускать возникновения восточного вопроса, который страшной угрозой вырисовывается из-за герцеговинского восстания. */

Восстание должно быть подавлено, но так как нече­ловеческие условия быта славян таят в себе все новые и новые вспышки,то нужно вместе с подавлением восстания улучшить быт герцеговинцев.**/

С этой целью Европа должна побудить Порту провести соответствующее преобразования. «Голос» не допускает и мыли(мысли) о разрушении Оттоманской империи, так как это и было бы возникновением страшного(пугающего) восточного вопроса, поэтому он очень щепетильно относится к верховным правам султана. Державы должны только помочь Порте. Они должны морально убедить Порту улучшить положение христиан. Для активного вмешатель­ства держав нет оснований, писал «Голос» 15 сентября. Таким путем издание  считает необходимым добиться для симпатичных ему славян улучшенного status quo. ***/

Такова принципиальная оценка событий газетой «Голос».

________________________________________________________

*/ «Голос» 28/VIII- 1875 года

**/ «Голос» 9/VIII-1875 года

***/ «Голос» 10/IХ-1875 года

 

Консульскую комиссию, которая должна была, по мнению «Голоса», уверить восставших, что им нечего ожидать помощи от Европы «Голос» приветствовал как единодушное действие Европы, которое в общем согласии ищет выхода. Когда консульская комиссия провалилась, то «Голос» согласился, что восставшее правы, не веря обещаниям Порты. Поэтому, делает вывод «Голос», Европа должна разъяснить Порте необходимость улучшений, так как события угро­жают спокойствию Европы.*/

В то время как консульская комис­сия была явной нелепостью и отпиской Европы от «возникшего не­своевременно» вопроса, в то время, когда большинство так ее и оценивало, «Голос» комиссию всячески защищал, доказывая, что это первый шаг на пути общих действий Европы, что она полезна уже хотя бы тем, что засвидетельствовала справедливость требо­ваний восставших.**/

Когда в первой половине сентября пронесся слух, что восстание утихает, то «Голос» с искренним удовольствием писал, что если восстание полностью обессилено, то это объясняется искренностью союза трех императоров. Дипломатия достигла бле­стящих результатов, предупредив борьбу двух рас и двух религий.***/

Но ликование «Голоса» оказалось преждевременным и вос­стание продолжало разгораться. Перед газетой стояла трудная проблема соединения славянских симпатий России со «здравой» политикой. Разрешает он эту проблему блестяще. 20-го сентября «Голос» помещает статью «Современная политика России», где показывает, что Россия с 1856 года делала неоднократные представления державам о неудовлетворительном положении христиан на Востоке, и таким образом твердо выдерживала свою славянскую миссию, по мнению газеты.

__________________________________________________

*/ «Голос» 7/Х-1875 года

**/ «Голос» I5/IX-I878 года

***/ «Голос» 10/IХ-1875 года

 

Однако это ни к чему не приводило. Что же должна делать Россия? Россия должна продолжать свою политику /!П. М./ Это вывод, произнесенный с силою «страстного убеждения» вроде «и всё –таки она вертится», являются несомненно шедевром либерального политиканства.

Свою уверенность в том, что Европа откликнется в кон­це концов на ноты России, он видит в благоприятно слагающихся(складывающихся) европейских отношениях. Если германское общество и хочет «Drang nach Osten»,то германское правительство дружественно Рос­сии. Франция дружественна России, английское общество симпатизирует славянам. Австрия, хотя и хочет отхватить кусок Турции, но мудрый Андраши твердо провозгласил status quo,/таким образом есть все условия для выдающейся роли России! т.е. писать ноты П.М./ */

Таким образом мудрый «Голос» свои радужные надежды основывает на расположении венценосного друга России – Вильгельма, на мудрости Андраши и на симпатиях английского общества к славянам.

Вынужденной реальной действительностью искать выхода  в бумажной действительности, в компромиссах и соглашениях, в декларациях и обещаниях, либерализм видит в этих соглашениях, обещаниях не результат реальных, жизненных отношений, а нечто вполне самостоятельное, от которого  зависит жизнь. Этот своеобразный либеральный «романтизм» приводит к тому, что в предмет «идеализации» либералов часто попадают люди и события, оказывающиеся очень скоро «недостойными». Так было и с «мудрым Андраши», и с «мудрым Бисмарком», и с «благоразумным» английским правительством. Так было и с султанским ираде, вещавшим своим подданым(подданным), вот уже в который раз мир и благоволение.

_____________________________

*/ «Голос» 20/IX-I878 года

 

Казалось бы для всех было ясно, что обещание изол­гавшегося, изпродавшегося, погрязшего по всяческого рода мерзостях, турецкого правительства, являются обещаниями пустыми и не заслуживающими никакого доверия. Однако «Голосу» нужно во чтобы то ни стало решить вопрос мирным и законным порядком.

И когда появляется султанский ираде, то «Голос», захлебываясь от удовлетворения и событиями, и самим собой пишет, что нельзя не поздравить Порту с таким прекрасным решением. Важно, что это сде­лано добровольно /это особенно важно для либерала! П.М./, не после поражений, а в сознании своей силы./ Точно также либералы выпрашивали и у своего «султана ираде» «не после поражений, а в сознании своей силы». П.M./. Это тоже результат мудрой по­литики трех империй, которые не оскорбляли Порту нажимом. /Также, как и во внутренней политике, либералы боялись «оскорбить» правительство нажимом. П.М./.

Европейскому миру не грозит больше опасность – писал «Голос», полностью удовлетворенный. */

Правда, уже на следующий день «Голос» пишет, «что хотя ираде и опубликован, но славян продолжают поджаривать на огне. **/

Но «Голос» страшно последова­телен и 2 октября подчеркивает опять, что Россия должна положиться на великодушие Порты. Иной образ действий привел бы к недоверию и враждебности держав.***/

_________________________________________________

*/ «Голос» 24/IХ-1875 года

**/ «Голос» 25/IХ-4-1875 года

***/ «Голос» 2-го октября I875 года

 

Газета все подчиняет интересам мира, даже логику.

Однако события развивались. Сербия и Черногория были возбуждены и готовилась активно помочь восставшим. «Голос» с одной стороны уговаривает сербов и пишет, что Сербия не должна вооружаться, так как ее независимость обеспечена Парижским трактатом, а если она выступит против Турции, то потеряет право на заступничество Европы. Газета выражает сочувствие сербам в их стремлении к объединению, но говорит, что время для этого не настало. Европе нужен сейчас мир. Нужно уметь ждать. /Это то, что Щедрин во внутренней политике называл лозунгом «не сразу!» П.М./

Поэтому газета советует сербам оставить воинственный пыл. С другой стороны, «Голос» видя, что взывания к великодушию Порты ни к чему не приводят, доказывает, ссылаясь, конечно, на Блюнчли, право Европы на вмешательство во внутренние дела Порты.*/

Но все это, конечно, должно произойти, без нарушения верховных прав султана. Султан должен даровать христианам автономию, гарантированную державами. В этом державы должны убедить султана.**/

Но беда не только в нетерпеливых сербах и султане, который никак не может понять желание Европы. Беда скрыта и в самой Европе. «Голос» с отчаянием видит, что несмотря на то, что все хотят мира, все вооружаются. Корень зла «Голос» видит, ко­нечно, в отсутствии соответствующих трактатов. Европе недостает чего-то, что объединяло бы ее, чего- то подобного Священному союзу. Такой  союз нужен и сейчас, в основе его лежало бы обеспечение Status quo.***/

Это очень интересно. Было время, когда реакция носила космополитический характер, когда Жозеф де – Местр проповедовал в салонах Петербурга,

_______________________________________

*/ «Голос» 4/Х-1875 года

**/ «Голос» 21/Х-1875 года

***/ «Голос» 25/Х-1875

 

Александр «Благословенный» всей душой болел  интересами Европы, Меттерних был вдохновителем политики всех европейских государей и Николай Первый рыцарски защищал древнейший престол Европы- монархию Габсбургов от бунтовщиков/в том числе и от бунтовщика Андраши/.

Но в связи с разви­тием демократических сил реакционерам стали не по плечу дела «в мировом масштабе»- как бы у себя дома удержаться. Это настрое­ние реакционеров России и выразил хорошо «Гражданин», когда писал, что в международных отношениях  все враги: «каждый за себя – и толь­ко один бог (Бог) за всех». Уже Данилевский в «России и Европе» дока­зал пагубность для России Священного союза, когда Россия защищая интересы европейских монархий, нарушала свои самые существеннее интересы. Это очень веско аргументированное мнение Данилевского стало общепринятым в высказываниях поздних славянофилов, да и боль­шинства реакционеров, которые, так или иначе испытывали влияние славянофильской аргументации.

И вот, признанный солидный орган либерализма «Голос» вытаскивает на свет божий идею Священного союза. Европейские державы имеют очень противоречивые интересы, это приводит к вражде держав, которая особенно опасна России, которой угрожает вся Европа. Поэтому нужно заключить всеевропейские трак­таты, нечто вроде Священного союза, который, по мнению «Голоса», прекратит вражду, уничтожит все враждебные интересы. Как будто бы трактаты не фиксируют соотношения сил, а создают их, как будто не жизнь создает и изменяет трактаты, а трактаты создают и изменяют жизнь. Была вражда – подписали бумажку – получился мир. Здесь либерализм находится уже на грани фокусничества.

Мысль о новом Священном союзе неслучайна для «Голоса», он ее поддерживает и развивает. Увлекшись идеей, он уже видит,как объединившись для решения восточного вопроса, Европа вообще свяжет себя международными общеобязательными трактатами и заживет новой жизнью, жизнью всеобщего мира и благоденствия.*/

Пока же, до образования нового Священного союза «Голос» всячески расхваливает европейский мир и основу его – союз трех императо­ров.**/

Когда пришло известие, что Англия овладела Суэцким каналом, то газета увидела в этом новее усиление европейского согласия, так как Англия, насытившись теперь будет спокойнее следить за событиями на Балканах.***/

Успехи восстания заставляют «Голос» еще громче загово­рить о необходимости вмешательства Европы во внутренние дела Порты и побудить султана дать восставшим широкую административ­ную автономию. Но если восставшие хотят полной независимости, то это может вызвать европейскую войну и Россия этих требований не должна поддерживать.****/

Одобряя реформы султана, объявленные 2 декабря, «Голос» говорит, что все дело в их осуществлении, а для этого, как подчеркивает «Голос», нужно европейское вмешательство, так как сама Порта не в силах осуществить реформу*****/

Осуществление такого европейского вмешательства «Голос» видит в проекте Андраши, которого он еще не знает, но достоинством которого яв­ляется требование от имени Европы гарантий осуществлению реформ Портой. В этом совокупном действии Европы он и видит зарожде­ние нового Священного coюзa, сначала по отношению к восточному вопросу, как и мечтал «Голос» еще раньше. ******/

_______________________________________

*/ «Голос» 30/Х-1875 года

**/ «Голос» I/ХI-1875 года

***/  «Голос» 25/ХI-1875 года

****/ «Голос» 29/ХI-1875 года

*****/ «Голос» 6/XII-1875 года

******/ «Голос» 24/XII-1875 года

 

Когда пришло известие, что Англия присоединилась к проекту Андраши, «Голос» с удовлетворением считал это важным шагом к упрочению европейского согласия. */

Когда Порта приняла проект реформ Андраши,то «Голос» отмечает, что Европа вступила на благотворный путь, который теперь нужно было продолжать. **/

Однако вос­ставшие и не думали принимать новых обещаний Порта, т.е. европейского происхождения. И «Голос» пишет, что герцеговинские дела накануне катастрофы. Порта бессильна усми­рить восстание, восставшие совершенно основательно не ве­рят обещаниям Порты, Европa требует прекращения смуты, беспокоящей ее, а вдали уже мерцают интересы Болгарии, Албании, Македонии. «Неужели нет мирного выхода?» -спрашивает в отчаянии «Голос», и отвечает, что мирный выход есть. И он указан в проекте Андраши- это созда­ние смешанной комиссия для проведения реформ. ***/

«Голос» продолжает напряженные поиски выхода и уже 1 марта публикует откровение: шкатулочка, оказывает­ся, открывается просто. Мнение о необходимости всеобщего восстания славян для низвержения Порты пагубно, т.к. оно разрушит европейский мир. Но в восстании вообще нет никакой необходимости, т.к. Порта способна к прогрессу и может еще даже процветать, если она возвратиться к старым порядкам. /!Именно так. П.М./. Дело в том, что раньше Порта совсем не вмешивалась во внутренние дела христианских общин. И только с 40-го года под влиянием Европы Портой овладела пагубная страсть вмешиваться и в христианские дела./ _________________________________________________________

*/ «Голос» 10/I-1875 г.

**/ «Голос» 30/I-1876 г.

***/ «Голос» 26 /II-1876 г.

 

Так либеральный «Голос» стал на сторону турецкой /!/ самобытности против европейских влияний. Правда, все это грехопадение «Голос» совершил ради единой Европы/П.М./. Порта должна опять отказаться до поры до времени от вмешательства во внутренние дела христианских общин. Но, т.к. и «Голос» больше не верит Порте, то в этом возвращении к турецкой самобытности Турции, что эта автономия христианских общин ничуть не противоречит корану.*/ Т.е. выход найден в автономии христианских общин.

С этой точки зрения «Голос» и оценивает реформы Андраши, и находит их превосходными, т.к. они закладывают основы общинной автономии.**/ Интересно, что самые высокие полеты фантазии ничуть не уклоняются от начальственных предписаний. Выход, найденный «Голосом» только подтверждает реформы Андраши.

Увлекаясь доказательством правильности своего выхода, «Голос» доказывает, что он и единственный, т.к. если победят турки, так это будет резня на несколько лет, если победят славяне, то они передеруться(передерутся) между собой. Т.е. спасение в автономии христианских общин.***/

Когда пришло известие о том, что Родич уговаривал вождей восставших принять реформы Андраши, доказывал им, что на Россию они не должны надеяться и спасение их только в Австрии, то «Голос» на это стал отечески разъяснять Австрии, насколько опасна ей такая политика. ****/

_______________________________________________________

*/ «Голос» 4/III-.

**/ «Голос» 10/III-.

***/ «Голос» 19/III-

****/ «Голос» 27/III.

 

Когда восставшие не захотели принять реформы Андраши и переговоры Родича окончились ничем, то «Голос» считал, что миссия Родича не была бесполезной, т.к. она доказывает несостоятельность турецких порядков/как будто бы мало им доказательств/ и обязывает державы действовать вместе и энергичнее. Турецкие войска должны быть выведены из восставших провинций и реформы должна проводить европейская комиссия.

Однако, добавляет «Голос», не нарушая верховных прав султана*/.

Так «Голос» стойко защищал свои взгляды, несмотря на самые жестокие удары жизни. Свою веру в европейское согласие он вынес после событий в Боснии и Герцеговине чистой и незапятнанной.

Как видим «Голос» был в сущности на той же позиции во внешнеполитическом отношении, что и газеты консервативные: международное положение России невыгодно в настоящий момент и внешнеполитические осложнения, грозящие европейской войной представляет для России огромную опасность. Поэтому главной целью внешней политики должно быть стремление потушить герцеговино-боснийский пожар, который может превратиться в европейский конфликт. При этом и консервативные газеты, и «Голос» были за удовлетворение по возможности справедливых требований славян.

Правда, здесь в сущности оба направления отличались.

Консерваторы публично причинами своего сочувствия выставляли в сущности либеральные аргументы, а в душе имели в виду свои, вполне определенные реакционные цели. «Голос» же вполне искренне считал и верил, в историческую справедливость требований возрождающихся славян, имеющих, как и все нации, что записано у Блюнчли, право на самобытность.

___________________________________________________

*/28/III

 

Но зато в практических выводах… Если трезвый в вопросах внешней политики Катков, констатируя невыгодное для разрешения восточного вопроса внешнеполитическое положение России, останавливался на этом, то либеральный «Голос», констатируя также это невыгодное внешнеполитическое положение России, примиряется с ним, как с историческим данным и идеализирует его. Европа, отписывающаяся от кровавых событий на Балканах нотой Андраши, по мнению «Голоса», вступила на тот путь, где еще две-три формальности вроде заключения трактата о новом Священном союзе и это уже будет новая Европа, без войн и вражды, без борьбы и насилий. В вооружении Сербии и Черногории он совершенно верно видел опасность вовлечения России в войну, но он говорит уже не об этой опасности, а что и для самих славян победа сербов будет вредна, т.к. они передерутся между собой, здесь он проявляет готовность идеализировать настоящее положение славян, лишь бы доказать необходимость мира.

 «НЕДЕЛЯ»

Иную позицию по отношению к восстанию занял другой крупнейший либеральный орган «Неделя». Если «Голос» все время описывает события с точки зрения полезности их государству, то «Неделя» просто выражает настроение либерального читателя.

Причиной восстания издание считает немилосердные поборы*/ и вообще «иго полуживотных турок»**/.

Поэтому «Неделя» с самого начала полностью стоит на стороне восстания, подготовке Сербии и Черногории, принимает в нем участие, и считает, что Сербия и Черногория хотят предъявить Турции справедливые требования.***/

«Неделя»  с самого начала осуждает политику Европы, допускающей ради своего спокойствия резню тысячи людей****/.

И газета считает, что если даже Австрия захватит восставших, то это будет для славян облегчением.*****/

Далее газета развивает эту мысль, говоря по поводу слухов о договоренности России и Австрии, согласно которой восставшие переходят под власть Австрии,а Австрия возвращает России Галицию. «Неделя»  одобряет такое решение, т.к. видит в нем возможность превращения Австрии в славянское государство.******/

Консульскую миссию «Неделя» встретила, как новую политику Европы отмахнуться от решения вопроса, но газета выражает надежду, что восстание будет разрастаться  и привлечет европейскую дипломатию на свою сторону.*******/

________________________________________________________

 

*/ «Неделя» 20/VII- 1875 г. «Политич. хроника»

**/ «Неделя» 21/IX- Передовая.

***/ «Неделя» 3/VIII -«Политич. хроника»

****/«Неделя» 20/ VII-«Политич. хроника».

*****/«Неделя» 27/VII- «Политич. хроника»

******/«Неделя»  31/VIII -«Политич. хроника»

*******/«Неделя»  17/VIII -«Политич. хроника»

 

Впрочем, если вся Европа отвернется от восстания, то восставшие сами решат вопрос самым верным и древним способом- они разрубят гордиев узел*/. Поэтому с полным сочувствием  она относится к вооружению Сербии, считая, что та силой вещей (в силу сложившихся обстоятельств) обязана выступить в роли славянского Пьемонта.**/

Когда пришли известия, что дипломатический нажим заставил Сербию и Черногорию сидеть на месте (не предпринимать никаких действий), то «Неделя» пишет, что быть может предотвращена большая война, и если Россия выступила бы за славян, то она стала бы изолирована***/.

Когда пришли известия, что Андраши готовит проект реформ для славян, то «Неделя» с неудовольствием пишет, что дело направлено в мирное русло дипломатической переписки и бюрократических проектов.

И в то время, как турки творят невероятные жестокости, в высших канцеляриях скрепят перья чиновников****/.

При известии о султанских реформах «Неделя» ставит эти реформы на одну доску с готовящимися реформами Андраши и с удовлетворением отмечает новые успехи восставших.

Провал переговоров Родича с восставшими «Неделя» отметила, конечно, с удовлетворением. Газета энергично ругает Родича за то, что он осуществляет захватнические намерения Австрии.*****/

_______________________________________________________

*/ «Неделя» 14/IX – «Полит. хроника»

**/«Неделя» 28/IX-«Полит. хроника»

***/«Неделя» 5/X-«Полит. хроника»

****/«Неделя» 2/XI- Поворот в герцеговинских событиях

*****/«Неделя» 25/IV-1876 г. «Полит. хроника»

 

Как видим «Неделя», не беря на себя политических задач поддержания европейского согласия, довольно последовательно поддерживала радикальное решение возникшего вопроса.

«ВЕСТНИК ЕВРОПЫ»

Самый крупный и самый солидный орган русского либера­лизма журнал «Вестник Европы» уже в своей сентябрьской книжке откликнулся в иностранном обозрении на герцеговинское восста­ние.

Восставших славян журнал оправдывает. Это восстание «В.Е.» считает исторической необходимостью.*/

Восстание началось вследствие тяжести налогов и при­теснений феодалов при отсутствии какого- либо политического толчка. Однако Герцеговина и Босния возбуждены, видя разви­тие политически независимых братьев в Сербии и Румынии. Восста­ние против Турции справедливо потому, что возрождение Турции -вздор, не только потому, что она близка к банкротству финансо­вому, но и потому, что уже началось ее политическое банкротство.**/

Поэтому Европа не должна поддерживать власти турок. Славянам нужно предоставить свободу рук.***/ В этом им может помочь Россия, у которой, по мнению журнала, очень выгодное внешне­политическое положение. И Франция, и Германия ищут ее союза.

Поэтому своим союзом Россия может купить свободу рук на Востоке. Англия тоже уже разочаровалась в Турции /как будто бы все дело в очаровании или разочаровании. /П.М./****/

________________________________________________________

*/ «В.Е.» 1875 год, №9,  стр.381,

**/ Там же стр.391,392,393

***/ Там же стр.386

****/ Там же стр.398,399.

 

Разрешение вопроса журнал видит в «создании на территории подвластного ныне султану в Европе государства новой комбина­ции, в виде группы совершенно самостоятельных областей, составляющих союзное государство. Внутреннее положение дел на Балкан­ском полуострове допускает только одно это естественное реше­ние.*/ Статья сентябрьского журнала кончается (заканчивается) пожеланием: «необходимо что-нибудь посущественнее полумер, продиктованных полуприятелями для того, чтобы Россия оправдала свои предания (интересы) в защите Балканских славян. Мы убеждены, во всяком случае, что наше правительство сумеет сохранить интересы России, а о сочувствии русского народа всему, что может быть сделано в пользу турецких славян, нет надобности и гово­рить».**/

В февральском номере журнала зa 1876 год, в статье «Европа и герцеговинский вопрос» журнал поправляется (вносит поправку) в оценке международного положения России. Бисмарк, не получив поддержки Рос­сии в подготовке нападения на Францию, будет поддерживать Австрию.***/  Однако введение реформ Андраши журнал считает неудовлетворительным решением вопроса, так как «огонь по-прежнему остался бы под пеплом.****/ В мартовском номере журнала за 1876 год при известии, что державы поддерживают реформы Андраши и заставят восставших принять их, журнал признает, «что восточный вопрос снова отодвинут в ряды закрытых, тлеющих во­просов, которые остаются нерешенными». *****/

__________________________________________________

*/ Там же стр.384

**/ Там же стр.400

***/ «В.Е.» 1876 год №2 стр.817

****/ Там же стр.822

*****/ «В.Е.» 1876 год №3 стр.384

 

Не видя другого выхода, журнал высказывает положение о необ­ходимости со стороны России позаботиться о действительном осуществлении реформ.*/ В майском номере журнала за тот же год отмечается, что восставшие не приняли реформ Андраши, так как для них земельный вопрос – это вопрос жизни и смерти, а в проекте Андраши – это вопрос последний. «Так расходятся живые требования народа с отвлеченными формулами дипломатии».**/

«Ясно,что проект Андраши устарел, события обогнали его».***/

Учитывая международное положение России, журнал пи­шет, что военной помощи она славянам дать не может, да это и вообще невозможно, так как Россия не граничится (ограничивается) славянами. Поэтому «европейская война из-за герцеговинского вопроса совершенно невероятна ныне».****/ Выход в настоящих условиях журнал видит в создании европейской комиссии, которая прове­ла бы реформы в Турции. Здесь «В.Е.» предлагает ту же меру, что и «Голос», также говорит, что вмешательство европейской комиссии во внутренние дела Порты возможно без нарушения вер­ховных прав султана, так как комиссия будет осуществлять то, что султан уже обещал.*****/

Однако, в отличие от «Голоса» «Вестник Европы» видит и другой выход. Если Европа отвернется от решения восточного вопроса и славяне получат свободу рук, «тогда без всякой европейской войны Балканский полуостров решит восточный вопрос собственными наличными силами». ******/

_______________________________________________________

*/ Там же стр.390

**/ «В.Е.» 1876 год №5 стр.413

***/ Там же стр.416

****/ там же стр.418,419

*****/ Там же стр.416

******/ Там же стр.419.

 

Таким образом «В.Е.», исходя из тех же данных, что и «Голос», из невыгодного положения России, приходит к тем же практическим выводам о введении реформ путем европейской комиссии, но «В.Е.» видит и другой выход: если славяне получат свободу рук, то они сами решат восточный вопрос. И «В.Е.» явно сочувствует этому решению.

 «ОТЕЧЕСТВЕННЫЕ ЗАПИСКИ»

Передовой орган русской подцензурной печати «Отечественные записки» не был идейно единым.  Если Щедрин представляв левое крыло русской демократии – революционную демократию, то Михайловский, который в то время также нападал на либералов слева, уже в то время в некоторых отношениях был ближе к либера­лизму, чем к революционной демократии, а третий редактор «О.3.» -Елисеев был либералом культуртрегерского характера, умереннее даже, чем конституционалисты из «В.Е.». Все то, что в журнале не написано Щедриным или Михайловским носит отпечаток довольно уверенного либерализма, хотя в национальном вопросе идеи социаль­ного анализа национальных движений, скорее всего через Михайловского, оказывали определенное влияние на весь состав редакционного материала «О.3.».

Так было и в вопросе об отношении к герцеговино-боснийскому восстанию. Журнал откликнулся на восстание в ноябрьском но­мере за 1875 год в статье «Восстание в Герцеговине и Боснии». Автор статьи видит в восстании(подобной активизации сил) одно из многих восстаний этих местностей и оценивает его, находясь на нейтральной по отношению к нему почве, видя в нем любопытное, но совершенно постороннее явление. По мнению автора восстание носит социальный характер взрыва угне­тенных против эксплоататоров(эксплуататоров).Этими эксплуататорами были не только турки,но и боснийские землевладельцы, по происхождению славяне, и греки, и армяне, являющиеся в большинстве сборщиками налогов и ростовщиками всякого рода.*/ Религиозная форма восстания объясняется тем, что в этих местах социальные движения всегда принимают религиозную окраску.**/ Таким образом борьбу славян против дикостей турок – эксплуататоров автор оправдывает.

Дав такой социальный анализ восстанию, автор видит решение вопроса чисто либерального характера: «Постепенное обособление христианских провинций Порты, политическая нейтрализация их сначала под турецкою верховною властью, а потом федерация этих областей и полная их независимость, которая прийдет(придет) сама собой – вот  единственный, отчасти указанный опытом путь эманципации(эмансипации) райев, которые тогда перестанут быть райями, потому что более правомерные аграрные законы будут гарантированы серьезным судебным устройством». ***/

Таково наилучшее решение вопроса. Однако, если крушение Порты несомненно в ближайшее время, то судьбы славян не совсем ясны, так как возможно их поглощение немцами.

Такой выход для них не лучше турецкого ига, и автор указывает на пример прибалтийских славян.****/

Об участии России в этом вопросе автор совсем не говорит, указывая только, что русское правительство имеет в виду мирные пути к соглашению.*****/

Такую нейтральную оценку восстанию дает статья в  «О.3.».

________________________________________________________

*/ «О.З.» 1875 год №11 стр.111

** / Там же стр.119

***/Там же стр.125

****/ Там же стр.121,126

*****/Там же стр.122

 

Так относились к восстанию и борьбе вокруг него основные   представители русской либеральной печати. Все они, как наблюдаем, виде­ли в восстании положительный, прогрессивный факт, расходились они в вопросе о значении восстания для России.

«Голос» подкреплял в сущности правительственную точку зрения и доходил в этом отношении до геркулесовых столбов либераль­ного прожектерства во внешней политике. Такая позиция самой крупной и значительной либеральной газеты в России не случайна, она, как мы видели, полностью отражает либеральные методы разрешения вопросов и вытекает из взглядов на государство правого крыла либерализма.

Остальные либеральные органы, не взваливающие на себя тяжкое бремя «руководства государственной политикой» и освещения ему пути, оценивали восстание беспристрастнее и вернее.

Орган либерализма культуртрегерского характера «Неделя», с ее народническими тенденциями была мало склонна заниматься вопросами  государственной политики и мало задумываясь, что скажет Европа, высказывала свои симпатии наиболее полному освобождению славян.

«Голос», стоя на государственной точке зрения (опираясь на государственную точку зрения), пытался смотреть дальше, но такова уж особенность либерализма, полностью вытекающая из его идеологии, – даже исходя из правильных посылок доходить до чудовищных нелепостей.

«В.Е.» не брал на себя миссии представлять  государственную точку зрения несколько по другим соображениям, нежели «Неделя»,- он был в глухой, но упорной оппозиции к правительству, правда, это была оппозиция глуповского типа, о которой Щедрин писал:

«Стояли глуповцы на коленях и бунтовали, знали они, что бунтуют, но не бунтовать не могли». Но во всяком случае «В.Е.» был менее «Голоса» склонен предаваться игре мыслей «в видах начальства» и умел соединить трезвый взгляд на невыгодное положение России с симпатиями к полному  освобождению славян.

Хотя в принципе взгляды «Голоса» мало чем отличались от взглядов «В.Е.». Что касается «Отечественных записок», то они в этот период еще не видели возможности разрастания герцеговинского вопроса в крупнейшее событие для России.

 ОТНОШЕНИЕ ОБЩЕСТВА К СОБЫТИЯМ

Еще в начале 1875 года «Неделя», время от времени

возбуждавшая славянский вопрос, отмечала полный индифферентизм общества к славянам.*/ Однако с началом герцеговино-боснийского восстания вся русская пресса, как мы видели, приблизительно в  одном тоне сочувственно отзывавшаяся о деле славян, направила внимание общества в эту сторону. Даже «Голос», который был  против чрезмерного увлечения славянскими интересами со стороны русского правительства, полностью поддерживал общественное возбуждение, видя в этом поддержку русской дипломатии и вообще считал славянский вопрос благотворным для общества по многим причинам, в том числе и как средство против революционных увлечений.**/

Реакционные и либеральные газеты считали, что увлечение общества славянским вопросом очистит нравственную атмосферу, но все они понимали это очищение атмосферы по своему(по-своему).

Либеральный «Голос» объявил первый подписку на пожертвования в пользу герцеговинцев. 19 сентября «Голос» сетует на  общество за тупое равнодушие к делам славян и  ругает славянский ко­митет за бездействие. Против этого упрека «Голоса» по адресу славянских комитетов никто не возражал.

________________________________________________________

*/ «Неделя» 1875 г. 6/1 «Как встретили 1875 год славяне»

**/ «Голос»  1875 год, 15/Х «Восточный вопрос и Россия».

 

21 сентября «Неделя» ругает общество за холод и равнодушие к делам славян. 23 сентября «Гражданин» объясняет ничтожность пожертвований тем, что народ не понимает ясно на что нужно жертвовать. И только 1-го октября славянский комитет публикует воззвание о пожертвованиях в пользу славян.

Основную роль в возбуждении(активизации) общества сыграли газеты. Роль славянского комитета была в этот период второстепенной.

25 сентября «Голос» уже отмечает, что общество пробуждается к помощи славянам, но пишет, что здесь мало сонливой филантропии, здесь нужен подъем, хотя бы такой, с каким мы встре­чаем Жюдик и Патти. 15 октября «Голос» отмечает, что симпатии к славянам в обществе растут. 30 ноября «Гражданин» пишет, что пожертвования в пользу славян стали обычным делом на Руси.

Пыпин позже отмечал, что заслуга славянских комитетов в вопросе помощи герцеговинскому восстанию заключалась только в том, что они поспешили пойти за общественным интересом.*/

Степень возбуждения в различных слоях общества была неодинакова: 28 марта 1876 года «Голос» отмечает охлаждение  общества к герцеговинцам, а 15 апреля 1876 года «Неделя» говорит о сильных симпатиях русского народа к движению славян.

Нужно сказать, что инициатива помощи славянам исходила из самых передовых слоев русского общества. Драгоманов рассказывает,что летом 1875 года он ехал на вакации в Буковину, Галицию и Венгрию «причем повез с собою маленькую сумму денег, собранных приятелями в помощь герцеговинцам, тогда только начавшим свое знаменитое восстание. Это, я уверен, было первое пособие для герцеговинцам, явившееся из России».**/

____________________________________

*/ «В.Е.» 1878 год №11 стр.325

**/М.П.Драгоманов – автобиография «Былое» 1906г. №6

 

В то время, как в 1875 году русское общество в основном ограничилось более или менее активными пожертвованиями, к которым только призывали газеты / «Голос» даже подчеркивал,что это единственная форма помощи общества/; в это время из передовых кругов общества выходит и идея помощи и людьми, добровольцами. Тот же Драгоманов вспоминает, что еще с осени 1875 года /т.е. задолго до Черняева/ в Киеве и Одессе образовались полулегальные комитеты  по отправке добровольцев в Герцеговину.

В Одесском комитете принимали активное участие и революционеры, в том числе виднейшую роль играл крупнейший русский революционер Андрей Желябов.*/ Эти данные Драгоманова о работе Киевского и Одесского комитетов косвенно подтверждаются. 15/VIII 1876 года «Новое время» начало печатать «Очерки герцеговинского восстания», где автор, – В – кий, пишет, что среди герцеговинцев большинство волонтеров были из Киевской и Полтавской губернии.

Орган русских бакунистов «Работник» не напрасно призывали к активной помощи славянам. Из среды русских революционеров вышли и первые русские добровольцы. Руководитель русских бакунистов в эмиграции Сажин /Арман Росс/ был первым. В 1875 году среди русских добровольцев были  такие крупнейшие русские революционеры, как Степняк – Кравчинский  и Клеменц. Подробнее о них мы расскажем ниже.

Что касается участия правительства в общественном подъеме, то нужно сказать, что определенную роль оно сыграло. Правительство разрешило газетам объявить подписку в пользу восставших и сам государь из своих средств пожертвовал в пользу страждущих герцеговинцев 10 тысяч рублей.**/

____________________________________

*/ Там же

** /В.Мещерский «Мои воспоминания» СПБ 1898 г. стр. 269

 

Правительство в этот период не думало возбуждать восточный вопрос, но и отставать от Австрии в дележе Турции тоже не собиралось. Поэтому общественное возбуждение было далеко не второстепенным козырем в руках русской дипломатии. Поэтому правительство сыграло определенную роль, заключавшуюся в том, что оно допустило возбуждение(активизацию масс). О руководящей  же его роли говорить не приходится.

Таким образом можно констатировать, что возбуждение русского общества в 1875 году было вызвано русскими газетами. Мы уже показывали, что даже консервативные органы прибегали в сущности к либеральной аргументации в характеристике восстания. Общество же в подавляющем большинстве понимало эту аргументацию только в либеральном смысле, так как его симпатии были далеки от консервативных идеалов. Славянские комитеты, бывшие в основном в руках поздних славянофилов, сыграли в общественном подъеме в 1875 году второстепенную роль. Наиболее активные формы славянские симпатии приняли в наиболее передовых и даже революционных кругах общества.

Таким образов прогрессивный характер общественного возбуждения в 1875 года несомненен.

БОЛГАРСКАЯ РЕЗНЯ

Весной 1876 года с новой силой вспыхнули восстания в славянских землях. События охватили новую значительную часть Турецкой империи – Болгарию.

Уже в 20-х -30-х годах XIX века в Болгарии стал все сильнее развиваться капитализм. С этим было связано  возникновение национальной культуры, образованности, просвещения, литературы. Большую роль в возрождении болгарской культуры сыграло влияние русской культуры. Огромное значение при первых же шагах культурного возрождения Болгарии сыграл русский ученый – славист – Юрий Венелин, память которого и сейчас свято чтят болгары. Но развитие Болгарии связывалось по рукам и ногам гнусным господством турок, которые опирались  отчасти и на болгарскую рождавшуюся буржуазию.

Так развитие капитализма, буржуазии вызывало национальную борьбу, в сущности буржуазного характера, которая была направлена и против части болгарской буржуазии, сотрудничавшей с турками.

Ведя национальную освободительную борьбу, передовые болгары испытывали огромное влияние передовых мыслителей России – Чернышевского, Добролюбова и других. Передовые круги Болгарии и готовили к весне 1876 г. восстание против турецкого господства. Однако туркам удалось открыть эту подготовку в самом начале и поэтому произошли только отдельные неорганизованные вспышки восстаний.  Турки ответили на это невероятными зверствами. Целые местности варварски, после невероятных мучений и пыток населения, вырезывались (вырезались) и предавались огню.

Баши-бузуки (башибузуки) и  черкесы(черкесы) наводнили Болгарию. Полудикие поклонники пророка, конечно, не обладали немецкой «культурой» и организованностью. «Достижения цивилизации» вроде душегубок, печей для  сжигания людей и проч. были недоступны последователям пророка, и в этом отношений они, конечно, отстали от «гения германской расы», но тем не менее их зверства были для тех времен невероятные. Правда, незадолго до того англичане усмирили Индию, проявив также чудеса изобретательности в области зверств, но то было «где-то в джунглях», в Индии, которая к тому же самой природой предназначена быть страной чудес.

Секретарь американского посольства и генеральный консул Константинополя Скайлер посетил одну из местностей, подвергшихся зверствам турок. Вот отрывок из его протокола: «Жители некоторых деревень была избиты после подвержения их высшей степени зверским  жестокостям и изнасилованию; последнему подверглись не только женщины и девушки, но даже и лица другого пола. Преступления эти совершались как регулярными отрядами, так и баши-бузуками(башибузуками). Чрезвычайно трудно определить число болгар, убитых в этих немногие дни мятежа, но я склонен думать, что оно не менее 15 тысяч, и вернее, что это минимум для тех областей, которые я назвал/ в одной деревне был изнасилован старик на алтаре и сожжен заживо…/

Из бесчисленных дошедших до меня сведений видно, что едва ли хоть одна женщина в городе избежала изнасилования и зверского обхождения. Злодеи нападали на восьмилетних детей и женщин 80 лет, не щадя ни пола, ни возраста. Старикам вырывали глаза и отрывали члены, оставляя их таким образом умирать медленной и мучительной смертью… беременным женщинам распарывали чрева, и вытащенные оттуда младенцы насаживались триумфально на острия штыков и сабель, а детей заставляли носить разможжённые головы их братьев. Сцены расхищения, любодейства и убийства продолжались три дня, в продолжении которых переживающие братии постоянно должны были погребать их тела.

Жестокости совершались, главным образом, регулярными отрядами под командованием Фасли-паши (Фазли-паши). Из 8 тысяч жителей Батака, насколько известно, осталось только 2 тысячи- 5 тысяч погибло наверное здесь… Здесь был дом, пол которого совершенно побелел от пепла и пережженных костей сгоревших здесь заживо 30-ти человек. Здесь было значительное селение целиком посаженное на кол и затем поджаренное, здесь был сожжен целый школьный дом, вместе с укрывшимися  в нем двумя стами (двумястами) женщинами и детьми».*/

_________________________________________________

*/ Из книги Сэра Т. Синклера, баронета, члена Британского парламента «Восточный вопрос прошедшего и настоящего», СПБ, стр. 30, 31

 

Подобные зверства повторялись в разных масштабах и в разных местностях. Почти официальную поддержку они нашли в английском правительстве. Английский посланник в Константинополе сэр Эллиот писал в официальном донесении правительству, что от того будет ли убито 10 или 20 тысяч болгар не должна меняться английская политика.*/

Английский премьер Биконсфильд успокаивал английское общество, утверждая, что слухи о болгарских зверствах значительно преувеличены, хотя официальный представитель английского правительства, обследовавший пострадавшие местности, доносил о 12 тысячах вырезанных болгар. Министр иностранных дел лорд Дерби оправдывал продажу болгарских женщин и детей черкесами местной экзотикой, тем, что черкесы и своих жен и детей продают.

Когда английская газета «Daily News» опубликовала сведения о болгарской резне, которые подтверждались из разных источников, то это всколыхнуло английскую общественность и она ответила волной протестных митингов  против поддержки Англией турецкого правительства. Но эти митинги, конечно, продемонстрировали только высокую степень цивилизации английского общества и показали еще раз, что английское правительство никогда и не думало руководствоваться интересами цивилизации, как в это верила еще значительная часть русских либералов. Английское правительство к этому времени считало, что основной запас чувствительности в английском обществе был удовлетворен.

В ответ на волну возмущений английских леди и джентельменов (джентльменов) против бессердечных ученых, делавших опыты над беззащитными собачками, английский парламент вынес специальный билль о вивисекции, которым запрещалось ученым проводить опыты над животными, если они причиняют им боль.

_________________________________________________

*/ Там же стр. 349

 

Английские собаки были спасены от ножей английских ученых. Теперь английский парламент спокойно отдавал десятки тысяч болгар под ножи турецких баши-бузуков(башибузуков).

Первые сообщения о болгарском восстании появились в 20-х числах апреля. В середине мая появляются уже крупные статьи о зверствах в Болгарии.

Самая осведомленная о событиях этого времени газета «М.В.» с самого начала сообщала, что вспышка возмущения против болгар против притеснений турок не может иметь успеха из-за неорганизованности и плохого вооружения.*/ 5-го июня «М.В.» писали уже, что помощи русского общества мало, нужна помощь русского правительства. По информации английского корреспондента «Times» баши-бузуки(башибузуки) обратились к английскому консулу в Адрианополе с требованием выплатить им жалованье, так как они считали себя работающими на английское правительство.**/ Как вывод из событий, «М. В.», продолжавшие стоять на позиции необходимости действовать в согласии с Европой, писали, что перед Европой стал новый вопрос: болгарский. Болгары страшной ценой купили право на избавление от владычества вооруженных варваров.***/

В оценке болгарского восстания расхождений в русской печати не было. Реакционные «М.В.» и «Гражданин», как и либеральные органы, видели в турках варваров, которые уничтожают братский народ, всегда помогавший России в ее борьбе с турками, и который теперь может ожидать спасения только от России.

______________________________________________________

*/ «М.В.» 26/ V-1876 года

**/ «М.В.» 18/VII

***/ «М. В.» 31/VII

 

Таким образом русская пресса отметила еще один вопрос нуждающийся в решении: болгарский, который теперь не сходит со страниц русской печати даже в период высшего подъема заинтересованности обществ в сербско-турецкой войне. Разрешение вопроса различные газеты видели в разные периоды развития событий различное(разноплановое).

Болгарский вопрос стал частью восточного вопроса, настойчиво требующим своего разрешения. В возбуждении(разжигании)внимания общества к болгарскому вопросу «М.В.» сыграли крупную роль. Но причиной  этого было то, что эта реакционная газета, учитывая настроение общества, в изображении восстания и резни по сути не отличалась от либеральных органов.

Интересно отметить позиции либерального «Голоса», который слабее всех других крупных органов реагировал на болгарские события. Материал был слишком возбуждающим и он мало подходил для доказательств единства интересов Европы и необходимости итти(идти) вместе со всеми, в том числе обязательно и с Англией.

Поэтому «Голос» стал приводить значительные материалы о болгарских событиях только с того времени, когда этот вопрос возбудил(поднял) волну возмущений в английском обществе.

Все русские газеты помещали значительное количество материалов о болгарских событиях. Все говорили о невозможности продолжения существующего положения в Болгарии.

Русское общество было возмущено турецкими зверствами и покровительством Англии баши-бузукам(башибузукам). Тургенев пишет свое знаменитое стихотворение «Крокет в Виндзоре», где изображает спокойно играющую английскую королеву, в то время как под покровительством Англии турки режут болгар. Внезапно королеве кажется, что вместо крокетного шара к ее ногам катится окровавленная головка болгарского ребенка. Спокойствие королевы было нарушено.

Но нарушено ли было в самом деле спокойствие английской королевы (августейшей особы), это еще под большим сомнением. Спокойствие же русского общества было нарушено. Даже «Отечественные записки», которые до этого занимали позицию нейтрального сочувствия по отношению к славянским событиям, резко меняют свои взгляды. Спокойный и уравновешенный внутренний обозреватель «О.З.» Елисеев  пишет пламенную статью «Воевать или не воевать?», где призывает во чтобы то ни стало спасти страждущих братьев, хотя бы даже ценой смертельной борьбы со всей Европой.

Орест Миллер писал в «Новом времени», что зверства турок в Болгарии «почувствовано нами не менее глубоко, чем вторжение в Россию Наполеона нашими дедами и отцами».*/ Это было несомненно преувеличение, но самая возможность его уже показательна.

С болгарского восстания напряженное внимание общества по отношению к восточному вопросу все более растет. Знамя войны, которое подымала Сербия теперь в глазах большинства русского общества,- это знамя освобождения всех славян, в том числе и болгар.

Болгарское восстание в значительной мере подготовило то сочувствие русского общества, с которым оно откликнулось на борьбу сербов.

_____________________________________________________

*/ О. Миллер «Славянство и Европа» СПБ 1877 год, стр. 199

 

ВОЙНА СЕРБИИ И ЧЕРНОГОРИИ ПРОТИВ ТУРЦИИ

Часть II

Будучи подвластной турецкому султану, Сербия еще в начале ХIХ века начала героическую вооруженную борьбу за свою независимость. Борьба с огромной турецкой империей была бы не под силу маленькому народу, если бы не помощь России. Успехи русских в войнах с Турцией принесли свободу и Сербии. Уже Адрианопольский мир установил только вассальную зависимость Сербии от Турции. Сербия платила Турции определенную дань и зависела от нее во внешнеполитических сношениях (отношениях). Получив независимость во внутренних делах, сербский народ быстро двинулся вперед по пути прогресса. Демократическое устройство государства, в котором решающую роль играл парламент- скупщина, позволило Сербии в сравнительно короткий срок добиться успехов в устройстве хозяйства страны. Однако дальнейшее развитие Сербии требовало полной политической независимости. Стоял вопрос также о воссоединении  остальной частью сербского народа, который страдал под турецким игом и требовал помощи.

Другое, еще меньшее славянское княжество- Черногория, фактически никогда не подчинялось турецкому султану, несколько столетий ведя из своих горных гнезд упорную, кровавую, полную сказочного героизма, борьбу с Оттоманской империей. Когда на границах Сербии и Черногории восстали их братья, подняли смертельную борьбу против турок, то стал вопрос о вступлении в справедливую борьбу за независимость и Сербии, И Черногории.

Значительные черногорские отряды, не ожидая правительственных распоряжений, и даже вопреки им, переходили границу Герцеговины и вступали вместе со своими братьями в борьбу с турками.

И сербское, и черногорское правительства видели основную опору в своей борьбе против Турции в России и оттуда ждали разрешения выступить против врага. Царское правительство вело двусмысленную политику. С одной стороны оно боялось и не хотелось развязывания европейской войны, которая угрожала о стороны Австрии и Англии. С другой стороны оно надеялось, что при активизации славянской борьбы удастся чего-нибудь добиться и для них путем дипломатической борьбы, и таким образом укрепить престиж царизма на Балканах.

Поэтому Горчаков, давая русскому послу в Белграде А.Н. Карцеву категорические указания не допускать Сербию до войны, одновременно намекнул, что наследник сочувствует войне.*/ Таким образом сербское правительство ничего определенного со стороны России не могло добиться, а между  тем турецкие войска сосредоточивались на сербской границе. Состояние вооруженного мира было очень тяжело для маленькой Сербии и сербское правительство, заключив договор с Черногорией, всегда готовой драться с турками, решило выступить, надеясь, что Россия не сможет не поддержать ее. В этом сербское правительство убеждал и тот факт, что в Сербию прибыл довольно известный в России генерал Черняев, «герой» завоевания Ташкента и предложил свои услуги сербскому правительства. Его приняли с распростертыми объятиями и назначили командующим Моравской армией. Потом он стал главнокомандующим всей сербской армии.

На самом деле Черняев прибыл независимо от правительства и вызвал искренний гнев

________________________________________________________

*/  Ю.С. Карцев «За кулисами дипломатии», Петроград, 1916 г. стр.37

 

царя, который был недоволен, что его генерал связывает его с восставшими более, чем это было необходимо.*/

22-го июня 1876 года Сербия и Черногория начали войну против Турции.

РУССКАЯ ПРЕССА О ПОДГОТОВКЕ И ОБЪЯВЛЕНИИ ВОЙНЫ

Гл. I

Консервативная пресса

Вопрос о вступлении в борьбу Сербии и Черногории поднялся в русской прессе еще в начале герцеговинского восстания. Различные газеты относились к этому различно(неоднородно). «М. В.», доказывавшие необходимость прекратить восстание из-за его угрозы европейскому миру, относились к сербским вооружениям отрицательно. 22 января 1876 года в передовой статье Катков писал о необходимости принять энергичные меры против восстания в Боснии и Герцеговине, так как это грозит втянуть в события и Сербию, где среди темного народа действуют агенты «интернационалки».

Однако, когда не удалось потушить событий, то Катков пошел за ними и уже 16 июня в передовой писал о невыносимом положении Сербии, которая вынуждается намерением(вынуждена из-за намерений)Порты напасть на нее в целях самозащиты.

В передовой за 18 июня Катков связывает выступление Сербии с болгарской резней, говоря что промедление Сербии в выступлении грозит полным истреблением болгар турками.

Таким образом, причину выступления Сербии и Черногории «М. В. «видят в необходимости самозащиты против турок и

_______________________________________________________

*/ Ю.С. Карцев «За кулисами дипломатии», стр. 30; Газенкампф- дневник

 

спасения болгар. Начало военных действий «М.В.» приветствовали, указывая на необходимость первых успехов, чтобы отвлечь турок от болгар и дать им поднять настроение.*/

«М.В.» в сущности остаются на старой позиции и говорят о необходимости решения вопроса без решительного потрясения Оттаманской империи. Целью войны «М. В.» считают развязывание болгарского восстания, чтобы оно, окрепнув, могло добиться уступок от Порты. Таким образом, Сербия, по мнению «М.В.», должна поставить себе целью не разрушение турецкой империи, а только улучшение положения славян, достижение устранения почвы новых беспорядков.**/ В том, что Сербия сможет справиться с этой задачей, у Каткова нет никаких сомнений. В России считали, помня сербскую борьбу за независимость, что сербы- это прирожденные войны. Слухи о первых успехах сербов, появившиеся во всех русских газетах, утверждали общество в этом мнении. И «М. В.» высказывали только общее убеждение, что сербы и черногорцы, если им не будут мешать, легко расправятся с турками.***/

Позиция «Гражданина» несколько отличается от позиции «М. В.». Цели войны «Гражданин», в отличие от «М. В.», видит в борьбе сербов «за право жить».****/

В другой статье «Гражданин» говорит точнее и считает, что в результате победы славяне образуют свободную федерацию.*****/ «Гражданин» также, в отличие от «М. В.», допускает и возможность поражения славян, но в таком случае он полагает, что дело не изменится- и русские, и австрийские славяне не дадут в обиду сербов.******/

_______________________________________________________

*/ «М.В.» 23/VI   1876 года

**/ «М.В.» 27/VI

***/«М.В.» 27/VI

****/«Гр.»/ 20/VI  стр. 596

*****/ «Гр.» 20/ VI стр.602
******/ «Гр.» 20/VI  стр.600

 

Для того чтобы подогреть атмосферу, «Гражданин» неоднократно сообщает об успехах болгарского восстания.

Как видим, тон «гражданина» отличается большей решительностью. Он не только допускает, но и желает вмешательства России в случае неуспеха борьбы сербов.

Однако во всех этих мыслях не было почти ничего явно консервативного. И «М. В.», и «Гражданин» подстраивались под читателей. Все эти мысли и даже в более решительной форме высказывались и передовыми либеральными органами.

Однако то, что это за сочувствие «молодцам-сербам», бьющимся за создание свободного славянского государства, федерации, хорошо иллюстрируется тем, что катковский же «Русский вестник»-самый крупный реакционный журнал, помещает в майском номере статью

В. В. Макушева «Очерки истории и современного положения задунайских славян», где автор доказывает с настоящих позиций консерваторов, что сербы вовсе не «молодцы», а очень сомнительный народ, в них, оказывается «нет государственного смысла», они, не понимая славянской самобытности, завели у себя скупщину на манер европейского парламента и вообще считают себя европейской державой. «Европейничание- болезнь сербов».

Примеру сербов в последнее время стала подражать и Черногория».*/

Здесь выглядывает настоящее лицо реакционера с типичной аргументацией. Но пока что и Катков, и Мещерский считают необходимым скрывать это. Наиболее решительную позицию среди консерваторов занял И. Аксаков. В написанном им воззвании Славянского комитета в июне 1876 года он говорит: «Начинается страшная, кровавая, последняя борьба

______________________________________________________

*/ «Р.В.» 1876 год № 5 стр.35

 

славянства с исламом».*/

ЛИБЕРАЛЬНАЯ ПРЕССА     

Либеральный «Голос», как и консервативные «М. В.» был убежден в необходимости сохранения европейского мира. Поэтому он тоже с самого начала герцеговинского восстания был против всякого расширения сферы военных действий. 30 сентября 1875 года «Голос» настойчиво убеждал Сербию прекратить вооружения (вооружение), т.к. это грозит европейскому миру и Сербия может потерять даже то, что она имела.

17 февраля 1876 года «Голос» доказывал, что Сербия и Черногория из-за своей неразвитости и слабой культуры неспособны возглавить объединение славян. 8 июня 1876 года «Голос» с облегчением реагирует на слухи, что Сербию уговорили не начинать войну, он опять поучает сербов не брать на себя невыполнимых задач. Однако, когда по всем признакам война была на носу, «Голос» пишет о самом главном. Пишет, что в виду (ввиду) возможной войны европейское согласие тем более необходимо.**/

Однако 22 июня «Голос» стал перед совершившимся фактом.

Сербия и Черногория начали войну. Не успев в уговорах(убедить)славян, «Голос» уговаривает Европу, что она должна поддержать требования славян. На следующий день «Голос» пишет, что без европейской войны восточный вопрос разрешить невозможно, к войне Россия не готова и поэтому еще не настало время его разрешения.

_____________________________________________________-

*/ И.С.АКСАКОВ,Сочинения, М.1886 год, том 1-й, стр. 216

**/ «Голос» 15/ VI -1876 г.

 

«Голос» выражал сожаление, что Сербия совершила такой опрометчивый шаг. Теперь задачей России является локализация событий. Нужно приложить все усилия, чтобы больше никто не вмешивался в события, чтобы они не распространялись, т.к. это может вызвать европейскую войну.

Россия же все время должна иметь ввиду(в виду) интересы русского народа, который будет расплачиваться за всё.*/

Локализацию борьбы «Голос» считает самым главным лозунгом. Допуская поражение славян «Голос» считает, что Европа должна будет настоять в этом случае, чтобы Турция совершила обещанные реформы. Основную надежду при этом «Голос» возлагает на нерушимость союза трех императоров.**/

Впрочем, убедившись, что никакая из европейских держав не думает пока вмешиваться в события, «Голос» с облегчением пишет, что Турции никто не собирается помогать и таким образом можно ожидать победы восставших.

Таким образом, объявлению войны Сербией «Голос» встретил с неудовольствием. Исходя из основательных опасений за возможность вовлечения России в войну, «Голос» доходил до геркулесовских столбов либеральной аргументации и доказывал, что Сербия и не имеет права объявлять войны(войну) Турции, т.к. она является воссалом(вассалом) турецкого султана. На это Орест Миллер справедливо ответил, что в таком случае и Иван III не имел права подымать борьбу против татарской орды, т.к. он был тоже воссалом(вассалом) хана.

Однако, сетуя на славян за их неразумие и непонимание, что нужно «не сразу», «Голос» выражает симпатию их

__________________________________________________

*/ «Голос» 23/VI

**/ «Голос» 2/VII

 

борьбе. Это выражается также и в том, что он помещает на своих страницах статьи А. Градовского, который стоял в сущности на отличной от «Голоса» позиции и был за решительную национальную политику России.

8 июля он писал в «Голосе», обращаясь к обществу: «Наши братья восстали для защиты своих жен и детей, своей веры…» На балканском полуострове разыгрывается  судьба не одних славян турецких, там поставлены на карту все плоды вековой политики нашего правительства, все, чего оно, силою оружия, успело добиться от султана на пользу наших единоплеменников. Стало быть славяне турецкие бьются не только за себя, но и за честь и достоинство России». Он призывал к пожертвованиям, чтобы помочь нашим братьям нести тяжкое бремя, помочь «святому делу освобождения братьев наших».*/

Он так пишет о целях славян: «Славяне требуют немного. Они не имеют широких всемирных замыслов. У них нет ни графа Кавура, ни князя Бисмарка… тут не Кавур, а Спартак».**/ Так отнесся к началу сербо-турецкой войны национал-либерал А. Градовский.

Либеральная «Неделя» еще в разгар герцеговинcкого восстания сочувственно писала о возможности вступления Сербии и Черногории в борьбу.***/ Объявление войны Сербией «Неделя» встречает горячим сочувствием. Она пишет, что Сербия взялась за дело, предназначенное ей, дело славянского Пьемонта. Но она хочет не объединить и централизовать славян, а освободить и собрать славянские земли.****/ В другом месте «Неделя» пишет, что славяне сражаются за священное дело свободы, цивилизации

*/ «Голос» 8/VII  -1876 г.

**/ «Голос» 17/VII

***/ «Неделя» 31/VIII  -1875 г. «Полит. Хроника»

****/ «Неделя» 20/VI  -1876 г. Передовая.

и прогресса. Не национальные интересы движут славянами, -успокаивает газета боявшихся «национализма», – а безсознательное(бессознательное) стремление к праву и свободе, ради которых славяне являются орудием прогресса.*/

«Неделя» выражает надежду, что к борьбе сербов присоединится и Болгария, и выражает надежду, что для славян наступил наконец час освобождения.**/

«Неделя» верит в то, что славяне справятся своими силами с Турцией и поэтому желает дать свободно разгораться событиям. Слухи о первых успехах сербов с радостью передаются «Неделей» и она сообщает о чрезвычайной храбрости сербов, о подготовке Румынии выступить на их стороне.***/

Среди либеральных органов мы будем рассматривать и позиции «Нового времени», которое с марта 1876 года перешло в руки Суворина. Суворин уже с самого начала своей деятельности получил название флюгера, вертящегося туда куда ветер дует. Несколько позже этот флюгер застыл на явно реакционном направлении. Но в период событий 1876-78 годов «Новое время», стремясь попасть в тон обществу, сумело этого достигнуть и стало самой распространенной газетой. «Новое время» достигло небывалого до того времени в России количества 20000 подписчиков. Стараясь все время итти(идти)в ногу с господствующим настроением, «Новое время» и выражало взгляды большинства общества, которые и были по своему характеру в данном вопросе прогрессивными. Суворин объяснял, что он пытался сделать из своей газеты «парламент мнений», т.е. предоставлял на страницах издания возможность высказывать противоположные, борющиеся мнения. На самом деле это было

__________________________________________________

*/ «Неделя» 22/ VIII -1876 г. «Идея славянской войны»

**/«Неделя» 20/ VI

***/«Неделя» 27/ VI

 

Только оправдание его «флюгерства». И те шовинистические нотки, которые проявились на страницах «Н.В.» были не чужды и самому Суворину.

«Н.В.» так характеризовала ситуацию восточного вопроса: «В восточном вопросе более всего заинтересованы Австрия и Россия. Интересы России нравственны, совершенно бескорыстны. Австрия же боится славян и не хочет, чтобы они выходили из-под власти Порты. Для этого она и хочет облегчить немного их участь. В мире заинтересована вся Европа, в том числе и Россия. Порта в состоянии полнейшего разложения. Выход –«это невмешательство Европы в турецко-славянскую распрю.» Это невмешательство должно касаться не только восставших, но и Сербии, и Черногории.*/

Как видим, «Н.В.» еще задолго до начала сербской войны было за предоставление Сербии и Черногории свободы рук. Газета все время следит с симпатией за подготовкой Сербии к войне. 8 июня «Н.В.» пишет, что сербский народ готов к войне и не понимает, чего ожидает правительство.

Вступление Сербии в войну «Н.В.» встречает с большим удовольствием. Газета пишет, что воюя с турками, Сербия защищает свои вполне реальные интересы: безопасность границ, спокойствие, торговлю.**/ Кроме этого целью борьбы славян является вообще свобода человеческих прав, равноправие народов, православный крест, домашний очаг и цивилизация, что указано в воззвании Черняева к славянам, которое «Н.В.» сочувственно приводит.***/

_______________________________________________________

*/ «Новое время» 15/IV -1876 г.

**/ «Н.В.» 27/VI-1876 г.

***/ «Н.В.» 28/VI

/Интересно, что Черняев, вышедши из лагеря реакции из «Русского мира», который он редактировал совместно с Р. Фадеевым, в обращении к народу прибегает к помощи либеральной аргументации: прав человека, равноправия народов, до которых ему, в сущности, было очень мало дела/.

Газета помещает статью А. Майкова о Сербии, где тот доказывает, что сербская скупщина является очень симпатичным органом, а сербская интелегенция (интеллигенция) вовсе не заражена европеизмом, а выражает настроение народа.*/

Газета верит в высокие боевые качества сербов и с удовольствием отмечает первые успехи славян.

Солидный «Вестник Европы» тоже с сочувствием отозвался о борьбе славян и видел в этом единственную возможность решить восточный вопрос.**/

«Отечественные записки» может быть наиболее горячо откликнулись на борьбу славян. Елисеев верил, что славяне без вмешательства Европы легко справятся с турками. А если Европа вмешается, то Россия должна вступить с ней в смертельную борьбу за своих братьев.***/

Михайловский пишет в июле 1876 года в «О.З.», что измученные славяне поднялись и пробуют(предпринимают попытку) добиться элементарнейших прав человеческого существования.

Как видим, кроме «Голоса» либеральная печать всех оттенков активно и горячо приветствовала начало сербо-турецкой войны. И, в сущности, аргументация консервативных органов была лишь довольна бледной копией аргументации либерального направления.

____________________________________________________

*/ «Н.В.» 29/VI

**/ «В. Е.» 1876 г. №7, стр. 382

***/ «О.З.» 1876 г. №6, стр. 366, 376; «О.З.» 1876 г. №9. стр. 97

 

Глава II

ОБЩЕСТВЕННЫЙ ПОДЪЕМ

Сообщения русских газет о болгарской резне всколыхнули русское общество. Начало сербско-черногорской войны привело к новому росту славянских симпатий. Сообщения об успехах, неудачах сербов и черногорцев находили самый горячий отклик в русском обществе. Со второй половины июля, когда определилась вся тяжесть задачи, взятая на себя  маленькими славянскими народами*/, быстрый рост славянских симпатий общества приводит к взрыву общественного энтузиазма, удивившего своими неожиданными размерами и силой даже самых горячих пропагандистов «славянских идей».

Уже 16 июля «М.В.» в передовой «Народное чувство заговорило» пишут о симпатиях к славянам во всех слоях общества. 15 августа газета сообщает по поводу слухов об успехах сербов под Алекинацем(Алексинацем): в Москве воодушевление всеобщее… у всех гора с плеч свалилась».

28 августа газета приводит одно из многочисленных писем в редакцию после сообщений о новых успехах сербов: «Не нахожу слов, чтобы благодарить Вас за радостное известие.Весь город ликует, поздравляют друг друга как на Светлый праздник.- Дай бог (Бог) здоровья Михаилу Григорьевичу/Черняеву/. Вечная память павшим героям!».

При слухах о гибели русского добровольца в Сербии Раевского, в Одессе у редакций газет собрались толпы взволнованной публики.**/ Из Покрова, Владимирской  губернии, сообщали о небывалом сочувствии славянам. Вести о войне мгновенно передаются по городу и отдаются эхом в деревнях.***/

_____________________________________________________

*/ Примечание: Воодушевление русского общества увеличивалось с каждым днем, в особенности с тех пор, как ход военных действий начал принимать оборот неблагоприятный для славян. /П. Гейсман «Славяно- турецкая борьба 1876-77-78 годов»/ ч.I, СПБ, 1887 г. стр. 76

 

Там же сообщается, что со времени 1812 года такого подъема не знало Донское казачье войско.

С ликованием описывает «Гражданин» взрыв восторга огромной толпы, провожавшей в Москву с Курского вокзала знамя и походную церковь Черняеву. «Провожать знамя и походную церковь…. С восемью певчими и регентом собрались до 10000 народа, людей самого разнообразного общественного положения-старики, женщины, подростки, дети даже. Перед самым отъездом волонтеров многие подносили детей своих под благословение добровольцев, этих хрестоновцев настоящего времени». Возвращаясь, толпы остановились у дома генерал-губернатора и пропели «Боже царя храни» («Боже, Царя храни!»), а затем молились у Иверской Божьей матери», затем отправились к памятнику Минина и Пожарского, где еще раз пропели, преклонив колени, «Боже царя храни» («Боже, Царя храни!»)****/

Катковский журнал «Русский  вестник» писал: «Трудно еще расшевелить русского человека, но раз встрепенулась душа, заговорило его сердце, порыв неудержим. Так было в 1612 году, так было и в 1812 году и в 1863, так трепещет и ныне сердце России».*****/

20 июля «Голос» отмечал, что нельзя ни о чем писать, кроме Балканских событий, т.к. публика интересуется только этим. 3 сентября газета пишет, что «от восточного вопроса проходу нет». 27 сентября «Голос» помещает «Очерки провинции», где автор пишет, что старожилы, помнящие 1812 год и Крымскую войну говорят, что никогда

_______________________________________________________

**/ «М.В.» 2/IX

***/ «М.В.» 5/IX

****/ «Гражданин» 4/X – 1876 г.стр.769
*****/ «Р.В.» 1876 г. №8, стр. 915

 

еще в России не было такого единодушия, как теперь. Проф. Орест Миллер писал: «Становится, наконец, невозможною никакая отвлеченная ученая работа в своем кабинете, когда каждая мысль, не касающаяся злобы дня, невольно представляется вздором, если не преступлением, когда всякий не принимающий непосредственного участия в борьбе, готов, несмотря на все успокоительные нашептывания рассудка, смотреть на себя с жалостью, если не с презрением»,*/

Проф. Градовский в публичной лекции отмечал, что движение в пользу славян «охватило все слои общества, оно оттеснило на задний план все другие интересы».**/

«Всякое дело, кроме войны, кажется теперь точно не настоящим»,- пишет «Неделя»».***/

«Словно пожар разразился по русской земле вдруг, без всяких приготовлений и подстраиваний»,- вспоминала об этом несколько позже та же «Неделя».****/

«Н. В.» еще 19 июня отмечает, что в Москве «освобождение» у всех на языке и на уме. «Все внимание наше привлекают теперь герцеговинцы, черногорцы, сербы и болгары», мы живем их интересами. А своих интересов у нас нет, -пишет с неудовольствием внутренний обозреватель «Вестника Европы».*****/

«О.З.» пишут: «Никто ни о чем другом не хочет слушать, ни о чем другом не может говорить, ничего другого не желает читать, кроме известий о том, что там делается».******/

 

___________________________________________________

*/ О. Миллер «Славянство и Европа», СПБ – 1877 г., стр. 201

**/А.Д. Градовский «Собрание сочинений», том.VI СПБ,1901 г., стр. 227.

***/ « Неделя» I/VIII- «Заметки провинциального философа».

 

В этом же номере говорится о публике, которая жадно ищет только одних сведений в газетах, требует только одного чтения, ищет на газетных столбцах и на страницах журналов только одни имена: Черняева, Хорватовича, Чолакантича(Чолак-Антича), черногорских героев, русских женщин, русских  удальцов, идущих туда.*******/

Этот общий подъем общества отмечают и ряд мемуаристов. С. Ю. Витте вспоминает об этом времени: «Тогда был общий подъем русского патриотического самосознания именно в смысле славянского единения».********/

В общественном возбуждении принимали активное участие и неславянские окраины России. Все газеты с удовольствием отмечали, что Финляндия не отстает от русских областей в сборе пожертвований. Мещерский вспоминал, как он в Ревеле утроил народный праздник в пользу славян. Цены назначили за вход очень высокие. Однако народу пришло столько, «что пришлось устраивать две входные кассы; и все это был простой народ, эстонские мужики с их семьями, в праздничных одеждах, с удовольствием платившие по 40 копеек за вход».*********/

Однако возбуждение в различных слоях общества было далеко неоднородным.

В высшем, придворном обществе примером служила ярая славянофилка Мария Александровна. Возбуждение очень подогревала умная графиня А. Д. Блудова, в гостиной которой в Зимнем дворце говорили пламенные славянофильские речи на отборном(безупречном) французском языке. Славянское движение

_______________________________________________________

****/ «Неделя» I /I -1877 г. «Итоги русско-славянского движения»
*****/ «В.Е.»-1876 г., №8, стр. 781
******/ «О.З.» 1876 г., №9, стр. 1,2
*******/ Там же, стр.
********/ С.Ю. Витте «Воспоминания» /1849-94г./
*********/ Кн. В.П. Мещерский «Мои воспоминания», СПБ- 1898 г., ч. II, стр. 285, 286

охватило тогда всю женскую половину двора, вспоминает К. Головин.*/ «По гостиному двору торжественно с красным придворным лакеем позади, ходят придворные дамы и собирают на пользу раненых славян Балканского полуострова», -вспоминает князь Мещерский об этом времени.**/

Впрочем, для милых дам это было только приятной возможностью разнообразить свою придворную жизнь, это была дань моде, которая находила поощрение в Аничковском дворце, где жил наследник и у императрицы.

Над милым и необычным увлечением мило шутили. Русского консула в Черногории Ионина, ортодоксального дипломата, обвиняли в поджигательстве славянских страстей и распевали о нем песенку на мотив «La fille de madame Angot” /модной тогда оперетты «Дочь мадам Анго»/: «Ah, c’est donc toi monsier Jonine/ qu’es invente l Herzegowine»/ «Ах, это ты, мсье Ионин, который изобрел герцеговинцев»./***/

Татищев в «Истории царствования Александра II» приводит интересное письмо князя П.А. Вяземского, в котором тот удивляется вдруг охватившей всех славянской эпидемии и удостоверяет, что был один человек, в его лице, с трезвой головой, который не разделял общего психоза. Однако князь Вяземский был не один среди высшего общества. Довольно значительная часть «мужской половины» высшего общества не разделяла славянских симпатий и даже считала их вредными. Таковы были министр внутренних дел Тимашев, председатель Государственного совета Валуев, граф П.А. Шувалов, бывший начальник III отделения, А.Л. Потапов. «Они постоянно твердили что смешно, имея у себя дома исправников,

_______________________________________________________

*/ К. Головин «Мои воспоминания» СПБ, 1908 г., томI, стр.298, 299

**/ Кн. Мещерский «Мои воспоминания» СПБ, 1988 г., ч. II, стр. 273

***/ К. Головин «Мои воспоминания», т.I

 

становых и административную ссылку, опираться за границей на революционный элемент.*/ Их мотивы, как мы уже показывали, хорошо открывал князь Мещерский, которому высокопоставленный сановник Василий Онуфриевич объяснял, что сегодня эта наэлектризованная толпа поет «Боже царя храни» («Боже, Царя храни!», а завтра ее настроят агенты «интернационалки» петь «Марсельезу», поэтому, таким образом, «лучше не скопляться».

Однако» «славянофильская» партия при дворе, возглавляемая наследником  и Победоносцевым, который даже перевел вместе с проф. Бестужевым-Рюминым брошюру Гладстона о болгарских ужасах, эта партия решительно брала верх.

Большинство провинциального дворянства имело довольно смутные представления о событиях. Щедрин летом 1876 г. так изображает разговор двух «культурных людей»:

«А позвольте просить, -вдруг надумался Сергей Федорович, -вот Вы насчет Турции изволили говорить, будто там конституции требуют. Стало быть, это действительно так?

-Чего вернее, во всех газетах написано.

-Да, заварили турки кашу! Придется матушке-России опять их уму-разуму учить!

-А позвольте еще спросить, дворяне у них есть турецкие?

Вопрос этот сначала ошеломил собеседников, так что последовала короткая пауза, во время которой Павел Матвеевич, чтоб скрыть свое смущение, поворотился боком к окну и попробовал засвистеть. Но Василий Иванович, повидимому(по-видимому) довольно твердо помнил, что главная обязанность культурного человека состоит в том, чтобы выходить с честью из всякого затруднения, и потому колебался недолго. _________________________________________________

*/ К. Головин «Мои воспоминания» , том I, стр. 299

 

-Как, чай, дворянам не быть, -ответил он, – только документов у них настоящих нет, а по-ихнему- все-таки дворяне».

И «Голос», и «Н.В.» отмечали, что богатейшие русские монастыри остались в стороне об общего движения. Идеи «не от мира сего» не охватили божьих обитателей и русское монашество безнадежно погрязло в «скверне земной», восхитившись «бренными радостьми сей юдоли печати и плача».**/

Купцы и промышленники постарались использовать славянский подъем, чтобы сбыть залежавшиеся товары. Петербургский водочный заводчик придал косушкам заманчивые названия «Герцеговинка», «Сербская» «Боевая», -сообщал «Голос».***/ А в Одессе почтенные лица обращали в свою пользу собираемые для славян деньги и имущество.****/

Самым сильным и искренним славянское возбуждение было в низах общества, в его наиболее демократической части. Это отмечают решительно все органы всех направлений. Мещерский уже в период полного охлаждения к славянским делам так вспоминал об этом времени: «Славянское движение, охватившее умы вначале(в начале) лета этого года, было действительно весьма интересным событием; интерес его заключался в общности этого настроения и в особенности в его популярности: чем ниже был общественный слой, тем сильнее проявлялся Drang на Дунайский восток.*****/

Этот демократический характер славянского возбуждения особенно проявился в сборе пожертвований в пользу славян. Все органы всех направлений отмечали, что основные суммы денег шли от беднейшей части общества,

______________________________________________________

*/ Щедрин, том XI, стр. 489
**/См. «Голос» 8/VIII  -1876 года и «Н. В.» 21/VIII «Московский фельетон»

 

в то время, как богатые жертвовали очень редко. В Петербурге пожертвования идут в основном из низших классов, – писали «М.В.» 10/VIII. 16/ VIII газета пишет,что в Кронштадте жертвуют в основном низы. «Гражданин» 20/VI отмечает, что богачи вовсе не жертвуют на славян.******/

25/VII «Гражданин» отмечает, что врачи жертвуют много, а купцы стоят в стороне.*******/ 4 октября «Гражданин» приводит свидетельства, что простые люди всегда жертвуют на славян, «чистая публика» редко.********/

И. Аксаков в речи на заседании Московского славянского комитета 24/Х-1876 г. говорил: «пожертвования по общественной лестнице шли в обратной прогрессии: чем выше, чем богаче, тем относительно слабее и скуднее.»*********/ «Н.В.» в статье «Заметки кружечного сборщика в пользу славян» отмечает, что простонародие живо откликается на рассказы о борьбе славян и охотно жертвует, именно низы.**********/

Корреспонденция в «Н.В.» за 31/VIII отмечает, что простой народ всегда жертвует, а богатые крайне редко. Автор этой же корреспонденции Н. Морской в «Н.В.» за 14/Х рассказывает как служивший мужик едет в Сербию добровольцем; он рисует(описует) картину в вагоне: плотник, извозчик и проститутка жертвуют на славян, а богач отмалчивается. «О.З.» помещает письмо своей корреспондентки из Белграда, которая описывает прибывшие туда русские пожертвования: «В числе пожертвований обращают на себя внимание вещи, которые пожертвованы нашими крестьянками. Достаточно видеть сарафаны, полотенца и прочее, чтобы понять с каким

_________________________________________________
***/ «Голос» 15/VIII -1876 г.
****/ 21/VIII  «Очерки провинции»
*****/Мещерский «Мои воспоминания» ч.II, стр. 281, 282
******/ стр.601
*******/ стр.708
********/ стр.774
*********/ И. Аксаков Сочинение , М. 1886 г., том.I , стр. 228

 

чувствами они отдавались. Сарафаны не только новенькие с иголки, с красивым рисунком, но еще в некоторые из них воткнуты целые ряды иголок и булавок. Видно, что отдавалось лучшее, думалось о том, что и мелочи могут понадобиться тем, кому они предназначались. Вообще, в крестьянских посылках, в самом наборе их, проглядывает трогательная заботливость о сербах. Зато надо видеть с каким удовольствием эти вещи принимаются, сербкам очень нравится русский наряд и раздается он преимущественно молодым».*/

Всего было собрано по России около 3,5 миллионов рублей пожертвований. Если учесть, что 2\3 этой суммы были медными копейками бедноты, как об этом свидетельствует тот же И. Аксаков и как это видно из всех данных, то ясно что эта сумма сравнительно немалая.

Однако, попадая в сановные руки людей «возглавлявших народный восторг», эти народные копейки тратились беспорядочно и неумело. Воспитанные в лоне царской бюрократии «благодетели» славян не умели распорядиться как следует собранными пожертвованиями и значительная часть их уходила не по назначению и неизвестно куда. Это отмечают «М.В.» в передовой за 3/Х- 1876 года, об этом пишут они и 14/ХI. «Наше общество пожертвовало, может быть, во сто раз больше английского, но денег наших не видно, они производят одно недоумение, даже нет возможности обвинять кого-либо в злоупотреблении, потому что ничего не сделано, кроме страшной путаницы, беспорядка и общего незнания куда делись деньги». Госпитали беспорядочно устроены и беспорядочно содержатся. Наши добровольцы не имеют средств,

**********/ «Н.В.» 15/

*/ «О.З.» 1877 г., №2, стр. 284

 

чтобы возвратиться назад.*/ Либеральные органы настойчиво требовали у распорядителей пожертвованиями отчеты в расходовании суммы. Не дали такого отчета многие редакции газет и журналов, собирающие пожертвования.**/ В сборе средств, как и вообще в подъеме общества решающую роль в этом деле, как и вообще в общественном возбуждении сыграли и славянские комитеты.

Московский славянский комитет возник в 1858 году, несколько позже появились такие же комитеты в Петербурге и Киеве. В Одессе появилось славянское благотворительное общество Кирилла и Мефодия. Целью подобных организаций было распространение в России «славянской идеи», культурная связь в России со славянством. Руководящую роль в комитетах играли поздние славянофилы типа И. Аксакова. Работу эти комитеты, по всеобщему признанию печати всех направлений, провели ничтожную. На средства комитетов воспитывалось в России незначительное количество/порядка одного двух десятков/ болгар и сербов. «На этнографических картах, изданных комитетом в ряду славянских наречий было опущено малорусское, хотя были отмечены лужичане и словаки отдельно от чехо-мораван».***/

Общественный подъем 1875-76 годов застал славянские комитеты врасплох. Они к нему совершенно не готовы.

___________________________________________________

*/ «М.В.» 14/  -1876 года, С.Д. «Из Белграда»
**/ «О.З.» 1877 год , №2, стр. 310
***/ А.Н. Пыпин, «В.Е.» 1878 г., №II, стр. 324

 

Об этом говорил сам И. Аксаков» «Комитет(Московский) вовсе не был приготовлен к той обширной деятельности, которая выпала ему на долю».*/ Один из крупных деятелей Петербургского комитета Орест Миллер приводил подобное же высказывание председателя  петербургского комитета князя Васильчикова. «По правдивому признанию князя, славянские комитеты застигнуты великими событиями на Востоке скорее врасплох. По крайней мере отправка добровольцев никогда и не снилась самим комитетам.**/

Мы уже приводили высказывания такого авторитетного лица как А.Н. Пыпин, который говорил, что славянские комитеты пошли только вслед за общественным интересом. Тем не менее роль комитетов в это период была велика.

Славянские комитеты входят крупнейшие и активнейшие либералы вроде Григория де-Воллана, О. Миллера, хозяина и вдохновителя «Голоса» Краевского и, если мы не ошибаемся, проф. А. Градовского. Таким образом придать общественному движению славянофильский/в духе позднего славянофильства/ характер комитеты и не могли.

____________________________________________________

*/ И. С. Аксаков, соч. т. I “Речь в заседании комитета» 24/Х-1876 г.
**/ О. Миллер «Славянство и Европа» , СПБ, 1877 год, стр. 376

 

Учитывая все это, совершенно неверно повторять вошедшие уже в традицию взгляды о роли поздних славянофилов и славянских комитетов в общественном возбуждении(движении), роли  направляющей и определяющей силы. Эту ошибку допускает Н.Н. Яковлев, когда рисует картину бешенной шовинистической и панславистской агитации, организованной славянофилами особенно (непосредственно) через их газеты и славянские комитеты.*/

Это не отвечает истине уже хотя бы потому, что в этот период славянофилы не имели не единой газеты и свои взгляды проводили только в речах на заседаниях комитетов, которые если иногда и печатались в газетах, то были совершенно ничтожной частицей общего агитационного пропогандистского (пропагандистского) газетного материала. Да и печаталась из них только часть, которая подходила под тон газетной пропаганды, а ее характер мы уже знаем.

Таким образом, говорить о шовинистической и славянофильской агитации в огромных размерах, проводимой газетами и славянскими  комитетами, не приходится.

В сущности такую же ошибку допускает в своей диссертации и И. Козьменко,которая преувеличивает роль славянофильской, «националистической и шовинистической агитации», как она говорит. Преувеличивает она и роль славянских комитетов. Поэтому, как это ей ни печально, она вынуждена признать ведущую роль в общественном возбуждении и в деле освобождения болгар этих самых националистов и шовинистов.**/

_______________________________________________________

*/ Н.Н. Яковлев «Внешняя и национально-колониальная политика царизма в 60-х-70-х годах XIX века”. Лекции ВПШ 1940-41 год. См. его же лекции ВПШ за 1946 г.

 

ДОБРОВОЛЬЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ

Гл.III

Может быть наиболее ярко выраженный подъем выразился в добровольческом движении.

Первые русские добровольцы отправились к восставшим

славянам еще в 1875 году из Киевского и Одесского комитетов по вербовке добровольцев. Среди первых русских добровольцев были, как мы уже знаем, и  революционеры.

Генерал Черняев еще в сентябре 1875 года предложил Московскому славянскому комитету отправить с ним в Черногорию человек 50 добровольцев, но тогда у комитета не оказалось средств. Добровольцами при пособии(содействии) комитета отправились только несколько сербов и болгар.***/

В конце марта 1876 года ген. Черняев снова изъявил желание ехать к славянам. На этот раз он смог уже выехать и к концу мая газеты сообщали уже о назначении его командующим южноморавской армией. Отъезд в Сербию Черняев совершил тайно и от правительства, и от семьи. Государь был очень недоволен поступком его генерала и даже хотел лишить его русских военных орденов.****/

Царь вовсе не хотел, чтобы получилось впечатление о правительственном участии в событиях.

Вначале с Черняевым была небольшая группка русских добровольцев. В России все ожидали быстрых успехов славян и смерти «больного человека». Однако уже к концу июля определилась трудность(вся сложность) борьбы. Газеты принесли известия о первых погибших добровольцах. Пришла весть о смерти видного члена славянского комитета Киреева.

_______________________________________________________

**/ И. Козьменко, Диссертация, стр. 119, 198

***/ Аксаков, Сочинения, стр. 220
****/ Ю.С. Карцов «За кулисами дипломатии» стр. 30,Гаренкампф (Газенкампф) «Мой дневник»

 

Черняев заявил о недостатке офицеров в его армии.

Число добровольцев «начало особенно сильно возрастать с августа месяца, т.е. с того времени, когда неравенство борьбы между Турцией и Сербией обрисовалось довольно рельефно, а генерал Черняев «клич кликнул» по всей русской земле, призывая русских людей на помощь сербам. На этот призыв так или иначе отозвалась громадное большинство русского общества».*/ Об этом же вспоминает и умный(мудрый) А.Н. Хвостов, также участник добровольческого движения, как и Гейсман.**/

Опасность, неожиданно возникшая для общества в борьбе маленьких славянских княжеств с турками, всколыхнула русское общество. Горсть добровольцев во главе с русским генералом, умирающая(гибнувшая) за дело освобождения братьев славян от турка, вызвала горячие симпатии. По всей России, следящей за событиями, пронеслось нечто вроде: «наших бьют!»

Слова волонтер и «доброволец» стали самыми популярными в обществе. Славянские комитеты были осаждены толпами желающих ехать в Сербию.***/ Правительство  разрешило  офицерам ехать добровольцами, но при условии, что они будут выходить в отставку и ехать лично от себя. Офицерские собрания устраивали торжественные проводы едущим в Сербию офицерам. Офицерская молодежь была охвачена воодушевлением. «Узнав о гибели многих русских офицеров в Сербии, 12 гардемаринов фрегата «Кремль» подали просьбы о дозволении им выйти в отставку, чтобы ехать в Сербию»,- вспоминал Мещерский.****/

___________________________________________________

*/ П. Гейсман «Славяно-турецкая борьба» ч.I, стр. 76

**/ А.Н. Хвостов «Русские и сербы в войну 1876 года» СПБ 1877 г.
***/ И. Аксаков, сочинения стр. 223
****/ Мещерский «Правда о Сербии», стр. 41

 

«Отставной солдат одного из гвардейских полков, накопив 300 рублей, принес нам в комиссию 225 рублей, а на остальные 75 отправился в дорогу», -вспоминает активный деятель петербургского славянского комитета О. Миллер.*/ «Стали являться уже не одни нижние чины, но и простые крестьяне. И с какой смиренной настойчивостью, как бы испрашивая милости, со слезами на глазах, на коленях, молили они об отправлении на поле битвы»,-вспоминает И. Аксаков.**/ Если в этих воспоминаниях «слезы на глазах» и «мольбы на коленях» и были кликушеством столпа  реакционного славянофильства, то в общем он правильно передает большой наплыв добровольцев в славянские комитеты. Комитеты не могли отправить всех желающих и отправляли преимущественно военных». Вообще добровольцев могло быть отправлено вдвое больше, но комитет выдавал пособие почти исключительно военным». ***/

Рвались в Сербию и женщины сестрами милосердия, их тоже было больше, чем комитет мог отправить. Об этом вспоминает и О. Миллер.****/ Об этом вспоминает и Вера Фигнер, которая тоже хотела отправиться в Сербию сестрой, но которой отказали из-за большого наплыва желающих.

Во многих, даже небольших городах образовались филиалы славянских комитетов, которые формировали добровольческие отряды. Аксаков вспоминал: «Особенно много добровольцев отправилось из Нижнего и Орла, и притом отлично снаряженных одеждою и обувью, немало из Казани, Самары, Астрахани и др. городов».*****/

____________________________________________________

*/ О. Миллер, Славянство и Европа

**/ И. Аксаков, Сочинения, стр. 223
***/ Там же стр. 233
****/ О. Миллер «Славянство и Европа», стр. 221
*****/И. Аксаков, Сочинения, стр. 233

 

Общество горячо откликалось на проводы добровольцы. Даже в небольших провинциальных городах тысячные толпы людей провожали уезжающих в Сербию. В честь отъезжающих устраивались шумные вечера по подписке, сбор с которых шел в пользу славян, говорились речи, лилось шампанское. Добровольцы были в центре внимания, были героями.

«Простонародье» гораздо менее шумно выражало свои чувства, без шампанского и без громких речей, но по общему признанию его сочувствие было гораздо теплее и искреннее. Достоевский  так вспоминал об этом: «Всех добровольцев за весь прошлый год было не Бог знает сколько, очень не много тысяч, но провожала их  в Сербию вся Россия, и особенно народ, настоящий народ… Со стороны народа объявилось столько благородного, умилительного и сознательного, что все прошлогоднее движение это, русского народа в пользу славян, несомненно останется одною из лучших страниц в его истории».*/

Началось это  движение в начале августа, а продолжалось и усиливалось оно вплоть до известия о приостановлении военных действий вследствие русского ультиматума Турции после  полного разгрома сербов под Дьюнишем 17 октября 1876 года.

«Народ валом валит в Сербию»,- писал внимательно наблюдавший за событиями Победоносцев наследнику 3-го октября.**/

Достоевский правильно отметил, что в добровольческом движении самым ярким было не количество добровольцев, а то, что с каким сочувствием и подъемом провожало их русское общество.

________________________________________________

*/ Ф. М. Достоевский, полное собрание сочинений, СПБ 1896 г., т. II, стр. 260

**/Письма Победоносцева Александру III. «Центрархив» 1925 г., т.I, стр. 51

 

Всего русских добровольцев было в Сербии приблизительно около 4-х тысяч.*/ Их могло быть гораздо больше, если бы славянские комитеты не отправляли людей преимущественно только военных. Молодежь, числившуюся в призывных списках в Сербию не отпускали. А.Н. Хвостов вспоминал, что мог бы набрать несколько полков казаков, но начальство не отпускало первого и второго призыва.**/

 

Гл. IV

ВОСТОЧНЫЙ ВОПРОС

Консервативная печать

Предметом напряженного внимания русского общества был восточный вопрос.

Либеральная окраска консервативной аргументации особенно ярко проявляется в постановке восточного вопроса. Считая возбуждение(разжигание) восточного вопроса выгодным для себя, консервативная печать писала в тон общественному настроению. Славянскую борьбу и «М.В», и «Гр.» считают борьбой освободительной, прогрессивной, во всяком случае, обходят старательно те вопросы, которые могли бы отличить их аргументацию от тона общественного настроения.

На Балканах идет борьба между полными жизней народами с дикою ордою. Не за политическое преобладание над кем бы то ни было борются славяне, а за насущные права человека, -пишут «М.В.».***/ Славяне- это прогресс, а Ислам(ислам)- это застой, мертвечина, -пишут «М.В.».****/

Осененный «Гражданин» правда заговорил, как мы уже знаем однажды о божественном характере восточного вопроса:

_____________________________________________________

*/ А.Н. Хвостов «Русские и сербы в войну 1876 года», стр. 51
**/ там же , стр. 5
***/ «М.В.», 24/VII
****/ «М.В.», 17/VIII А. Зисерман «Письмо к издателю»

«Восточный вопрос вышел из области человеческого разума и человеческой силы, и вернулся в область Божьего (божьего)непостижимого промысла»- но более к этому «гражданин» не возвращался, так как был доволен ходом событий и обходился собственными силами без помощи промысла. И «Граждан» тоже старается не отходить от освободительной оценки характера движения, хотя в отличие от «М.В.» он видит в восточном вопросе и борьбу с Европой, Востока с Западом, но и здесь он спешит заявить, что Россия не завоюет Восток, а освободит его.*/

В связи с этим реакционная печать говорит об освободительном и прогрессивном характере задачи, стоящей перед Россией.

Катков, ссылаясь на мнение известного берлинского публициста проф. Трейчке указывает, что Россия не реакционная, как Англия, а прогрессивная держава, что она показала в последних событиях в Северной Америке, Италии и Германии, что она умеет ценить живые силы истории.

«Гражданин» считает лозунгом России: «выручить братьев славян из под (из-под) ига азиатского деспотизма,»***/ т.е. имеет в виду лозунг, который как раз впору «агентам интернационалки».

Этот освободительный характер задачи России не противоречит консервативной концепции. Аксаков еще в 1867 году писал: «Нет у России не стремлений к захватам, ни замыслов на политическое преобладание: она желает только свободы духа и жизни славянским племенам.****/

 

 

*/ «Гр.» 25/I -1876 года, стр. 101
**/ «М.В.» 24/VI – 1876 года «Передовая»
***/ «Гражданин» 4/Х -1876 года, стр. 759
****/ И. Аксаков, Сочинения, стр. 148

 

О таком же освободительном характере задачи России писал, как мы уже знаем, и Данилевский. Только все они понимали освобождение по-своему. В редакционной же печати  явно проглядывает влияние либеральной аргументации, как следствие стремления попасть в тон обществу. Общество же понимало по-своему, прогрессивно не только такие откровенные призывы к «свержению азиатского деспотизма», но  и воспринимало также прогрессивно и освободительные призывы религиозной окраски. Когда Катковский(катковский) «Р.В.» писал: «усмирить обидчика, призревать обиженных сирот, -вот это русское дело, понятное всем православным»,*/- то он лил воду не на свою мельницу.

Достоевский писал что «славянская идея в высшем смысле  ее… есть жертва, потребность жертвы собою даже за братьев и чувства добровольного долга сильнейшего из славянских племен заступиться за слабого с тем, чтобы уровняв его с собою в свободе политической независимости, тем самым основать впредь великое всеславянское единение во имя Христовой истины, т.н. на пользу любовь и службу всему человечеству; на защиту всех слабых и угнетенных в мире».**/

Эти слова его тоже воспринимались обществом не совсем так, как это хотелось Достоевскому. Они воспринимались в духе прогрессивных стремлений в славянском вопросе большинства русского общества.

Так характеристика задачи России в восточном вопросе, даже когда она носила типично консервативный, славянофильский характер, воспринимались обществом  в духе его настроений. Говоря о целях вмешательства России в восточный вопрос, консервативная

_______________________________________________________

*/ «Р.В.» 1876 г. № 8, стр. 908
**/ Достоевский, т. Х, стр. 296

 

печать также старалась не отходить от либеральной трактовки, оставляя в тени ту часть своих взглядов, которая могла не понравиться обществу. «М.В.» пишут, что целью славянской борьбы должна быть полная независимость их от турок.*/

«Гражданин» пишет: «в день, когда Порта погибнет, Россия предоставляет славянам решить свою участь, не вмешиваясь в их внутренние дела». Россия при этом выиграет только в нравственной силе и больше ничего.**/

«Гражданин» видит пользу для России в освобождении славян, но это еще не отличает его постановки вопроса либералами, так как  и Елисеев считал, что России выгодно иметь свободных друзей. «Гражданин» пишет, что Россия должна  решить восточный вопрос в своих интересах, но тут же добавляет, что это значит и в интересах славян.***/

Нотки, которые не могли быть приняты обществом как обычная агитация прогрессивного характера, проявляются в «Гражданине», но очень робко, когда он писал, что Россия должна не только полностью освободить славян, но и дать им прочное государственное устройство. «Россия должна быть рассадником наук искусств и истинного просветления» у славян, вытесняя в этом отношении эгоистический Запад.****/

Здесь, в этом стремлении сделать славянские государства по образу и подобию русского самодержавного государства, уже проглядывают истинно реакционные замыслы. Эти же замыслы проявляются, когда Мещерский мечтает о сербском «народном, России послушном» правительстве.*****/ Характерная реакционная аргументация проявляется у «Гражданина» и когда он говорит, что восточным вопросом мы должны заниматься, так как «нам нельзя жить без политического идеала, без конечной исторической задачи».******/

_______________________________________________________

*/ «М.В.» 17/VIII  А. Зиссерман
**/ «Гражданин» 20/VI -1876 года, стр. 600
***/»Гражданин» 25/ VII -1876 года, стр. 715
****/ «Гражданин» 18/ X  -стр. 840
*****/ Мещерский «Правда о Сербии», стр. 368
******/ «Гр.» 29/ XI-1876 года, стр. 1038

 

Этой задачей Мещерский считает задачу объединения славян.*/

Либералы считали, что идеалы и исторические задачи России заключаются в ее внутреннем прогрессе, реакционер же Мещерский считает, что внутри, в России, все хорошо, «наш демос доволен», – так писал Достоевский, и поэтому Россия должна избрать идеал внешнеполитический-объединение славян. Мещерский –то понимал это объединение по -своему, но «своё» в этом вопросе он до времени считал выгодным не высказывать совсем открыто.

Таким образом целью стремления России должно быть, согласно общему тону консервативной печати, полное освобождение славян и объединение их в нравственном союзе с Россией, так как «без единящего своего огромного центра России- не бывать славянскому согласию, да и не сохраниться без России славянам, исчезнуть славянам с лица земли вовсе», -как писал Достоевский.**/

Вопрос захвата Константинополя и проливов, который как мы знаем, был  существеннейшей частью консервативной  славянофильской концепции, в этот период оставляется консервативной печатью в тени.

Решение восточного вопроса консервативная печать видит в различные периоды развития событий в различных методах. В период общественного подъема «М.В.» и «Р.В.» видят возможность разрешения вопроса дипломатическим путем, оставаясь на своей старой позиции. «Гражданин» и в этот период возлагает надежды на союз трех императоров и дипломатию, но время от времени кивает в сторону войны, намекая, что без этого все равно не обойдется.

_______________________________________________________*/ там же стр.1038

**/Достоевский, т.II, стр. 40

 

Как мы видим далее этот общий тон реакционной печати во многом совпадал с тоном либеральной печати и вообщем (в общем) соответствовал общественному настроению, к чему и стремились вожди реакции.

ЛИБЕРАЛЬНАЯ ПРЕССА

Вся либеральная печать считала освободительное движение славян прогрессивным. Все органы либерализма считали, что Россия должна помочь славянам. Расхождение начиналось с вопроса о характере помощи и ее значения для России.

Позиция «голоса» была очень проста. Сначала «Голос» заявлял, что восточный вопрос в сущности для России совершенно не опасен, так как Россия может совсем устраниться от его решения и это не грозит ей никакими опасностями.*/ Но потом, убедившись, что силою событий Россия втягивается в разрешение вопроса, «Голос» идет за событиями и уговаривает Европу, чтобы она поняла, что Россия не может оставить вопроса о судьбах славянства в стороне.**/

И газета считает, что задача России состоит в том, чтобы добиться освобождения славян в случае их поражения. Однако этого Россия должна достичь только мирным путем, настояв на пересмотре трактата 1856 года.***/ Заботясь о славянах, Россия не должна думать о каких-либо приобретениях для себя. Выгода России только  в том сочувствии, которое она приобретает у славян, заботясь о них.****/

_______________________________________________________

*/ «Голос» 2/VI – 1876 года «Положение России в восточном вопросе»

**/«Голос» 16/VII – 1876 года «Положение России в настоящем фазисе восточного вопроса».

***/«Голос» 10/VII
****/«Голос»  16/ VII, 17/Х

 

Вот постановка и решение вопроса «Голосом»: он носит целиком дипломатический характер.

Иначе ставили восточный вопрос представители национального направления: журнал  «Неделя», либералы типа А. Градовского и О. Миллера. Они считали славянский вопрос тем прогрессивным национальным вопросом, которым характеризуется XIX век. Об этом писал А. Градовский, об этом писала и «Неделя».*/ Для России решение славянского вопроса жизненно важно, так как она неразрывными узами связан со славянством.**/

Россия не должна иметь никаких завоевательных стремлений в разрешении восточного вопроса.***/

В вопросе о путях разрешения восточного вопроса А.  Градовский и О. Миллер оценивают положение с точки зрения государства. Градовский говорит, что если бы Россия не была связана трактатами, то нужно было бы войной решить вопрос, но теперь  она не свободна и нужно испробовать совместные действия с Европой.****/

«Неделя» занимает позицию более решительную, она считает славянский вопрос народным вопросом и считает необходимой национальную войну за освобождение славян. *****/

Разрешение восточного вопроса представители этого национального направления видят в объединении свободных славян.******/

Очень важна и интересна позиция «Нового  времени». Эта газета является очень ярким представителем рождающегося класса буржуазии, она и выражает интересы этого класса уже осознающего право на жизнь.

___________________________________________

*/ «Неделя» 25/VII «Заметки провинциального философа»

**/ «Неделя» 18 /VII   «Прошлое и настоящее в восточном вопросе»; 12/ «Россия и Англия в славянском вопросе» А. Градовский, собр. соч., т.VI  , стр. 477

«Н. В.» также помещает статьи, где говорит, что «сущность восточного вопроса- удовлетворение законных требований угнетенного народа, требований, касающихся первых человеческих и гражданских нужд».*******/ Газета также говорит, что Россия не питает завоевательных замыслов.********/

Но не в этом центр тяжести в постановке вопроса «Н.В.». В центре заботы «Н.В.» не славяне, а Россия. И газета рассматривает важность вопроса для России. Суворин пишет: «В последние годы мы так изолгались, измельчали, проворовались, изразвратничались, так вытерлись, так наговорились о всяких поступках… что такой вопрос, как освобождение славян являлся мне, как некоторый якорь спасения.»*********/

Таким образом, Суворин считает восточный вопрос полезным для нравственного подъема России. Этот мотив общ у него(созвучен)с мотивами реакционеров, видевших в восточном вопросе спасение России. Но и не это основное в восточном вопросе.

_________________________________________________

***/ «Неделя» 10/X  -1876 года «Внутренняя хроника», А. Градовский, стр.463; О. Миллер – «Россия и Европа», стр. 235
****/ А. Градовский , стр. 470
******/«Неделя» 10/Х  «Какая желательна война»
******/ «Неделя» 11/ VII  «Славяне и Европа», А. Градовский, т. VI , стр.480
*******/    «Н. В.»   31/  VIII – 1876 года
********/    «Н.В.»    22/   IX -1876 года

*********/  «Н. В.»   20/   VI  Незнакомец «Недельные очерки и картинки».

 

Дело в том, что рядом с нами растет мир германский, который грозит поработить Россию и славянство. Поэтому Россия должна сплотить славян и широкий славянский союз, выгнав турок из Европы.*/ Освобождение славян не филантропия. Филантропия была бы и оскорбительна для них. Славяне- наши союзники. И их интересы – это наши интересы.**/ Таким образом славянский вопрос №1- это русский вопрос.***/

Из этой же задачи – борьбы России с германством- вытекает и вторая часть восточного вопроса: будущее России на юге.

Поэтому она должна овладеть Черным морем, устьем Дуная, Босфором.****/

Только, когда Константинополь будет в славянских руках, Россия сможет стать мировой державой. Босфор необходим для промышленного и торгового развития нашего юга.*****/

Газета с деловитостью показывает, что через черноморские порты Россия уже и сейчас вывозит 80% хлеба, очень много шерсти, сала и других продуктов. Балтика всеравно (все равно) в руках немцев. Центр тяжести русской экономической жизни в будущем перенесется на юг. Поэтому Черное море должно стать славянским морем. Черное море – это путь к богатствам Востока, это мощный русский флот, которому открыт выход на широкие морские просторы.

____________________________________________________

*/ там же
**/ «Н.В.» 16/ XI -1876 года, Микула «Полемические письма»
***/ «Н.В.» 20/VI Незнакомец
****/ 20/VI Незнакомец «Недельные очерки…»
*****/ «Н.В.» 5/VI – 1876 года

 

Поэтому Англию, которая имеет свои экономические интересы на Черном море и Босфоре, нужно оттеснить с Босфора. Владычество Англии на Босфоре сулит экономическую смерть нашему югу.*/

Так «Н.В.» ясно и логично, по- деловому, как это и подобает выходящему в жизнь буржуа, доказывает необходимость осуществления своей буржуазной политики. Автор этой статьи отбрасывает с разговоры о «Белградской губернии» как нелепость. Дело не в том, чтобы захватить что-то. Это было бы во вред нам. Славяне наши союзники и мы должны не захватить их, а объединиться с ними. Нам выгодно, чтобы ключ ко входу в наш дом был в руках наших друзей.**/

«Н.В.» против слишком сильного раздробления славянских государств, оно за такой союз, чтобы славяне составляли силу.***/

Суворин говорит несколько в другом тоне об этом вопросе. Он выражается яснее и пишет, что необходим славянский союз под гегемонией России. ****/

Появлялись в газете и другие нотки. Автор «Воскресных бесед», псевдоним «Русский», считал, что славяне должны объединиться как немцы, чтобы не было ни сербов, ни болгар, не герцеговинцев, ни черногорцев.*****/

Что касается способа решения восточного вопроса, то газета была за воинственное решение, но говорила об этом намеками, пока не вышло соответствующих правительственных распоряжений.

_____________________________________________________

*/ «Н.В.» 24/XI – 1876 года Микула «Полемические письма»
**/«Н.В.» 16/XI  Микула
***/«Н.В.» 23/XI
****/«Н.В.» 19/ IX Незнакомец «Недельные очерки»…
*****/«Н.В.» 12/IX

 

Вопреки правительственной политике «Н. В.» за рассматриваемый период ни за что не выступала, выражая и в этом характер русской буржуазии. Иная позиция «В.Е.» Журнал считал, что восточный вопрос состоит из двух частей: вопросы об освобождении славян и вопроса о проливах. В решении этих вопросов заинтересованы прежде всего сами славяне, а за ними Россия.

«Обе стороны восточного вопроса указывают на то, что  по условиям географическим, историческим, этнографическим главная роль в его решении должна принадлежать России.*/ Для России славянский вопрос – это вопрос человеколюбия и племенных сочувствий.**/

Россия нравственно связана со славянами на основе национального инстинкта.***/

Когда еще все верили в победу славян, и враждебность Европы не определилась, журнал полностью поддерживал борьбу славян и считал, что весь восточный вопрос может решиться только оружием восставших, так как Европа вовсе не обязана по Парижскому трактату помогать Турции.****/ Но когда поражение славян определилось, тогда и определилось, что Европа действует не ради соблюдения трактатов,а ради своих, особых для каждой страны, но враждебных славянам  интересов, то журнал рассматривал роль России в этих обстоятельствах.

Журнал сочувствует помощи России славянам и ожидает, что Россия поможет им выбиться на свет божий(Божий). Но, говорит журнал, это все что Россия может сейчас сделать для славян.

___________________________________________________

*/ «В.Е.» 1876 год, №7 стр.381
**/«В.Е.» 1876 год, №11, стр.393
***/«В.Е.» 1876 год, № 10, стр. 898
****/«В.Е.» 1876 год, № 7, стр. 382, 383

 

Наша нравственная связь со славянством может укрепиться только на основании внутреннего прогресса России, на основании в России общественной образованности.. Наше влияние на славян будет «соразмерно нашим собственным успехам в науке, литературе, общественной самодеятельности». В противном случае будет невозможно сохранить национальные связи и славяне обратятся к Европе.*/

Журнал энергично возражает против утверждений реакционных идеологов о том, что славянский вопрос- это самый главный вопрос для России. «Славянский вопрос может и должен возбуждать в нас полнейшее участие, но собственные интересы России должны стоять на первом месте».**/ По поводу взглядов реакционеров журнал пишет: « Наивное заблуждение». Никакой славянский союз не даст нам того, что должно быть достигнуто собственным внутренним трудом, усвоением свободной науки и развитием чувства гражданского и общественного достоинства».***/

Способов для решения восточного вопроса журнал не предлагает, он только требует у правительств, чтобы были прекращены турецкие безобразия и славяне были освобождены хотя бы из-под непосредственной власти турок.****/

Всякие же разговоры о завоевании Турции и Константинополя являются сущей нелепостью. Об этом говорят только те, кто ничего не понимает во всем положении вопроса. Таковы панслависты, которых учение в сущности «не от мира сего». Таков, например, г. Достоевский, предлагающий нам лично возражения, на которые мы отвечать не можем,

_____________________________________________

*/ «В.Е.» 1876 г., №10, стр.898
**/«В.Е.» 1876 г., №12, стр. 859
***/«В.Е.» 1877 г., № 3, стр. 370
****/«В.Е.» 1876 г., №11, стр. 402-403

 

потому что почтенный наш оппонент не разсуждает (рассуждает), а крестится».*/

Ни Англия, ни наши «союзники» Австрия и Пруссия не допустят нашего владения Балканским полуостровом.**/

«Итак, завоевательных видов на Балканском полуострове Россия ныне иметь не может, потому что их осуществить нельзя. Тому препятствует все- и дальние противники, и близкие союзники, и внутренние наши дела, и братья, которые оказались бы врагами. Окончательное решение «восточного вопроса» в правильном интересе России, при всех обстоятельствах может заключатся только в полном освобождении балканских христиан от власти Порты и в обеспечении нам свободы выхода из Черного моря… такое полное решение восточного вопроса предполагает совершенную отмену Турецкой империи в Европе.

Затем  естественно было бы образование балканского союза независимых государств, без всякой гегемонии для России, сверх той, которую дали нам чувства благодарности, давней дружбы к нам, и страха перед покушениями иных держав… Вот решение естественное и на пути к нему никто Россию остановить не может».***/

Такое заключение автор выводит из того убеждения, что цивилизованная Европа, заметив благодарные стремления России, не станет ей препятствовать.

Представители конституционного крыла либерализма типа Драгоманова, требовавшие национальной

________________________________________________

*/ там же, стр. 404
**/ там же, стр.405
***/ там же, стр.410

политики, стремление которых выражало и «общее дело», требовали решительной славянской политики России. Позицию их в восточном вопросе мы уже осветили ранее. Напомним здесь только, что они тоже видели в восточном вопросе две стороны…освобождение славян и интересы Черноморья с его большим будущим.*/

Решение этих вопросов они видели в полном освобождении славян и образовании славянского союза. Они требовали решительной политики  и военной защиты славян. Они упрекали царизм за то, что он остался в стороне и дал вырезать болгар и сербов.**/

Они считали, что разрешить восточный вопрос может только свободная Россия. Но ожидать совершения внутренних преобразований в России и оставить славян нельзя, т.к. их могут совсем уничтожить без помощи России.***/

Россия должна немедленно оказать помощь славянам. И в этой необходимости они видели еще одно доказательство сохранения самодержавия, которое неспособно как следует выполнить эту задачу.

Такова позиция либералов-конституционалистов, сторонников национальной политики России.

Что касается постановки восточного вопроса передовым органом тогдашней подцензурной печати, то мы уже отмечали, что взгляды «Отечественных записок» не были едиными. Взгляды, которые представлял Елисеев, внутренний обозреватель, носили отпечаток либерального народничества. Для него восточный вопрос имеет две стороны: освобождение славян и свобода выхода из Черного моря.

______________________________________________________

*/ «Общее дело» , 1877 г., №2, стр.5

**/ там же, стр. 3, Драгоманов «Внутренние рабства и война за освобождение», стр. 79
***/ «Общее дело», 1877 г. , 3 2, стр.6, Драгоманов «Турки внутренние и внешние», стр. 3,4,5

Елисеев вначале также верил в победу славян над турками в сербской войне и считал, что задача России в том, чтобы защитить славян от посторонних вмешательств. Елисеев не хочет никаких приобретений для России, но и  другим европейским державам ничего не должно достаться из наследства «больного человека». Славяне должны полностью освободиться и на развалинах Турции основать свой союз. Если же Европа вмешается в борьбу славян, то Россия при всей своей трудности для нее, должна выступить против Европы в смертельной борьбе.*/

Позже, когда Елисеев увидел, что к освободительным стремлениям России примешиваются стремления захватнические, стал против этого энергично протестовать.**/  Он выступает против агитации о захвате Константинополя, т.к. он нужен не только нам; он выступает против присоединения Болгарии, т.к. она «вовсе не желает наших порядков».***/

Взглядов  Михайловского на восточный вопрос мы уже касались ранее.

Щедрин мало писал о самом восточном вопросе, его гораздо более интересовало отношение  общества к этому вопрос. Эту часть взглядов Щедрина мы рассмотрим несколько ниже.

Таковы взгляды различных органов и представителей либеральной печати на восточный вопрос.

Понятно, что в период общественного возбуждения наибольшей популярностью пользовались газеты наиболее решительно ставившие вопрос. «Новое время» стало самой распространенной газетой.

______________________

*/ «О.З.» 1876 г., №6, стр. 376
**/ «О.З.» 1876 г., № 12, стр. 266
***/ там же, стр. 268, 269

 

«Голос», требовавший постепенного, мирного и спокойного освобождения «не сразу» и выдвинувший с этой целью даже свой закон природы, писал: в борьбе за существование выживают те племена, которые ведут себя благоразумнее, честнее и миролюбивее. «Голос», настойчиво требовавший согласованных действий с Европой в деле постепенного «улучшения быта турецких христиан», вызывал возмужание большинства русского общества.

А.Н. Хвостов писал, что перед поездкой в Сербию он читал «Голос» с омерзением, из любопытства.*/

Никитенко вспоминал, что студенты Петербургского университета хотели послать «Голосу» коллективный протест. Газеты отмечали, что «Голос» везде ругают.

 

Гл.VI

ОТНОШЕНИЕ ПЕЧАТИ К ОБЩЕСТВЕННОМУ ПОДЪЕМУ

Характеризуя общественный подъем сербо-черногорской войны, вся консервативная печать с восторгом и на все лады повторяла заявления об общественном характере движения. Газеты и журналы, сообщая о различных проявлениях этого подъема никогда не забывали упомянуть, что все слои общества и народа слились в едином порыве.

«Один дух объемлит (объемлет) людей всех классов, всех степеней образований»,- с подъемом пишет Катков в передовой «Народное чувство заговорило».**/ С восторгом пишет газета о том, что членов Петербургского славянского комитета осаждают желающие отправиться добровольцами изо всех слоев населения,***/

Здесь же сообщается из Моршанского уезда о всеобщем воодушевлении всех слоев населения.

_________________________________________________

*/ А.Н. Хвостов «Русские и сербы…» стр. 25
**/ «М.В.» 1876 г., 16/VII
***/ «М.В.», 1/IX, 1876 г.

 

Из Калуги сообщают, что сочувствие славянам все растет во всех слоях общества.*/

«Все слои общества живо откликаются на дело славян», -пишет «Гражданин».**/ «Россия начинает превращаться в один славянский комитет,- пишет «Гражданин», -***/ Россия единна(едина)».****/

Это единение народа совершилось, конечно, на почве… православия. Общественный подъем- это единодушное чувство народа, у которого затронута основная идея жизни- идея православия, -пишут «М.В.» 5/IX.

«М.В.» с умилением сообщают, что из Касимова вместе с волонтерами отправилась «бодрая старушка Мавра Ивановна, два раза ходившая в Соловецкий монастырь и год пробывшая в Иерусалиме, способная по уходу за ранеными.*****/

Мы уже упоминали о том, с каким ликованием говорил Мещерский о многотысячной толпе народа, провожавшей хоругви, чудовских певчих с регентом и походную церковь Черняеву. Восхищенный князь соединял пылкое православное сердце и холодный ум, он засек свое счастье по часам. И он с умилением пишет, что толпа «22 минуты расходилась с вокзала».******/

Достоевский писал: «Вся земля русская заговорила, и вдруг свое главное слово сказала. Солдат, купец, профессор, старушка божия- все в одно слово. И ни одного звука, заметьте, об (о)захвате, а вот дескать… «на православное дело»…

Случившееся нынешним летом было делом неожиданным… Поднялась «во-первых, народная идея и сказалось народное чувство… чувство

_________________________________________________

*/ «М. В.» II/ IX
**/ «Гражданин» 12/VII, стр. 688
***/«Гражданин» 25/VII, стр. стр.707
****/«Гражданин» I  /VIII, стр. 737
******/ «М.В.» 17/IX
******/ Мещерский «Правда о Сербии», стр. 33

 

бескорыстной любви к несчастным и угнетенным братьям своим, а идея- «православное дело»… народ не забыл свою великую идею, свое православное дело- не забыл в течение двухвекового рабства, мрачного невежества, а в последнее время гнусного разврата, материализма.

Во-вторых, неожиданным было то, что с народной идеей, с  «православным делом» соединились вдруг почти все  оттенки мнений самой высшей интеллегенции (интеллигенции)русского общества…

Заметьте при этом необычайное у нас оживление и единодушие почти всей нашей печати…- это именно есть прогресс человеческий  и всеочеловеченье человеческое, так именно понимаемой русским народом, ведущим все от Христа, воплощающим все будущее свое во Христе и во Христовой истине и не могущим и представить себе без Христа. Либералы, отрицатели, скептики, равно как и проповедники социальных идей- все вдруг оказывается горячими  русскими патриотами, по крайней мере в большинстве».*/

Достоевский видел в добровольческом движении как бы покаяние, говение русского народа. После реформы 1861 года народ, получив свободу, предался пьянству и гнусному материализму. Его уже давно брала совесть, теперь же он увидел в деле помощи брату христианину возможность покаяться в своих грехах. Добровольческое движение и было призывом «к покаянию, к говению».**/

В этом единении всего русского народа на почве народной, на почве православия реакционеры и видели начало осуществления своих идеалов.

И. Аксаков говорил: «Все литературные лагери, партии и фракции, все очутились чуть не к всеобщему своему удивлению, согласными и единодушными в самом главном/, жизненном для России вопросе, вчерашние противники встретились союзниками… Дрогнула совесть всей русской земли, и каким-то откровением сердца-народ разом усвоил себе, не мудрствуя лукаво, весь мир истинно славянский, т.е. православного братства. Он как-то разом перешагнув через все географические и иные трудности, да и ступил, как ни в чем не бывало, на путь своего исторического призвания».***/

Народ вступил на путь своего исторического призвания». Связь России, единство мыслей  и чувств  с ее царем стали крепче и неразрывнее, чем когда-либо»,-писал Мещерский.****/

Теперь всякий может убедиться, что дурные явления, которые замечались на поверхности нашего общества и увлекали нашу молодежь не были признаком глубокого внутреннего зла. Мы дурили от скуки, от нечего делать, от пустоты. Дурь исчезла, как только почувствовалось живое дело», – с полным удовлетворением писал Катков.*****/

Так называемых «внутренних вопросов» не стало. Перевелись все как есть. Все кричат: «На турка! На турка!», – с восторгом пишет «Гражданин»,******/

Таким образом реакционеры ликовали. «Народ ступил на путь своего исторического призвания». И «так называемых внутренних вопросов как и не бывало».

Все возлюбили друг другу, мужик перестал думать о прирезке(?) земли, европействующие нигилисты перестали внушать

______________________________________________________

*/ Достоевский, том Х, стр. 293-296
**/ Достоевский, том  XI, стр. 267
***/ И. Аксаков, сочинения, стр. 220-222
****/ «Гражданин»  I /X-1876 г., стр. 895

мужику пагубные европейские идеи «о мерзком земном всеблаженстве» и о переделе той же земли. Все вознесли мысли от земли горе, все воздали хвалы Господу и стали довольны. Основная задача, которой добивались реакционеры во внутренней политики была видимо выполнена. Общество все внимание сосредоточило на вопросах внешней политики.

Трезвые политики- реакционеры не особенно верили в «покаяние» и «говение» народа. Они боялись, что после покаяния, как это и всегда бывает, начнутся опять «грехи». Чтобы упрочить достигнутые успехи, Мещерский и призывал правительство возглавить народный восторг. Интересно, что совет поставить полицию «во главе народного восторга» Мещерский дает 11 октября в «Гражданине». А еще 3/Х Победоносцев, напряженно всматривающийся в события, писал наследнику: правительству необходимо решиться на что-нибудь и не забывать о внутренней политике: «что-нибудь из двух: или оно/правительство/ должно овладеть этим народным движением, взять его в свои руки, направить его, или это движение станет разрастаться дальше и дальше, дико, неправильно, мимо правительства, в чувстве недоверия и даже враждебности к нему. Тогда будет очень, очень(очень-очень) худо».*/

28 октября царь сказал в Москве речь, в которой говорил о возможности войны за славян. И 1 ноября Мещерский с полным удовлетворением отмечал неразрывную связь царя с народом.**/

_______________________________________________________

*****/ «М.В.» 23/XI-1876 г. передовая

******/ «Гражданин» 4/Ч-1876 г. , стр. 758

*/ «Письма Победоносцева к Александру III» том I, «Центрархив» 1925 г., стр. 49

 

Реакционеры подталкивали правительство к войне, указывали на необходимость возглавить народное движение.

Таким образом роль реакционеров в событиях заключалась не в том, что они якобы возбудили и возглавили общественный подъем, а в том, что они, недооценив прогрессивного характера этого подъема, считали возможным использовать его в реакционных целях, для укрепления самодержавия. Поэтому они и указывали правительству на необходимость действовать в согласии с этим общественным настроением.

 Либеральная печать о подъеме общества

Мы указывали, что еще в период герцеговино- боснийского восстания «Голос» считал славянские симпатии общества явлением положительным, т.к. оно отвлекает общество и от революционных идей.

В период сербской войны «Голос», подобно большинству либеральных органов, отмечает общий подъем всех слоев русского народа. Это вполне понятно, т.к. отсутствие классов и классовой борьбы в русском народе, его единство являются не только характерными чертами реакционной, но и либеральной концепции.

Вся Россия, даже и низшие классы, объединены единым порывом -помочь славянам, пишет «Голос» 25/VII. Общественное движение в пользу славян охватило все слои нашего народа, -пишет «Голос» 28/VIII. Разнообразные общественные течения сейчас сливаются у нас в один поток, -пишет газета 22/IX.

___________________________________________________

**/ «Гражданин» I/XI, стр.895

 

«Речь идет о голосе, выражающем душу всей земли русской, о голосе, в котором уже не различить «особенностей» разных партий, разных классов, тем более разных лиц.

Голос этот – вся Россия и вся Россия в нем. И не одна современная Россия- о, нет! В этом взрыве слышится давно умолкнувший зов Москвы на борьбу с неверными, чудится благословение древних митрополитов наших, воспоминания о нами пережитом и свергнутом иге татарском»,- писал проф. А. Градовский в «Голосе»  II/ VIII- 1876 г.

Об этом единстве пишет И.О. Миллер.*/

Русская земля давно не видела такого общего воодушевления, в котором слились все разнообразные элементы населения, -пишет «Неделя» 29/VIII.**/

Об этом писал и «Н.В.» 30/VIII. Движение распространилось по всей массе интеллегенции(интеллигенции)и дошло до народа, пишет женевское «Общее дело».***/

Об этом не писали только «В.Е.» и «О.З.».

«О.З.» писали, что сочувствие народа славянам сильнее и искреннее, чем сочувствие интеллегенции (интеллигенции).****/

В то время как консервативная печать говорила об единстве всего народа в стремлении освободить славян, причем почвой этого стремления являлось православие, то либеральная печать в большинстве говорит о единном(едином) освободительном порыве всего русского народа, который достиг уже определенной степени прогресса, развития.

_______________________________________________________

*/О. Миллер «Россия и Европа», стр. 204, 206
**/»Неделя» 29/VIII – «Источники общественного возбуждения»
***/ «Общее дело» 1877 г., № 1, стр.9
****/ «О.З.» 1876 г., №6, стр. 363

Либеральные орган видели  связь освободительных стремлений русского общества с его прогрессом. «Голос» писал, что общественное движение является результатом «великих реформ» и в свою очередь является шагом вперед по пути прогресса.*/

«Неделя» видит в общественном движении проявление прогрессивной национальной политики, которая выходит на первый план.**/  Этот прогрессивный характер движения определяет и его высокую нравственность, и полезность для России. Это полезность либералы видели и в спасении от революционных увлечений. И. О. Миллер с радостью отмечает, что погибший за славян А.Г. Ерошенко раньше был революционером, но потом славянская идея возвратила его на путь истины.***/

«Неделя» писала, что славянский вопрос благотворно действует на Россию, т.к. возбуждает ряд вопросов высшего порядка.****/

Увлечение славянством свидетельствует о нравственном здоровье общества,- писало «Общее дело».*****/

Таким образом, говоря о полезности для России славянского вопроса, либералы видели эту полезность в дальнейшем развитии прогрессивных идей в русском обществе.

Консерваторы, отмечая решительное стремление общества освободить славян, одобряли это и считали, что его нужно использовать для своих целей, возглавив его.

 

*/ «Голос» 22/IX   «Характеристика русского общественного движения в пользу славян».

**/ «Неделя» 29/VIII   «Источники общественного возбуждения».
***/ О. Миллер «Россия и Европа», стр. 228-231

 

В этой характеристике решительного настроения общества либералы разошлись. Одни, вроде А Градовского, О. Миллера, либералы направления «Недели», и «Отечественные записки» вначале одобряли это решительное настроение общества и считали, что освобождение славян должно быть достигнуто во что бы то ни стало, даже если нужно будет путем вступления России в войну.

«Голос» этого воинственного настроения не одобрял.  Стремления русского общества к освобождению славян прогрессивны и  именно поэтому Россия должна выступить представителем цивилизованной Европы. Следовательно, никакой войны не нужно.*/

«Голос» борется против попыток изобразить общенародный подъем воинственного характера. Он высмеивает Немировича-Данченка(о), талантливого корреспондента, склонного однако действительность подменять вымыслом, когда тот описывал народный подъем на Поволжьи(е).

Газета пишет, что Немирович –Данченко наблюдал народ с палубы  волжского парохода и решил, что он хочет войны. Мужик у него говорит как воинственный профессор О. Миллер, который сам готов умереть и нас всех уморить: «Мы все умрем, как умер ты!» /Газеты цитирует строку из стихотворения О. Миллера по поводу гибели одного из русских добровольцев/. По словам Немировича-Данченко народ говорит:

– Всем миром тронемся!

-Целым городом подымемся!

-Вся Волга на турку подымется!

_____________________________________________________

****/ «Неделя» II/ VII   «Славяне и Европа»»
*****/ «Общее дело» 1877 г., №2, «Восточный вопрос», стр. 6
*/ «Голос» 25/IX

 

И если народ наш еще не двинулся, то потому, что «станового бится(боится)», – как объяснял Немирович-Данченко.

Газета считает, что такие настроения вредны.*/

Еще более принципиально отличную позицию занял в оценке общественного подъема «В.Е.». Журнал с самого начала поддерживал общественное сочувствие славянам, он даже признавал естественность желания военного вмешательства в пользу славян. «Мы уверены даже, что вооруженное вмешательство… было популярно среди большинства населения России и признаем это вполне естественным. Но желать такой войны мы признаем себя не компетентными(некомпетентными), потому что наше желание должно быть основаным (основанным) не на чувстве, но на убеждении, а мы даже не знаем с кем России пришлось бы воевать».**/

Но дело не только в войне. Дело в том, чтобы общество, помогая славянам, не забыло основных внутренних вопросов, от которых зависит судьба России.

«Дело славян священо(священно), сочувствие наше к ним естественно и законно, и чем более элемент фактов будет в нем преобладать над элементом красноречия, тем лучше. Но опасность заключается в том, чтобы увлекаясь такими делами и такими заявлениями, мы, за этой блестящей картиной,  не забывали и той скромной, черной работы у себя дома, которая составляет главную нашу обязанность».***/

Таким важнейшим внутренним вопросом, требующим неотлагательного решения, журнал считает, например, вопрос «несоразмерности податей, падающих на крестьян».****/

_____________________________________________________

*/ «Голос» 9/IX

**/ «В.Е.» 1876 г., №9, стр.351

Вот с этой точки зрения, с  точки зрения интересов основных, интересов внутренней политики и оценивает «В.Е.» общественное возбуждение.

Когда же общество, вопреки убеждениям «В.Е.», обратило все свое внимание на восточный вопрос, совсем забыв о вопросах внутренней политики, когда тысячные толпы народа стали в экстазе распевать «Боже, Царя храни!», то журнал серьезно обеспокоился. События, по-видимому, были не на руку реакционерам.

Пыпину и другим либералам его типа стало ясно, что народ и общество заблуждаются. Указать причину «заблуждения» народа нетрудно. Ведь, по мнению либералов типа Пыпина, народ никогда в истории сознательного участия не принимал, и сейчас сочувствует славянам не сознательно(несознательно), так как у него самые смутные представления о славянах. Для народа «главным и основным побуждением была и остается религиозная сторона дела, из воззвания, прочитанного в церкви, он узнал, что под турецким игом страдают неслыханным образом православные братья, помочь которым против свирепого басурманства есть несомненный долг и дело душевного спасения».*****/

Так либерал Пыпин пришел к той же оценке характера народного сочувствия, что и реакционеры; только реакционеры видели в этом религиозном характере, в этом «покаянии» и «говении» величайшее достоинство, а Пыпин видел в этом заблуждение.

_______________________________________________________

***/ там же стр.353
****/ там же стр. 354

*****/ «В.Е.», 1876 г., №10, стр.878

 

Что касается собственно «общества», то Пыпин видит здесь различные слои. Высшее общество, по его мнению, руководствовалось побуждениями, которые он не находил возможным в то время объяснять, в всяком случае только меньшая часть его руководствовалось сознательной «славянской идеей», «что касается другой», более многочисленной части общества, дотоле не интересовавшейся славянскими делами, увлечение лучших ее людей объясняется общим состоянием русского общества -давним отсутствием какого-нибудь широкого нравственно-общественного интереса, апатическим состоянием, из которого нужен был какой-нибудь исход. Эта потребность свежего воздуха находила себе желанное удовлетворение в деле, где шла речь о свободе родственного народа». Пыпин видит и третью часть общества: «Наконец, увы, двинулись в Сербию «господа ташкенцы».*/

Так Пыпин объясняет возбуждение(активизацию)общества. Таким образом причина заблуждения лучшей части общества в том, что она отчаявшись изменить к лучшему внутреннее положение России, не видя возможности приложить свои силы внутри страны, обратилась к внешнеполитическому делу «свободы родственного народа».

Группировка различных общественных течений по отношению к общественному подъему Пыпин изображает так: «Одни были уверены, что славянский вопрос пришел к своему последнему периоду и из рук дипломатии перешел в руки общества, посрамив бессердечную и отживающую Европу, что в движении добровольцев из народа мы «сподобились», видеть народную душу.

____________________________________________________

Там же стр.879

 

Другие не менее желали свободы славянам, как и всем, «страждущим и плененным», но думали, что для успеха такого дела, какое предпринималось, нужны были не те моральные средства, какие обретались в обиходе русского общества.

Третьи, наконец, были совсем равнодушны к славянскому вопросу, по их мнению наши собственные внутренние дела такого рода, что нам и как обществу, и как государству, следовало скорее позаботиться о собственных серьезных и неотложных нуждах, чем увлекаться внешней политикой, которая не обещала помочь нам дома: «у нас есть свои герцеговинцы, -говорили они, – и с ними трудно было спорить».

Таким образом общественное движение в пользу славян «В.Е.» считал заблуждением, так как оно отвлекало общество от внутренних вопросов.

Иную позицию по отношению к общественному движению заняли «О.З.». Журнал очень горячо откликнулся на борьбу славян. В июньском номере журнал помещает статью своего внутреннего обозревателя Елисеева: «Воевать или не воевать?», где автор горячо поддерживает идею освобождения славян. «Война за освобождение славян от турецкого ига будет в полном смысле народною войною в России», -именно таким образом «О.З.», передовой журнал как бы возглавляют общественное возбуждение(движение). В июльском номере журнал помещает пламенную статью Мордовцева: «На всемирную свечу», где тот призывает помочь славянской семье против враждебной Европы. Статья несколько выходила из общего направления журнала по ее антиевропейской направленности, но она выражала настроение издания в смысле горячей поддержки славянского движения. В августовском номере журнал помещает горячее воззвание Санкт-Петербургского славянского благотворительного комитете о пожертвованиях. В сентябрьском номере журнал продолжает статью Елисеева «Воевать или не воевать?», где автор доказывает, что испробовав мирные средства помочь славянам, Россия должна хотя бы одна, если предыдущие шаги ни к чему не приведут, принять самые энергичные меры,-«она не может оставить славян без помощи и предать их снова во власть туркам».*/

Таким образом до сентября месяца «О.З.» занимает самую активную позицию в общественном подъеме.

Положение меняется в октябрьском номере. Елисеев пишет, что все настолько увлечены славянами, что совсем забыли, что мы и сами славяне, что нельзя забывать даже ради самых близких родственников своих крестьян.**/

Здесь «О.З.» беспокоятся о том  же, что и «В.Е.», о том, чтобы мы не забывали внутренних, главных вопросов.

Однако, это не приводит журнал к признанию вредности для России общественного возбуждения(движения). Журнал по-прежнему поддерживает стремление освободить славян.

Что касается позиции Михайловского, то он, убежденный, что «выгнать турку»- значит решить социальный вопрос до лета 1876 года, немного обращает внимание на мотивы, которыми руководствуются различные слои русского общества. Основные данные задачи ясны как божий день, -пишет он, – сами по себе не могут вызвать ничего кроме сочувствия

_______________________________________________________

*/ «О.З.» 1876 г., №9, стр.97
**/ «О.З.» 1876 г., № 10, стр. 190

славянам.*/

Сочувствие славянам опирается и на племенное родство, и на единоверие. Такая постановка вопроса проста и безупречна, -пишет он.**/

Однако уже с середины 1876 года Михайловский видит, что общества, по его мнению, запутывает задачу различными побочными мотивами. Он пишет, что если начнут запутывать вопрос и ставить на первое место в причинах помощи славянам причины второстепенные, например племенное родство, то вопрос запутается так, что из него не распутаться.

Особенно критически он относится к стремлениям русской буржуазии. Он пишет: «Н.В.» называет «Биржевые ведомости»/довольно основательно/ торгашами, а сам нет-нет да и поставит восточный вопрос на почву дележа турецкого наследства между английскими и русскими купцами, как будто не то что славянам, а и русскому народу есть надобность расчищать дорогу русским купцам».***/ «И все это происходит оттого, -пишет он, -что на простую, ясную и великую идею навешивают неподходящие побрякушки».****/

Интересы русского купечества он склонен рассматривать как нечто случайное, как побрякушки.

Пытаясь найти причины подъема, охватившего русское общество, Михайловский ищет их не в классовых интересах различных слоев русского общества, а в различии

_______________________________________________________

*/ Михайловский, т.III, стр. 789, написано в июле 1876 г.
**/там же, стр.789
***/там же, стр. 790
****/там же, стр.790

психологического характера интеллигенции и народа , и даже в различии темперамента отдельных сочувствующих. Он пишет, что патриотическое настроение, охватившее Россию, очень сложное явление.

«Что касается до массы народа, то ее несомненно двигают сильнее всего чувства религиозного родства со славянами и традиционная ненависть к туркам, как врага христовой веры.

Мимоходом сказать религиозному элементу отдается мало места, тогда как в действительности он врывается в события с разных сторон… Я не говорю, что религиозный момент составляет все в настоящих событиях, не говорю даже, что он в них безусловно премирует. Я только напоминаю состав нашего возбуждения. Без сомнения, и славяне были до такой степени придавлены  турецким строем, что из этой пре(и)давленности выросли мотивы восстания, не имеющие ничего общего с религиозными…

Без сомнения, наконец, в русской интеллигенции религиозный мотив несравненно слабее, чем в массе народа, и часто даже совсем отсутствует. Здесь двигателем является нечто очень сложное, вернее- даже сумма многих сложных двигателей, среди которых фигурирует, разумеется и национальное чувство кровного родства со славянами».*/

Далее он так иллюстрирует разнообразные мотивы помощи славянам. «Одни сочувствуют славянам как единоверцам, другие как единоплеменникам, третьи  как страдальцам, которых «припекают, режут, жгут», иные как героям, которые ищут независимости и проч.» Исходя из этих разных точек, все приходят к одному: «Я-христианин и сочувствую славянам как христианам, я иду в волонтеры или даю деньги на тот предмет, чтобы рога луны не надругались над крестом Христа.

___________________________________________________

*/ там же, стр. 836

 

А это значит выгнать турку. Он-добрый и впечатлительный человек, которому не дают жить образы посаженных на кол болгар, распятых и сожженных сербов, обесчещенных, «жен и детей, чтобы отогнать эти видения, надо выгнать турку, и проч.»*/

Снова и снова Михайловский видит две основные силы, действующие в общественном возбуждении: интеллигенцию и народ, трудящихся.
Говоря о всеобщем возбуждении, он так оценивает: «Трудно еще теперь обнять этот факт во всей его обширности. Знаю одно- ценить народное движение ниже движения нашей интеллигенции, значит грешить против очевидности. Конечно, народ имеет до последней степени смутное понятие о славянских делах, так что едва различает их сквозь дымку своего невежества, а мы все-таки кое-что знаем. Но по каким бы то ни было причинам, по невежеству ли народа, по серьезности ли его, выработанной привычкой к труду и не позволяющей отклоняться от разсознанной(осознанной) цели в сторону, по элементарности ли предстоящей задачи, может быть по всем этим причинам вместе, эта задача и этот народ оказываются как созданными друг для друга. Донской казак, самарский мужик, приказчик из зеленой лавки Андреевского рынка, уехавшие волонтерами в Сербию и бросившие для этого дом и семью, старуха, занимающая трешник для славян, молодица, снимающая с себя  с тою (той)же целью платок-весь этот темный люд не спекулирует, не играет «величием страны» и «интересами нации». Ни слов у них нет таких, ни понятий. Но зато  ежели добиться у них словесного выражения цели, ради которой они едут умирать и занимают трешник, они выразят ее как раз теми словами, которыми охарактеризовал Шубин дело Инсарова, и которые… действительно формулируют весь вопрос: «выгнать турку».**/

______________________________________________________

*/ там же , стр. 840

 

Михайловский не раз говорит, что «национальное и народное принципиально противоположны».***/

Однако, видя среди активных действующих сил только народ и интеллигенцию, которая разделяется на людей умных и глупых, чувствительных и безчувственных (бесчувственных), честных и прохвостов, он и не мог ясно разобраться в движущих силах общественного возбуждения. Поэтому Михайловский скоро разочаровывается в общественном движении. «Простительно было ждать. И я ждал. Я упустил из виду физический закон, по которому солнечный луч, встречая среду более плотную, чем воздух, отклоняется, преломляется. Вместо того, чтобы делать прямое дело, поставленное перед нами историей, мы стали спекулировать. Пристраиваясь к какому-нибудь предприятию, спекулянт имеет в виду главным образом не осуществление его, а те побочные, не относящиеся прямо к предприятию и часто мешающие ему выгоды, которые можно сорвать на пути к осуществлению и вообще вне его».****/

Нужно всегда помнить, пишет Михайловский, что «страна-это не что-нибудь единое, она состоит из слоев со взаимно противоположными интересами… совершенная неопределенность употребительнейших, почти технических выражений, каковы: «величие страны», «интересы нации» и т.п. в связи с крайнею смутностью, вызываемых ими чувств, огульно называемых «патриотическими», открывает широкое поле для всевозможных спекуляций».*****/

_______________________________________________________

**/ там же, стр.853
***/ там же, стр.826
****/ там же, стр.842
*****/ там же, стр.848

 

Как ярчайший пример такой спекуляции , Михайловский приводит статью анонима из «Н.В.», в которой писалось: «Беззаветное увлечение русского общества идеею славянского освобождения, именно вследствие своей беззаветности, не может не наводить на грустные чувства. Здесь ясно выступает вся скудность нашей национально-исторической жизни. Только тот может беззаветно и самоотверженно предаваться в защиту чужих интересов, не помышляя о своей стране, в ком вяло бьётся сердце за интересы последней… На многих из наших соотечественников неприятно действует известие о том, что сербы хотят завладеть и Болгарией. Что для знакомых со славянскими делами совсем не новость… Но мы не только не намерены осуждать за это сербов, а напротив видим в том только горячее национально патриотическое самосознание и доказательство того, что сербы достойны светлой будущности».

Михайловский по поводу этой статьи, проповедывавшей(проповедовавшей) захватнические стремления писал: «Ничего столь решительно грубого, столь обобщено(обобщенно) наглого в русской печати еще пока не появлялось. Но это только значит, что автор смелее и последовательнее других. Еще один маленький, но вполне логический шаг- и турки тоже могут оказаться великим историческим народом»,*/

Михайловский видит, что цитированная статья только ярче других выражает целое направление русской общественности. Однако разглядеть силы, которые выражаются этим направлением, Михайловский не смог. «Спекуляторы» и «прохвосты» заслонили от Михайловского русскую буржуазию и русское дворянство с их стремлениями.

_______________________________________________________

 

*/ там же, стр. 843

 

С середины 1876 года Михайловский критически  рассматривает общественное возбуждение в России. Он пытается разглядеть его составные части. «Теперь для нас с неожиданной ясностью открылось, что помощь России может быть двоякая или даже троякая. Помощь правительства выражается пока дипломатическими переговорами, но может перейти и в более деятельную. Рядом с ней и независимо от нее, хотя, конечно, не против видов правительства, явилась в небывалых размерах частная общественная помощь в виде миллионов рублей и тысяч волонтеров. Но и в ней обособились помощь так называемого «общества», образованных классов, и помощь темной массы народа. Повидимому (по-видимому) деньги, жертвующие народом и обществом, совершенно одинаковы, также как и выставляемые ими волонтеры. Тем не менее, все осознают, что тут есть какая-то разница». «И тут, -пишет Михайловский, -не обошлось без спекуляции, быть может наиболее прискорбнейших. Самым грубым образом это выразилось в поведении некоторых русских волонтеров в Сербии, речи которых один фельетонист/не без сочувствия к размашистости «русской души»/ передает так: «Наперед чертовы сыны и таковские дети. Вина! Я приехал свою кровь проливать». «Эта сволочь, -пишет Михайловский, -хочет, на пути к освобождению славян, напиться на сербский счет».*/

Тот же фельетонист, рассказав как русские бьют болгарских волонтеров, умствует уже от себя так: « Тот же русский офицер, который побил волонтеров, первый за него подставит лоб и наверное ляжет в первых рядах. Некоторая грубость

в нас, несомненно есть, но это-грубость на хорошей подкладке.
______________________________________________________

*/ там же, стр.850

Мы пришли, положим, спасать своего брата славянина и вдруг видим, что брат-славянин не хочет чтобы его спасали. Мы его в зубы- и все-таки потом спасаем. Омерзительно!»,- пишет по поводу этой статьи Михайловский.*/

В номере 5-6 журнала «Голос минувшего» за 1916 год есть статья Е. Колосова «П.Л. Лавров и Н.К. Михайловский о Балканских событиях в 1875-76 гг». Ценность этой статьи состоит в том, что автор много цитирует и Лаврового, и Михайловского  и не особенно много анализирует. Но тогда, когда он это делает, анализ у него получается неправильный. Так, например, он утверждает, что со второй половины 1876 года Михайловский разочаровался в «едином порыве» русского общества, о котором он писал вначале, но не в освобождении славян.

Приведя примеры «омерзительных спекуляций» в русском обществе, Михайловский пишет: «Есть сухие доктринеры, засевшие в той или другой мертвой формуле, и ради нее скептический относящиеся к живому делу. Это большею частью либералы, затвердившие отрицательное отношение к «военному подвигу, как кто-то из них выразился, и ту, в основании своем совершенно справедливую фразу, что внутренние дела должны премировать над внешними. Они забывают, что военный подвиг военному подвигу рознь и самый крупный факт нашей внутренней жизни в настоящее время возбуждение сочувствия угнетенному люду.

 

___________________________________________________

*/ там же, стр. 850

 

Некоторые боятся замарать руки о те некрасивые осложнения этого возбуждения, которые я назвал спекуляцией. Они некрасивы -это правда; они подчас отвратительны, они могут в ближайшем будущем, хотя и временно, тяжело отозваться на нас самих, образованных русский людях, умствующих и спекулирующих. Но, не говоря о том, что это будет кара по заслугам, от этого нисколько не меняется положение славянского вопроса./подчеркнуто мной П.М./ Чьими бы руками ни было свержено турецкое владычество, хотя бы руками пьянной (пьяной) сволочи, радикальное решение славянского вопроса остается великим событием, долженствующим отразиться/и, конечно, не к худу/ на социальной физиономии Европы… Если бы было доказано, что предположение о влиянии турецкого владычества на европейские дела ошибочно, то все-таки стоит потрудиться над уборкой кольев, на которые сажают людей, и крестов, на которых их проклинают».*/

Здесь Михайловский действительно показывает себя не доктринером, а идущим от жизни представителем демократических слоев русского общества, искренне стремившихся к освобождению братьев-славян от ужасов и грязи турецкого владычества.

Но для того, чтобы высказать такую здравую мысль, Михайловскому действительно нужно было бы стать не доктринером, так как бывшая в его расположении доктрина, которой пользовался и Лавров,/последовательно пользовался/ приводила к отрицанию буржуазного национального движения, каким было движение славян.

________________________________________________________

*/ там же, стр. 853

 

В августе 1876 года он пишет: «сильнее и сознательнее, чем те милые и добрые дамы, которые ходят с кружками по вагонам железных дорог, сильнее, сознательнее и чище, чем многие газетные риторы, которые вдруг поголовно обратились в жрецов свободы… Кругом всеобщее возбуждение. Естественно, что наверх всплывают те, кто возбужден сильнее, или умеет казаться сильнее возбужденным или не встречает препятствий для выражения своего возбуждения… Россия есть прекрасная страна, в которой, однако много прохвостов, как и во всякой, впрочем, стране. Прохвосты тоже всплывают наверх».*/

Сочувствия движению балканских славян и русской помощи им, Михайловский борется с «прохвостами», он пытается разглядеть их, но эти попытки не дали желаемого результата, так как для этого нужно было бы опять оставить свою «доктрину».

Однако не бесполезно было уже и то, что Михайловский ставил вопрос о «прохвостах».

Иначе оценивает общественный подъем Щедрин.

Когда возбуждение захватило подавляющую часть русского общества, даже те слои, которые до сих пор молчали, то Щедрин так объяснял это: «Я столько времени молчал и столько горького, почти свирепого, накопилось внутри меня во время этого молчания, что я с жадностью цепляюсь за первый попавшийся повод, чтоб облегчить свою грудь. И ежели у меня

______________________________________________________

*/ Михайловский, соч. , т.IV, стр.228

 

нет личного дела, по случаю которого я мог бы свободно поведать миру о своей живучести, то я хватаюсь за дело чужое, чтобы хоть на время, хотя в своих собственных глазах восстановить свое право на жизненную отзывчивость».*/

Здесь Щедрин говорит, что не славянский вопрос является главным из вопросов, стоящих перед русским обществом. Здесь он пытается направить внимание на внутренние проблемы страны. Он показывает, что мотивы совершенно посторонние славянскому вопросу сейчас же заслонили его и наверх всплыла реакционная грязь. «Почему у нас всякое бедствие словно шабаш какой-то в российских сердцах производит? Вся мразь, все отпетое вдруг оживает, и пользуясь случаем, принимается старые счеты сводить. Об здравом смысле, о свободе суждения нет и в помине. На всех языках –угроза, в всех взглядах намерение горло перекусить. Вон «давеча поручик Живновский встретился, так и тот, чего уж отпетее: «писа-тель!- кричит,- либера-ал!» Булгарин из гроба встал: на потомство, -говорит,- полюбоваться пришел!Как вы полагаете: не позорно при этом «воскресении мертвых» присутствовать?»**/

Щедрин пишет, что реакция использует поднявшийся вопрос в своих целях, в то время, как она глубоко равнодушна к судьбе сербов и болгар, также как она равнодушна к бедствиям русского народа.

Искусственный неискренний характер, шедший со стороны реакции кампании, хорошо показывает слова одного из героев Щедрина.

_______________________________________________________

*/ Щедрин, т.XII «Отголоски», стр. 420, 421. Написана в ноябре 1876 года.
**/ там же, стр.424, 425

 

На рассказ об ужасах турецких зверств Глумов отвечает: «Кому –«ужас»,- а ты живи в своё удовольствие!… Далее он говорит: «Самарцы голодали! Ведь голодали же как-нибудь!/в 1874 году был знаменитый самарский голод/ Так точно и теперь с болгарами и сербами и проч. Когда же нибудь и как-нибудь и это кончится, а я между тем буду жить в свое удовольствие!… Вот мы с тобой — художники, стало быть, всякую штуку живьем себе представить можем; да и то, пойдем сейчас к Борелю завтракать, да разве по случаю пищеварения вздохнем об герцеговинцах… А представь себе, у кого и художественности-то этой нет — ведь этакому-то субъекту, будь хоть рассамарцы, хоть разболгаре — во всякое время не жизнь, а масленица.*/

И тут Щедрин изображает «государственного младенца» Левушку Коленцева, едущего в Семиозерск градоначальником, который ужасается действиями «мерзавцев» – турок и собрав пожертвования в пользу славян, приступает спокойно к выпивке в кругу собутыльников, совсем позабыв о существовании страждущих славян.

Щедрин хорошо показывает равнодушие реакционеров к судьбе славян, подчеркивая их глубокое равнодушие к страданиям своего народа. Щедрин с горечью пишет: «Неужели, думалось мне, русская культура не выработала из себя никакого жизненного факта, кроме бесшабашного гвалта, на дне которого лежат три целковых, никакого жизненного требования, кроме дикой потребности пользоваться всяким удобным случаем/будь это

_____________________________________________________

*/ там же, стр. 411

даже кровный вопрос, как нынешний славянский/подчеркнуто мной П. М./, чтоб кому-нибудь зажать рот, перервать горло, согнуть в бараний рог».*/

Таким образом Щедрин считал славянский вопрос кровным вопросом для России. Однако он рассматривал его в связи с внутренним положением России и видя, что реакция пытается использовать его, чтобы «кому-нибудь зажать рот, перервать горло, согнуть в бараний рог», он находит характер общественного возбуждения вредным не только для России, но и как мы увидим для освобождения славян.

Здесь Щедрин впадал в ошибку(совершал ошибку). Правильно критикуя стремления реакции и все отрицательные стороны общественного возбуждения, которые способствовали этим стремлениям, он не сумел оценить прогрессивность общественного возбуждения в целом.

«Отечественные записки», соредактором которых был Щедрин, поместили статью Мордовцева, написанную в тон «московским кликушам»/июль 1876 года/, в которой последний писал: «Мы русские славянские люди презираемы одичавшей в своей quasi – цивилизованной гордости Европой», и затем призывал: «Простой темный народ пусть в церквях услышит от своих священников то воззвание, на которое всегда охотно откликнется русский народ: «Пожертвуйте, православные, на всемирную свечу господу богу!» Всемирная свеча, которую хочет загасить Европа, это –славянская семья, тающая от враждебного европейского дуновения. Пожертвуйте же русские люди на всемирную свечу!»

______________________________________________________

*/ журнальный текст «День прошел -и слава богу», ноябрь 1876 года, том XII, комментарии, стр. 618

 

Эта статья, от которой несло лампадным маслом, в духе православных вдохновений И. Аксакова, помещенная в передовом русском легальном журнале, возмутила Щедрина и он писал 4-го августа 1876 года Н.К. Михайловскому: «Не могу себе вообразить, что за статья на тему о всенародной свече. «О.З.» стали на покатость очень сомнительную и делаются журналом, в котором чувствуется если не преобладание, то очень значительное присутствие трихин». И далее Щедрин прохаживается по адресу самого Михайловского, совершенно справедливо видя в развиваемой им концепции о культурно- исторических типах и степенях их цивилизации связь с теорией реакционного славянофильства, противопоставляющего культурно-исторический тип православной царской России типу европейскому, как более высокому по степени цивилизации, но более низкому по качественности цивилизации.

И Щедрин пишет: «До свидания, жму Вашу руку, которая выдвинула вопрос о качественности цивилизации и тем самым уготовила для дулебов некоторый пьедестал. А Мордовцев подслушал сие и окрылился до сальной свечи. Покойник Грановский еще в 40-х годах в диссертации об Винете, доказал, что все дулебы друг другу равны и я тоже так думаю».*/

11 сентября Щедрин пишет Некрасову: «Газеты сделались просто невыносимыми. Все один и тот же предмет, каждый день одно и то же- надоело в высшей степени». 13 октября в письме к Некрасову же Щедрин писал: «Славянский вопрос здесь все еще на первом плане, хотя уже замечаются некоторые признаки реакции- в литературе».

/В своем августовском «Внутреннем обозрении» «В.К.» переносил центр общественного внимания со славянских дел на внутрироссийские и занялся, хоть и очень умеренным, но все же анализом причин общественной «апатии», «отсутствием идеалов», «розни с народом». П.М./ За ним последовала «Молва», где есть очень умная статья Драгоманова, хоть и без особого таланта/Драгоманов напечатал в «Молве» 10/Х -1876 года статью «Чистое дело требует чистых средств». Он также подчеркивает непонимание русской печатью «связи внутренних вопросов с внешними» П.М./

В будущем номере «О.З.» в статьях Елисеева и Михайловского, ставится вопрос  тоже на умеренную точку зрения. Мое личное мнение , что вопрос этот для России не полезен. Под шумок его издан, например, закон, разрешающий губернаторам издавать обязательные постановления или попросту говоря законы же.  Это невероятно, но это правда. Когда я представлял в «Истории одного города» градоначальника, который любил писать законы, то и сам не ожидал, что это скоро осуществится. Вообще, делается почти странным жить на свете».

Это письмо очень показательно для оценки взгляда Щедрина. «Славянский вопрос не полезен для России», так как под его шумок реакция овладевает страной еще сильней. Щедрин совершенно согласен с Драгомановым, что «чистое дело» освобождения славян требует «чистых средств, что вопросы внешние и внутренние имеют самую тесную связь. А положение внутренних вопросов никак не могло удовлетворить Щедрина. «С одной стороны Черняев со своими добровольцами разъясняет перед лицом Европы, что такое господа ташкентцы, c другой стороны в такие серьезные минуты издается постановление, в силу которого губернаторам предоставляется право писать законы…

______________________________________________________

*/ Щедрин, т.XIX , Письма

 

Политические процессы следуют один за другим, не возбуждая уже ничьего любопытства, и кончаются (заканчиваются) сплошь каторгою- еxcuséz du peu (еxcuséz qu’il y a peu)/извините что мало/. Каторга за имение книги и за недонесение- это уже почти роскошь для такого бедного государства, как наша Русь»,*/ « Вы представьте только себе, что в такие минуты, когда ожидается очень серьезная коллизия, мы думаем только о том, как бы усилить губернаторскую власть, и, как нив чем ни бывало, продолжаем устраивать политические процессы по поводу держания каких-то книжонок, результатом каковых процессов является каторжная работа. Тяжело жить современному русскому человеку и даже несколько стыдно».**/

17 февраля 1877 года Щедрин писал тому же Анненкову: «Милейшее письмо Ваше, многоуважаемый Павел Васильевич, застало меня среди неистовой белой анархии, которая, кажется, надолго воцарилась у нас. Художественный клуб закрыли/там был вечер, на котором молодежь подписала адрес, выражающий участие больному Некрасову/. Цензура обнаруживает намерение воскреснуть. Мы –то думали, что она нас тиранит, а оказывается, что это были только поблажки».

Так Щедрин совершенно верно рассматривал связь вопросов внутренних и внешних.

Из этого господства реакции Щедрин поэтому и не ждал «чистых средств» для «чистого дела». Русская прогрессивная

____________________________________________________

*/ Письмо к П.В. Анненкову, I/ XI-1876 г., там же
**/Письмо к П.В. Анненкову от 25 /XI  – 1876 г.

 

печать с возмущением писала о поведении части русских добровольцев в Сербии из числа русских «Держиморд и Скалозубов. Щедрин очень метко называл их «ташкентцами», носителями «ташкентской цивилизации». Он со злой иронией пишет о либералах, которые сравнивали генерала Черняева с Гарибальди, видя в Черняеве, редактора газеты «Русский мир», представителя ташкентцев. Щедрин дал ему чрезвычайно меткую и злую характеристику, изобразив его в образе полководца Редеди в «Современной идиллии», героя русских фабрикантов, чаявших продвижения московских ситцев и миткалей за границы империи. «Вспомните,- писал Щедрин А.Н. Пыпину в 1883 году,- что Редери Сербию освобождать ходил, всю Россию взбаламутил, уже ли это не трагедия, а водевиль».*/

Так оценивали общественный подъем представители различных течений русской общественности.

При исторической оценке общественного подъема периода Сербо-черногорской войны прежде всего встает вопрос о народности движения.

Реакционеры говорили, что все движение носит народный, т.е. православный характер, что весь народ заговорил и сказал самое главное. По мнению теоретиков реакции это самое главное было: «возлюби ближнего своего, как самого себя», а про мнению противников реакции это было «Боже, Царя храни!», что в сущности- одно и тоже.

_____________________________________________________

*/ Щедрин, том XIX, письмо  I/XI-1883 года к А.Н. Пыпину

 

Часть либералов тоже говорила об общенародном подъеме, в котором слились все слои; часть отличала народные стремления от стремлений общества, которые в свою очередь были различны у различных общественных групп.

Говорить о всенародном подъеме не приходится. Большая часть крестьянства, задавленная невыносимыми поборами, произволом царской администрации, гнетом помещиков и кулаков, низводилась царским режимом до положения крепостных, людей не поднимавших головы от своего лоскута земли. До чего мог довести режим того времени ярко показывают решетниковские образы Пилы и Сысойки, людей, которые теряли вообще человеческие чувства, в том числе и чувства родства. Положение народа в России ярко показал Берви-Флеровский в «Положении рабочего класса в России», книге, которую Маркс считал лучшей в этом роде после «Положения рабочего класса в Англии» Энгельса.

Этот задавленный произволом и нищетой крестьянин не мог подняться до симпатии к братским народам.

Горячо сочувствовала славянам та часть русского народа, которая так или иначе подымалась над ограниченными интересами сельского «мира», так или иначе порвала с ним. Ленин в «Развитии капитализма в России» показывал насколько кругозор и культурные запросы таких людей, вырвавшихся их крестьянского «мира», рабочих, «фабричных» становилась шире.

«Голос» отмечал, что в добровольцы шли люди городские и которым дома нечего делать.*/

_______________________________________________________

*/ «Голос» 9/IX-1876 г. Макс «Листок»

 

Щедрин позже напишет по поводу отношения народа к войне за славян: «Насчет народа, различать тоже надо. В городах, дворники, извозчики, фабричные- те больше пьют и уру кричат».*/

В вопросе же о сочувствии крестьянства нужно иметь ввиду, что степень его сочувствия зависела от степени придавленности полукрепостническим гнетом царского режима.

Что касается религиозного характера народного сочувствия, о котором говорили и консерваторы, и либералы, то здесь ближе всех к истине подходил Михайловский, который говорил, что под религиозной формой скрывается сострадание к угнетенным и ненависть к угнетателю. На той степени идеологического развития народа все его движения принимали так или иначе религиозную окраску и религиозную аргументацию. И напрасно радовались реакционеры возвращению народа от «гнусного материализма» в лоно православия, т.к. народ и не думал отказываться от требований «землицы» и тому подобного «материализма».

Исторически неизбежна была и царисткая форма движения. Но она была не опасна, т.к. историческое развитие вело к тому, что движение с царисткой формой вело к разоблачению идеи царизма. Это и показали события. Русская печать того времени, не только либеральная, но и консервативная, настойчиво говорила об отсутствии у России всяких «своекорыстных», захватнических целей.

Этого требовал общий тон общественного настроения. Когда в одной из газет появилась корреспонденция из Белграда, где рассказывалось, что русские добровольцы из народа

____________________________________________________

*/ Щедрин, том XII , стр. 618

 

относятся к сербским мужикам также дружественно как будто это свои, из Белградской губернии, то это встретило в прогрессивной печати резкий отпор, как проявление захватнического стремления превратить Сербию в русскую губернию. Хотя в сущности это рассказ был совершенно невинен и в этом отношении.

Однако в печати время от времени попадались среди заверений в полном «бескорыстии» призывы к разрешению не только славянского, но и всего восточного вопроса. Либеральная печать, как мы знаем, хорошо понимала необходимость для России обеспеченного «входа в собственный дом», контроля над проливами, но в связи со сложившимися международным положением считала эту задачу в то время  неразрешимой, -поэтому всякие заявления об этом считала «шовинистическими». Эти «шовинистические» интересы были по своему происхождению неоднородны. Они выражали интересы развивающейся буржуазии, «чумазого», характерным представителем которого в печати был Суворин, хозяин и вдохновитель «Нового времени».

В «Н. В.» в значительной мере отразился характер русской буржуазии, трусливой и заискивающей перед царизмом. Щедрин в 1877 году начал писать свою «Современную идиллию», где очень ярко отразил стремления и мечты русской буржуазии. Мечты о вытеснении английских товаров русскими ситцами и миткелями. Однако заботы о проливах русской буржуазии носили не только наступательный характер, но они выражали и здоровую тенденцию в экономическом развитии России/тогда буржуазном развитии/,обеспечению юга от захватнических стремлений крупнейшего капиталистического хищника, «чумазого в мировом масштабе»- Англии. «Царская Россия, стремясь к контролю над проливами, конечно преследовала наступательные цели. Но при этом, разумеется, она и оборонялась, ибо старалась предотвратить возможный переход к Англии ключей от Черного моря».*/

Граф С.Ю. Витте вспоминает, что в то время в Одессе было Славянское общество, председателем которого был некий присяжный поверенный Кривцов, а заместителем председателя он, Витте. Они очень увлекались «славянской идеей»- идеей взятия Константинополя и усердно отправляли. Этот взгляд на «славянскую идею», как на захват Константинополя и т.п. был довольно распространен в обществе, об этом можно судить и по той энергии, с которой выступала против него прогрессивная печать.

«Шовинизмом» другого типа был шовинизм «Гражданина», реакционно-дворянский шовинизм, стремившийся укреплению самодержавия в захватнической политике.

Решительный характер славянских симпатий и взрыв общественного возмущения действиями Англии, помогавшей турецким  баши–бузукам(башибузукам), еще более заставлял либеральную печать опасаться воинственности общества, которую могли использовать шовинисты.

Однако, говоря о доминирующих стремлениях общества, нужно сказать, что они были прогрессивными,освободительными. Об этом свидетельствует и печать того времени, и мемуарная , и художественная литература. Сочувствие к братьям –славянам и ненависть к угнетателям из среды прогрессивной интелле(и)генции перешла в среду наиболее развитой части трудящегося народа, что и придало такую яркую окраску и решительный характер.

_________________________________________________

*/ «История дипломатии» , М. 1943 г., стр. 27

 

ОТНОШЕНИЕ РЕВОЛЮЦИОНЕРОВ К БОРЬБЕ СЛАВЯН

Гл.VI

Мы уже знаем, что Бакунин и его последователи относились к национальному движению, как таковому, отрицательно, видя в нем политическую борьбу. Однако, когда поднялось герцеговинское восстание, то «бунтари» увидели в нем бунт народа против своих угнетателей, т.е. социальное движение, к которому они и стремились в своих лозунгах.

Орган «бунтарей» «Работник», выходивший в Женеве, предназначенный для русских «работников», горячо поддерживал «бунт в славянских землях». Газета рассказывала о великом бунте славянского рабочего народа против турок. Рабочим везде плохо, но в Турции особенно, -писала газета. В славянских землях между турками нет рабочих, турки живут в основном в городах, где живет частица и славян-богачей, а в селах живут славяне-земледельцы, которые терпят всяческие притеснения от турок и своих славян-богачей. Крестьяне разорены чиновниками, войсками, черкесами, жизнь их невыносима. Потому от всех славян идет помощь восставшим, нужно и нам, русским, помочь братьям, если дома нет особенно важного дела.*/

Так анархистская газета, не понимая истинного смысла событий, объективно правильно пропагандирует помощь восстанию, видя в нем народное движение.

Иную позицию занял крупнейший орган русских революционеров- газета «Вперед», редактором которой был П.Л. Лавров.

Если в период написания «Исторических писем» Лавров оценивал национальное движение с точки зрения- прогресса, то во время Балканских событий 1875-76 годов, когда Лавров был редактором журнала «Вперед», он оценивает Балканские события уже с точки зрения революции, в том смысле, как ее понимали русские анархисты того периода.

Мы не знаем удовлетворительных марксистских работ, посвященных Лаврову, анализу развития его мировоззрения. Размер нашей работы и ее наименование не позволяет останавливаться на этом подробно. Поэтому мы только констатируем факт, что к периоду редактирования им журнала «Вперед», Лавров во многих принципиальных вопросах сходился с Бакуниным. Он придерживается теперь мнения о необходимости социального экономического переворота и отрицает всякую политическую, а также национальную борьбу, которая смогла бы затемнить смысл социальной борьбы и отдалить время социального переворота.

«Борьба за идею, искренняя и плодотворная может быть в наше время лишь одна: борьба труда с капиталом. Все прочие партии, все прочие наличные силы борются и могут бороться между собой лишь за право хищничества, за удобства эксплуатации».**/

Все политические партии с их конституционными идеалами более или менее либерального свойства, всякая попытка
____________________________________________________

*/ Работник, 1875  г., № 9, сентябрь «Бунт в славянских землях»

 

заменить централизованную и буржуазную империю централизованной и буржуазной республикой, заменить существующее распределение территории другими распределениями, другими центрами и другими законами- все это нам враждебно в своем основном строе и индифферентно для нас в своем проявлении».

Исходя из таких анархистских взглядов на политическую борьбу, он оценивал возбуждение, охватившее Россию в связи с Балканскими событиями, как болезненное явление.

«С большей неохотой берусь за перо, чтобы посвятить несколько страниц вопросу, о котором в настоящую мину(минуту) говорить здоровому и трезвому человеку почти совершенно бесполезно, среди повального опьянения одних и притворного опьянения других».

Он удивляется, негодуя: «Неужели из них /настоящих специалистов/ есть хотя бы один, который не понимает, что всеобщее увлечение, отвращающее внимание общества от экономической болезни, в нем существующей, есть вред для существующего дела, что всякое сближение эксплуатируемого народа с его эксплуататорами в общем порыве есть помеха для нашей агитации, что для социалиста братья единоверные суть только социалисты, братья же «единокровные» суть же страждущие, все подавленные; что для него резня беззащитных болгар и износелование (изнасилование) болгарок башибузуками есть лишь один из эпизодов постоянного и повсеместного варварства. Все сколько-нибудь рассудительные социалисты давно дошли до азбучного убеждения, что страдания масс не могут помочь, воины, которые передадут

_________________________________________________

**/ Лавров «Народники-пропагандисты 70 годов», стр. 85

 

территории из одного государства в другое, не могут помочь перемены правительственных лиц, не могут  помочь изменения политических конституций, что единственное спасение в экономическом перевороте, который сделал бы работника господином своего труда и устранил бы всякую эксплуатацию масс меньшинством».*/

Лавров считает развернувшиеся события вредными как для России, так и для южных славян. «Те, которые хотят быть в своей жизни борцами за какую-нибудь серьезную идею, должны удостовериться, что ни под знаменем Милана и Черняева, ни в союзе с ними, никакая идея осуществлена быть не может; что кровь увлеченных славян льется в данную минуту во имя инстинктов масс, а не во имя их блага, во имя интересов нескольких личностей, а не во имя интересов народа. Истинный социалист с грустью смотрит на эту эпидемию и ждет, чтобы пришел час его дела».**/

«Нынешняя национально-религиозная война неизбежно сблизит между собою среди южных славян классы экономических и государственных эксплуататоров с массами, ими эксплуатируемыми. Политические вопросы заслонят и отложат на неопределенное время вопросы экономические».***/

В результате непонимания исторического процесса, непонимания прогрессивности  буржуазных национально-освободительных движений, Лавров приходит к порочным выводам, к отрицанию национально-освободительной борьбы.

Поэтому он решительно выступал против русского волонтерства, движения добровольцев в сербскую и черногорскую армию.

_____________________________________________________

*/ «Вперед», 1876 г., № 42, Передовая

 

Он считает волонтерское движение не естественным результатом сочувствия русского общества освобождению братьев-славян, а явлением патологическим, результатом душной атмосферы русской жизни. И считал, что когда появилась возможность подышать свежим воздухом, под каким угодно предлогом, то все спешили насладиться этим благом.

Из всего этого нельзя делать ни в коем случае вывода о том, что Лавров не сочувствовал освобождению славян из-под ига турок. Лавров считал борьбу славян борьбой притесненных с притеснителями и признавал, что борьба действительно вносит немного света в жизнь наших культурных людей, однако он стремится оценить объективное значение движения и приходит к выводу, что в целом оно враждебно социалистам.****/

Он считал, что турецкие варварства характерны не только для блистательной Порты, но и многим другим государствам. И в этом он не особенно ошибался. Его ошибка начинается там, где он высказывает мысль о бесполезности для трудящихся буржуазного по своей сущности движения. Говоря о бесполезности шедшей борьбы, он видел единственную возможность освобождения братьев –славян на пути социальной революции. Он предлагал социалистам Югославии объединиться, совершить социальный переворот, опираясь на социалистическое движение Австрии и России, которое парализовало бы свои правительства, а потом, добившись победы социализма, понести вооруженную проповедь политической и экономической независимости своим братьям, угнетенным

_______________________________________________________

**/там же
***/ «Вперед», 1876 г., №44, стр. 665
****/ «Вперед», 1876 г., № 42, «Передовая»

 

турками.*/

Лавров был глубоко убежден, что «никакая нынешняя война не может иметь действительной целью народное благо».**/

Как видим, спасение славян Лавров видел в социальной революции, и здесь он принципиально мало отличался от Бакунина.

Значения и смысла национального движения не понимали и русские «якобинцы», последователи Ткачева. Их орган «Набат» вначале сочувственно писал о борьбе славян. В № 7-8 за июнь-июль газета в письме из Рагузы сообщает, что восставшие бедствуют, а помощи из России никакой не приходит, т.к. собранные пожертвования гуляют где-то по комитетам.***/

Однако, когда в борьбу вмешалась официальная Сербия и представители высших слоев России, то «Набат» резко выступил против увлечения русского общества Балканскими событиями.

Как бы ни было свято дело сербов и болгар, пишет «Набат»,но раз оно попало в руки миланов и черняевых, русских шпионов и австро-прусских дипломатов, оно превращается в борьбу за господство той или иной системы народной эксплуатации.****/

«Набат», не понимая прогрессивности национального движения, пишет в сущности тоже, что и «Вперед»: будут ли давить и грабить народ во имя национальной свободы или во имя законного авторитета… ему не станет от этого ни лучше ни хуже.*****/

*/ «Вперед» , 1876 г., № 44, стр.665
**/ «Вперед» 1876 г., № 42, Передовая
***/ «Набат», 1876 г., №7,8
****/ «Набат» 1876 г., №9, «Славянский вопрос»
*****/ там же , стр.5

 

«Набат» не понимал, что наряду с отрицательной стороной в стремлениях русской буржуазии к укреплению позиций России на Черном море, была и исторически прогрессивная сторона, состоявшая в борьбе с агрессией английского капитализма ради обеспечения развития экономики юга. Поэтому газета и пишет, что императорская и вообще буржуазная Россия мечтает о господстве над славянами и Константинополем. Это усилило бы русскую промышленность и торговлю, увеличило бы ресурсы государства. Русская буржуазия поддерживает политику России в высшей степени национальную и в высшей степени антинародную. Интересы народа всегда противоположны интересам исторического государства и тем более буржуазии.*/

Таким образом, «Набат» не понимает исторической роли ни русского государства, ни русской буржуазии.

«Набат» также боится развития и славянской буржуазии и не видя, что вместе с буржуазией развивается ее могильщик(?), становится в сущности на реакционную позицию борьбы против исторического прогресса.

Газета пишет, что подчинение славян королем Сербии и Черногории, и автономия во главе с турецкими генералами и частичное присоединение к России ухудшит положение славян, т.к. турецкое чиновничество задерживает развитие славянской буржуазии. Лучше будет, если славяне освободятся, когда буржуа перестанут быть царями мира, когда они войдут в новый мир, чистый от буржуазной заразы.**/

«Набат» обращает внимание общества на свои домашние дела.***/ Газета пишет, что русское правительство трусит и виляет. Славяне будут проданы и русское общество еще раз обмануто. Революционеры должны использовать общественное недовольство, которое тогда возникнет,

_________________________________________________

*/ там же, стр.5
**/ «Набат», 1876 г., №10 «Еще раз о славянском вопросе».
***/ там же, стр. 7

 

чтобы произвести революционный взрыв,*/

Такова оценка событий ткачевским «Набатом». Как видим, только орган бакунистов «Работник» поддерживал борьбу славян. Хотя и «Набат» совершенно ясно высказывает сочувствие этой борьбе.

Мы отмечали, что бакунизм был наиболее влиятельным течением в идеологии русских революционеров этого периода. Это проявляется и в том факте, что значительная часть революционеров, принимавших активное участие в борьбе славян, находилась под влиянием бакунизма.

Как же и почему революционеры участвовали в событиях?

Народоволец П. Торгашев писал: «Репрессии турецкого правительства над балканскими славянами всколыхнули и старого и малого… юноши бросали школы и шли добровольцами на защиту сербов под командою нашумевшего героя Черняева. Женщины, девушки направлялись туда в качестве сестер милосердия, сиделок и т.д. Каждый считал своею обязанностью оставить на время свою личную жизнь, личные интересы и спешить на помощь братьям-славянам», с которыми зверски расправлялись турки.**/

Ш. М. Левин правильно пишет: «Восстание славянского населения Герцеговины, а затем Боснии против Турции сильно взбудоражило русских революционеров, особенно эмигрантов, чему отчасти способствовала социальная окраска движения, бывшего вначале преимущественно аграрным бунтом христианского крестьянства против помещиков-магометан».***/

_______________________________________________________

*/ «Набат», 1876 г., №9, стр.6,7

**/ П. Торгашев «Записки народовольца 1878-1883гг»

 

П.А. Крапоткин писал. «Волна энтузиазма прокатилась в то время над Россией в пользу славян, восставших против векового турецкого гнета. Мои лучшие друзья- Сергей Степняк, Дмитрий Клеменц и многие другие отправились на Балканский полуостров, чтобы присоединиться к инсургентам. Друзья писали мне: «Мы читаем корреспонденции «Daily News» о турецких зверствах в Болгарии, мы плачем при чтении и идем записываться в отряды инсургентов, как добровольцы или как сестры милосердия».****/

Вот что вспоминает, например, М.А. Тимофеев: «Петербург…кипел как в котле. Во-первых, большое влияние среди учащейся молодежи и вообще интеллигенции вызывалось борьбой балканских славян за свою независимость; сочувствие и восторги по поводу героических подвигов маленькой Черногории возбуждались и известиями с театра этой освободительной войны. Газеты и телеграммы раскупались нарасхват, в университет шли грандиозные сходки, на которых обсуждались и решались вопросы о помощи и поддержке восставших славян; делались сборы денег, организовывались санитарные отряды; многие бросали учение и отправлялись на Балканы в качестве добровольцев; даже некоторые старее революционеры, как например Кравчинский и Клеменц, увлеклись этим движением и отправились в Черногорию. Последнее чрезвычайно показательно  для той эпохи: дома, в России, не было живого дела; массовое движение не дало тех результатов, которых ожидали, народ не оправдал возлагавшихся на него радужных надежд; нужны были какие-то новые

_________________________________________________

#«Голос минувшего», 1914 , №2

 

пути и иной подход к революционному делу».*****/ «Революционеры-участники борьбы славян».

Список революционеров, принимавших участие в Балканских событиях довольно велик и значителен.

Одним из первых русских, приехавших на помощь восставшим был М.П. Сажин/Арман Росс/,крупнейшая фигура, считался главой русских бакунистов и правой рукой Бакунина в русских делах. Все мемуаристы-революционеры отмечают его силу воли, решительный характер, организаторский талант и практичность.

Узнав о восстании против турок в Герцеговине и получив  благословение Бакунина, Сажин отправляется туда сражаться. Он договорился ехать с Кравчинским, который должен был туда отправиться из Парижа. Однако в Аграме, где они решили встретиться, Кравчинского еще не было,и Сажину, как первому русскому, устроили  торжественную встречу.

Он был в иностранном легионе, где были,  между прочим, и гарибальдийцы. Сажин отмечал плохую организацию восстания. В воспоминаниях, к своему участию в военных действиях он относился иронически из-за неумелого командования и общего руководства.

Сажин видел, что никакой ощутительной(существенной) пользы  для дела он принести не может. Его желание приобрести боевой опыт при таком командовании и такой организации всего дела тоже не могли быть удовлетворены.

***/ Ш.М. Левин «Д.А. Клеменц», М. , 1929 г.
****/ П.А. Кропоткин «Записки революционера», М. 1929 г. том II , стр.77
*****/ М.А. Тимофеев «Пережитое», «Каторга и ссылка», №6,9, 1929 г.

 

Осенью, когда отряд Сажина возвращался на свою базу из-за невозможности проведения военных действий в горах до весны, он встретил Кравчинского. Подумав, они решили уехать, а потом поступить сообразно обстоятельствам. «Но к тому времени обстоятельства сложились так, что весной пришлось  возвращаться в Россию».*/

Можно предположить, что значительная доля скептицизма, которую высказывает Сажин в воспоминаниях по отношению к военным действиям восставших, и в частности своего отряда, навеяно уже более поздним временем, когда установились вообще скептические отношения к  балканским событиям, благодаря участию в них царизма, а также благодаря ясно обнаружившемуся позже буржуазному характеру движения. На мысль об этом наталкивает тот факт, что и Сажин, и Кравчинский мотивировали свой отъезд не разочарованием  в движении, а тем, что до весны военных действий не могло быть.

Интересно также и то, что Сажин, и Кравчинский, возвратившись в Женеву вместе с Клеменцом, Иваном Мокриевичем и Енкуватовым, тоже бывшими в отрядах восставших, решают совместно с Марком Натансоном и Германом Лопатиным поднять восстание в России, на Урале.**/

Из этого можно предположить, что на это решение значительно повлияло их участие в войсках восставших славян. Следовательно, ознакомление с народным движением не явилось безрезультатным.

_______________________________________________________

*/М.П.Сажин /Арман Росс/ «Воспоминания», М.1925 г.

**/ см. Ш.М. Левин, Д.А. Клеменц и М. П. Сажин «Воспоминания»

 

В отряде сербского генерала Любибратича был и другой крупнейший революционер того времени Степняк-Кравчинский. Он был одной из интереснейших фигур среди революционеров того времени. Крапоткин вспоминает, что другим любимцем кружка чайковцев после Софии Перовской был Сергей Кравчинский.*/ Старик/Ковалик/ отмечает,что Кравчинский совместно с Чарушиным разделяли наибольшую любовь молодежи, с которой им приходилось работать.**/

Лев Дейч вспоминает, что Кравчинский «совершенно не вникал в принципиальные положения, на которых основывалась наша народническая программа». ***/

Но по своей преданности революции, самоотверженности, удивительному даже для революционера 70-х годов бесстрашию, готовности к самопожертвованию, Кравчинский является очень ярким лицом.

Он с детства находился под обаянием героя Чернышевского-Рахметова и с настойчивостью и упорством накалял свою волю и тело для будущих революционных боев. В результате такой упорной работы над собой Кравчинский удивлял всех своей не только моральной, но и физической силой, о которой среди революционеров ходили анекдоты.

После убийства Мезенцева среди бела дня кинжалом на людной площади Петербурга друзья заставили его выехать за границу. Он бросался во всякое живое революционное дело, участвовал в революционных попытках в Италии и готовился принять участи в борьбе армян за свою

независимость против турок, и только неожиданная и случайная смерть помешала этому.

____________________________________________________

*/ Кропоткин «Записки революционера», М. 1929 г., том III
**/ Старик/Ковалик/ «Движение 70-х гг по Большому процессу», стр. 26
***/ Лев Дейч «С.М. Кравчинский», Петроград, 1919 год

По деятельности Кравчинского в войсках восставших славян нам не удалось встретить почти никаких сведений.

Очень интересно поэтому одно указание (упоминание) у Л. Шишко,*/ который пишет, что в 1876 году Кравчинский «попал в Герцеговину, где писал какие-то прокламации к восставшим славянам, как рассказывал мне один из бывших с ним русских».

В войсках восставших был и Д.А. Клеменц, фигура очень крупная и авторитетная среди революционеров. Большой жизненный опыт, недюжинный русский ум со значительной долей юмора выделяли его в среде революционеров того времени.

«Кроме Кравчинского и Чарушина, наибольшей популярностью на собраниях молодежи пользовался Клеменц», – вспоминает Ковалик.**/

Клеменц был два раза в войсках восставших славян. Летом 1875 года в Герцеговине и осенью 1876 года в Сербии.

Очень интересно и то, что Клеменц в 1876 году вторично едет воевать с турками. Но неожиданно кончившиеся (закончившиеся) военные действия, благодаря успехам турок и вмешательству России, теперь не дали ему возможности принять участие в военных действиях.

Воевать с турками отправились «южане»: Волошенко, Дзвонкевич и Бальзам.

_____________________________________________________

*/ Л. Шишко «С.М. Кравчинский и кружок чайковцев»
**/ «Былое» 1906 год, №10, стр.26

 

Бальзам из них(вскоре) был убит.*/

Все воспоминания революционеров того времени, упоминающие о Волошенко, характеризуют его как человека выдающегося и блестящего ума, непобедимого «диалектика» и спорщика. Волошенко был одним из первых «политиков». А. Прибылев рассказывает, что Волошенко относился позже к своему участию в военных действиях очень иронически, но эту иронию нужно отнести, нам кажется, на счет позднейшей дискредитации славянского движения, благодаря покровительству царизма и на чет организации военных действий восставших, которая действительно оставляла желать много лучшего.**/

О.В. Аптекман вспоминает, что когда вспыхнуло герцеговинское восстание, для того, чтобы самому все испытать, окрепнуть, утвердиться, в Сербию в качестве санитара отправился один из русских революционеров А.А. Хотинский. Возвратился он в конце 1876 года «награжденный орденом за примерно-отличную службу и храбрость».***/

Сажин вспоминает, что после возвращения его из Герцеговины, «спустя недели полторы в Женеву приехали ко мне шестеро русских, которые вследствие моего письма отправились из Одессы в Герцеговину. Это были Габель,Иван Мокриевич, Енкуватов и др. Они попали в отряд Пеко Павловича, который уходил на зимние квартиры, окончив осеннюю кампанию. Они совершили очень трудный переход в горах, где их встретила суровая осенняя погода.

______________________________________________________

*/ М. Фроленко «Записки семидесятника», М. 1927 г., стр. 999

**/А. Прибылев «И.Ф. Волошенко», «Каторга и ссылка», 1930 год, №3, стр. 135

Трудно проследить вех революционеров-участников военных действий на Балканах, особенно когда речь идет о рядовых революционерах или тех, кто близок к революционным кругам. Однако, несомненно, их было сравнительно немало. Примером таких людей является Семен Львович Геллер. На его фигуру мы неожиданно натыкаемся среди обвиняемых по процессу о деле демонстрации на Казанской площади 6 декабря 1876 года.

В ходе процесса все улики против него отпали, он и сам с самого начала говорил, что в драке, которую ему инкриминировали, он не участвовал. Однако он твердо заявлял, что тому делу, во имя которого была организована демонстрация, он сочувствует. На суде держался очень мужественно и спокойно.  Суд обнаружил, что он обвинялся еще по делу о беспорядках при объявлении приговора государственным преступникам Плотникову и Панину. Суд заявил, что в своем решении принимает во внимание, как смягчающие вину обстоятельства, тот факт, что подсудимый, двадцатилетний Семен Львович Геллер лишь за две недели перед демонстрацией возвратился из Сербии, куда он ездил в качестве добровольца.****/

Активное сочувствие русских революционеров борьбе славян за свою независимость выразилось не только в непосредственном участии революционеров в военных событиях, но и в участии помощи славянам невоенного характера.

____________________________________________________

***/ О.В. Аптекман «Общество «Земля и воля» 70 годов»,1924 год
****/ «Государственные преступления в России в XIX веке» том II. Дело о демонстрации на Казанской площади

 

Так и Сажин, и Фроленко говорят об активной роли одного из первых будущих социал-демократов –Аксельрода. Он агитировал в России за поездку волонтеров на помощь славянам.

Самое активное участие в организации помощи славянам принимал и такой выдающийся революционер как А.И. Желябов.

Андрей Иванович Желябов был одной из наиболее блестящих фигур в истории русского революционного движения. Ленин говоря о выдающихся буржуазных революционерах, приводил в качестве примера Робеспьера, Гарибальди Желябова.*/

Очень сильный и очень ясный ум, стальная воля, неутомимая энергия и удивительная работоспособность-все эти качества соединялись с бесстрашием и непоколебимым мужеством. Желябов пользовался огромным влиянием на людей. Он был одним из первых, ясно осознавших, что борьба с существующим строем – это борьба политическая. Он считал, что речь шла в тот момент не о социализме, а о конституции, не о борьбе только крестьянства против угнетателей, а о борьбе всех сил, недовольных существующим положением, против царизма. И он был за поддержку такой борьбы, чтобы в результате ее победы, получив конституцию, можно было развернуть потом и дальнейшую борьбу за освобождение трудящихся. Эти взгляды были шагом  вперед по сравнению со взглядами землевольцев, отрицавших политическую борьбу во имя борьбы социальной. В нашем распоряжении мало материалов, освещающих отношение

_____________________________________________________

*/ Ленин, том XVIII, стр.250

 

Желябова к славянскому вопросу. Однако и то, что имеется очень важно и значительно.

В своей автобиографии М.П. Драгоманов рассказывает, что в Одессе был открыт задолго  до официальных, комитет по организации помощи славянам. В этом деле самую активную роль играл Желябов.*/

П.П. Семенюта в воспоминаниях**/ пишет о Желябове: «Сербское движение чуть было совсем не захватило его, тем более, что некоторые товарищи ушли на войну. Там они надеялись освободить славян и ввести социалистический строй».

 Мотивы участия революционеров в движении

Говоря о мотивах такого сочувствия Желябова, его биография***/ пишет, что он, «принимая деятельное участие в организации помощи славянам, рассчитывая, как рассказывал впоследствии, на деле возрождения славян помочь политическому воспитанию самого русского общества».

Однако, несомненно, что дело не только в воспитании русского общества, а и в горячем сочувствии делу восставших, как об этом пишет П.П.Семенюта.

Аберрацию взглядов русских революционеров на мотивы их участия в славянском движении, о которой мы уже говорили, необходимо все время иметь ввиду, когда мы исследуем их высказывания. Очень, к сожалению, немногочисленные именно из-за этой исторической аберрации.

____________________________________________________

*/ «Былое», 1906 г., №6
**/ «Былое», 1906 г., №4
***/ «Андр. Ив. Желябов», Вольная русская типография, 1882  г., Лондон, стр.10

 

Среди всех революционеров-мемуаристов более всего уделяет внимание вопросу участия своего в борьбе славян Сажин. У него в воспоминаниях даже есть отдельная статья: «Поездка в Герцеговину».

Сажин пишет, что перед поездкой в Герцеговину он заехал к Бакунину. «Вначале он был против поездки, но потом признал ее полезность, хотя сопряженную с опасностью, узнавши, что благодаря моим письмам, несколько человек приедут из России тоже «понюхать пороху».*/ Здесь Сажин говорит о поездке в Герцеговину, «чтобы понюхать пороху».

Бакунин, вероятно, выражал опасения, чтобы ради этого «понюхать пороху» не были отвлечены люди от революционной работы в России.

Однако в статье «Поездка в Герцеговину» есть интересные слова, брошенные вскользь. Сажин пишет, что Бакунин в конце концов «поездку мою одобрил, хотя прибавлял, что у братьев-славян в  таких делах бывает много преувеличений».**/

Значит речь шла не только о военной тактике для русских революционеров, а о высокой оценке  значения борьбы славян, которую Бакунин снижал, говоря, что у братьев-славян бывает много преувеличений. Поэтому нужно критически отнестись к настойчиво проводимому Сажиным много лет спустя после событий взгляду на участие свое в борьбе славян, как на военную практику. Это писалось после того, как события были

__________________________________________________

*/ Сажин «Воспоминания», стр. 95

**/ там же, стр. 100

 

скомпрометированы  в значительной мере и царизмом, и правящими классами братьев –славян.

Сажин пытается убедить читателя, что речь шла только о военной практике для русских революционеров, об изучении партизанской войны.

Письмами он приглашал Вл. Дебагория-Мокриевича в Киеве и Габеля в Одессе тоже «понюхать пороху».  В Париже тогда жил Кравчинский, с которым Сажин подружился. Кравчинский тогда примкнул к бакунистам и стал противником Лаврова. «Убеждать его ехать в Герцеговину, -пишет Сажин, – пришлось недолго: он прекрасно понимал, что русским революционерам не избежать открытой вооруженной борьбы с существующим порядком в очень недалеком будущем и что, следовательно надо готовиться к ней. И вот теперь представляется случай, где можно поучиться многому».*/

О том, что Сажин и Кравчинский имели в виду и цели военной практики, в этом сомневаться нельзя. Но то, что все заключалось в этом, очень и очень сомнительно. Об этом говорит и брошенная вскользь фраза о разговоре с Бакуниным и соображения общего порядка.

Дело в том, что не такие были люди русские революционеры, чтобы поддерживать хоть в какой-либо мере движение, которому они не сочувствовали.

Сам Сажин ясно указывает причину сочувствия славянскому движению. Он, как и другие предполагал, что эта борьба за освобождение, будучи политической борьбой, которую отрицали тогда большинство русских революционеров, легко может превратиться в борьбу социальную, к которой стремились

______________________________________________________

*/ там же

русские революционеры, и в которой они видели настоящее спасение народа.

Нужно также иметь в виду очень тесную связь русских революционеров с революционерами балканских стран.

Нам не попадалось работ, которые своей ценностью и разработанностью соответствовали бы важности этого вопроса. Мы укажем только на такую работу, как труд Г. Бакалова «Русская революционная эмиграция среди болгар».*/

Бакалов здесь рядом примеров показывает большое влияние русских революционеров на крупнейших болгарских революционеров, затем он приводит интересный факт сочувственного помещения в женевском «Народном деле» Бакуниным, вероятно, программы болгарских революционеров, написанной Любеном Каравеловым или кем-либо близким к нему. Эта программа гласила, что болгарская революционная партия борется за политическое и духовное освобождение народа, причисляя к его врагам, кроме турок, также и болгарских буржуа. Там говорится: «Болгарский народ, народ демократический: он не разделен на сословия, не имеет среди себя аристократического величия, этого излишнего и вредного общественного элемента, и потому мы желаем видеть в своем отечестве прямо из всего нашего народа и им самим выбираемое правительство. Мы желаем жить со всеми соседями нашими в дружеских отношениях, и особенно с сербами и румынами, которые отчасти сочувствуют нашим стремлениям, и желаем составить с ними «южно-славянскую или дунайскую федерацию свободных земель». Образцом такой федерации программа ставит Швейцарию.**/

__________________________________________________

*/ «Каторга и ссылка», 1930 г., №2,№3

**/ «Каторга и ссылка», 1930 г,, №2, стр. 125

 

Как видим, здесь анархическая путаница представлений о безбуржуазной и бесклассовой болгарской нации объективно выражает вполне правильное стремление болгар к независимости.

Сочувствие бакунистского органа для нас поэтому интересно как проявление живейшего интереса русских революционеров к болгарским делам. Интересную попытку сформулировать мотивы участия в славянском движении дает петербургский корреспондент лавровского «Вперед», письмо которого Лавров опубликовал в  44 номере газеты за 1876 год. Этот корреспондент пишет по поводу добровольческого движения: «Это движение приняло было такие широкие размеры и возбудило такой энтузиазм, что не встречало вначале ни оппозиции, ни даже критики, только спустя некоторое время часть молодежи стала относиться ко всему движению более скептически.

Что касается мотивов из-за которых едут волонтеры, то они разумеется самые разнообразные. Из моих личных наблюдений могу сообщить следующее. Отставные солдаты, особенно старые, едут просто из желания «побить турку», другие едут, возмущаясь зверством турок; немаловажную роль играет, конечно, религиозный элемент. Из офицеров я знаю таких, которые поехали из-за сочувствия к славянскому делу. НО есть между ними вполне наши по чувствам и убеждениям, которым невыносима была обстановка, среда и деятельность, в которой они вращались и участвовали, но которые, однако, не имели достаточно сил, чтобы выйти из нее на настоящую дорогу; и вот они бросились в Сербию, рассчитывая,  что там они принесут хоть какую-нибудь пользу, т.к. по их словам, пока южные славяне не освободятся от турок, вся их энергия, все силы будут направлены на это освобождение, в ущерб могущему развиться, при их независимости, социальному движению.

Студенты едут отчасти из-за сочувствия к славянскому делу, отчасти из-за либеральных принципов «освобождения подавленных народов», а в большинстве случаев от нравственного утомления, невыносимости жизни при окружающих условиях и при недостатке энергии к борьбе. Наряду со всеми вышеперечисленными лицами, на войну отправилось некоторое количество людей, просто вследствие невозможности знать и слышать о тех зверствах, какие совершаются турками, не участвуя в борьбе против них; но есть несколько лиц и таких, отъезд которых следует считать с их стороны преступлением по отношению к своему делу; в числе таких есть люди, действовавшие более или менее долго непосредственно в народе. Есть и такие, которые говорят, что едут туда в надежде, что они сойдутся там с такими же людьми, там научаться организации и приобретут боевую опытность, что пригодится им при возвращении на родину.

Во всяком случае, таких людей приходится считать не единицами, а целыми кружками.

Наконец, поехала некоторая доля людей совсем  неповинных ни в славянофильстве, ни в нравственной неудовлетворенности, ни в чем-либо подобном, это просто люди, которым представилась возможность не умереть с голоду, хотя бы из-за этого пришлось подставить лоб под турецкие пули».

________________________________________________________

*/ «Вперед» 1876 г., № 44, стр.664-666

 

Здесь корреспондент газеты «Вперед» довольно подробно рисует различные слои русского общества, представленные в волонтерском движении. Мотивы участия радикальных слоев корреспондент видит в неумении приложить свои силы в России и желании освободить славян от гнета турок, чтобы развязать социальную борьбу на Балканах. Важным мотивом является также приобретение боевого опыта. Нужно иметь ввиду, что все это пишет лицо, принципиально враждебное волонтерскому движению, т.к. по мнению корреспондента, у себя в России есть непочатый край работы.

Подытоживая все это, мы можем сказать, что сочувствие русских революционеров славянскому движению определялось и обуславливалось народным демократическим характером этого движения, определялось ненавистью русских реакционеров ко всякому деспотизму и угнетению, худшим видом которого была власть турок над славянами.

Если анархисты видели в народном движении исключительно социальное движение безбуржуазных славян, то революционеры типа Желябова сочувствовали славянскому движению как политическому освобождению, которое поможет развязыванию позже борьбы социальной.

Активное участие русских революционеров в поддержке славян объясняется с другой стороны и стремлением воспитать русское общество на политических событиях на Балканах. И уже тот факт, что политическое воспитание русского общества предполагалось на славянском движении как высоко ценили это движение революционеры типа Желябова.

Стремление к военной практике на опыте борьбы славян тоже имело определенное значение, но мы уже отмечали, что оно появилось лишь вследствие того, что русские революционеры сочувствовали борьбе славян.

Мотивы неучастия в движении

Наряду с революционерами, принимавшими активное участие в событиях на Балканах, было много и таких, которые стояли в стороне от них. Их позицию хорошо формулирует М. Фроленко, видный революционер того времени. Он пишет: «… вот начинается черногорское или герцеговинское восстание. Кравчинский  и другие русские эмигранты едут туда. Кравчинский пишет письмо, посылает Аксельрода в Россию за новыми новобранцами и, кстати, просит заехать в Николаев, найти там меня и пригласить тоже в Герцеговину… Ехать в Герцеговину я отказался, у нас в то время происходило чигиринское движение, и я полагал, что вместо Герцеговины, нам следует всем ехать в Чигирин».*/

 В другом месте Фроленко повторяет: «Приезжает Аксельрод из-за границы звать в Герцеговину, не то в Черногорию, воевать с турками, но в то же время до нас доходят темные слухи о чигиринском движении, поднятом крестьянином Прядкой. «Нет, у нас есть свое дело», – говорили мы посланцу и остаемся в Николаеве».

Большая часть русских революционеров целиком была поглощена за освобождение своего народа, ____________________________________________________

*/М. Фроленко «Записки семидесятника» М., 1927 г., стр. 57, 58

 

но не приходится сомневаться, что все они горячо сочувствовали борьбе славянских народов против турецкого ига, которое для русских революционеров было символом всего самого гнусного, против чего они боролись. Мышкин в своей знаменитой речи на «процессе 193» говорил, что подсудимых лишают права «довести до сведения общества, что на Руси обращаются с политическими преступниками хуже, чем турки с христианами».*/

Настроение этой части русских революционеров хорошо выражает Вера Фигнер, когда сочувственно говорит о борьбе маленькой страны за свою независимость.

Мы уже отмечали, что Лавров принципиально отвергал борьбу славян с турками на почве существующих социальных отношений, так как это, по его мнению, только сблизило бы эксплуатируемых и эксплуататоров в среде славян и помешало бы революции, которая одна может освободить трудящихся.

Этот взгляд целиком и полностью вытекал из анархистской доктрины, но русские революционеры очень не сочувственно (несочувственно)относились к доктринерам, что было очень полезным противоядием против подобных выводов, логически вытекающих из революционной теории того времени.

В среде активных революционеров «чистых» последователей Лаврова было мало. Хотя к тем или иным его произведениям молодежь относилась с большим уважением. Интересно, что «Вперед» в т.V непериодического издания за 1877 год помещает письмо сербского социалиста о борьбе с турками; позиции сербских специалистов в этой борьбе были характерны поддержкой ее. Сербские социалисты вначале надеялись на революционную войну,

_____________________________________________________

*/ РИБ №7 «Государственные преступления в России в XIX веке», т III, «Процесс 193»

 

но потом, увидев, что этого не получилось, они активно приняли участие в борьбе с турками. Анонимный автор статьи «Вперед» касается и безобразного поведения русских «ташкентцев» в Сербии, и самоотверженной, искренней борьбы русской молодежи из среды учащихся и русских солдат.*/

Таким образом, «Вперед», бывший принципиальным противником борьбы славян, помещает статью, в которой высказываются взгляды враждебные прежней настойчиво проводимой линии. Такое было отношение русских революционеров к событиям 1875-76гг.

За Лавровым шли очень немногие среди русских революционеров.

  Гл. VII

РУССКИЕ ДОБРОВОЛЬЦЫ В СЕРБИИ

Состав русских добровольцев был очень разнообразен. Там были люди высшего общества, поехавшие в Сербию под влиянием Аничкова дворца, они подчеркивали, что приехали воевать, а не политикой заниматься. Таковы были Дохтуров, граф Келлер, Медведовский.**/

Некоторые из великосветской молодежи приехали, чтобы потеревшись около генерала, украсить грудь сербскими наградами. Часть офицерства считало так или иначе выгодным для себя побывать в популярном деле. Некоторые видели в этом возможность поправить свои дела.

Были там искренние поборники освобождения славян, из среды интеллигентной молодежи или части офицерства; были отставные солдаты и представители городских «низов»; были и вырванные уже капитализмом из среды сельского мира выходцы из села – эти в большинстве шли на доброе дело-своим подсобить и турку бить.

_______________________________________________________

*/ «Вперед» 1877 год, т.V, «Из Сербии»

**/ Ю. С.Карцов, «За кулисами дипломатии», стр.43

 

Была небольшая, но «громкая» часть и трактирных героев.

Трудно сказать о точном соотношении этих элементов в добровольчестве. Однако подавляющее большинство ехало драться за славян. Это показали события.

Крупнейшим недостатком добровольческого движения была его организация. И в этом значительная доля вины падает на славянский комитет.

Русские волонтеры прибывали в Белград наэлектризованными общественным возбуждением России, полные веры в святости своего дела. В дороге они сближались, уступая друг другу все свое, во имя общего дела, делились последним куском хлеба, рюмкой водки, грошем, всем, чем могли».**/

Сербы их очень тепло и сердечно приветствовали, совсем без участия в этом полиции, как ядовито отмечали некоторые корреспонденты.

Но в Белграде ничего не было готово для приема и организации прибывавших. Белградское правительство было очень предупредительно к русским добровольцам, но его предупредительность доходила до того, что оно совсем не считало себя вправе вмешиваться в дела добровольцев и даже не касаться их. Даже когда трактирные герои из среды добровольцев буянили по улицам города в пьяном виде, то сербская городская стража тщательно избегала встреч с ними, это же самое в целях спокойствия города белградские власти советовали делать и сербским девушкам и женщинам. Таким образом, вынужденные без дела слоняться целыми неделями по белградским трактирам, пока начальники

____________________________________________________

*/ А. Незлобин «В Белграде и на позиции», «Р. В.» 1876 г. №12, стр. 795

 

партий бродили по приемным в ожиданиях, трактирные элементы в среде добровольчества проявляли себя во всю ширь своих натур и разлагали в дисциплинарном  отношении отряды.

Капитан, старший партии Добровольцев, – в воспоминаниях А. Незлобина, -рассказывает: «нехорошо здесь, никакого толку нет… денег выслано немало, а нужда во всем страшная. Вот последние дукаты проедаем… Платья, белья, сапогов нет… У меня в номере пятеро почти нагишом лежат…лежат и пьют… что прикажете делать?.. Зачем нас держат здесь?»*/ Разлагающе действовало на добровольцев и зрелище той части белградской молодежи, которая во время решающих боев, когда на карте стояла судьба Сербии, всяческими неправдами, избежав воинской повинности, изливала свои «патриотические» чувства за столиками кафан.

Когда же, наконец, добровольческие отряды добирались до позиции, то здесь их ожидало, пожалуй, наиболее крупное разочарование. Все русские газеты писали о сербах, как о народе-воине, как о храбрецах, которые никогда не расстаются с мыслями о борьбе с турками. На самом деле было совершенно иное. Сербия вот уже несколько десятилетий вела мирную жизнь. Она почти не имела своей армии и сербские мужики и понятия не имели о военном деле. Это был совсем необученный сырой материал для армии. Все записки и воспоминания русских добровольцев изобилуют рассказами о том, что вопреки всем ожиданиям, сербы всячески уклонялись
_______________________________________________________

*/ Там же , стр.788; см. также корреспонденцию Н. Каразина в «Н.В.» за 13/X  -1876 года. «Русские в Сербии»

 

от военных действий, прятались в кустах, в канавах, в кукурузе и оттуда «пуцали» зачастую по невидимому врагу. Их почти невозможно было поднять в наступление, а так как русские офицеры действовали на основании полевого устава, изданного еще до Крымской войны, т.е. видели основную силу пехоты в штыковом ударе, и требовали ходить в атаку сомкнутым строем, не учитывая возросшей силы ружейного огня, то сербы совсем их не слушали, иногда считая, что их намерено ведут на убой. Дело ухудшалось также и тем, что сербские солдаты плохо понимали русских офицеров.

Все это приводило к тому, что сербский мужик-солдат испытал на себе то, что приходилось испытать и русскому солдату- зуботычины, нагайку и ругань.

Понятно, что такая армия не могла рассчитывать на успех в борьбе против в несколько раз превосходящего по количеству и техническому оснащению противника.

Русские добровольцы проявляли чудеса стойкости и храбрости.

Однако, необученный сербский солдат не был способен к активным боевым операциям. Вот характерный отрывок из воспоминаний о ходе боев: «Вправо бригада полковника Медведовского вела жаркий бой, но люди наши не хотели двигаться вперед. Лятур приказал третьей и четвертой четам наступать, а затем с отчаяния пошел вперед один, не взяв даже ружья. Я пытался было усовещивать людей, но так как это не привело ни к какому результату, то взяв от одного из выбывших из строя ружье и суму с патронами, я последовал за Лятуром».*/

_______________________________________________________

*/ П. Гейсман «Славяно-турецкая борьба 1876, 77,78 годов», ч.I, стр.101

 

Н. Каразин рассказывал, что русские, когда приходилось отступать, нарочно отступали медленно, неся большие потери, чтобы показать сербам издали глядевшим из-под кустов, как надо вести себя в сражении.*/

Один из русских добровольцев- В.В.Яшеров вспоминал, как отряд русских добровольцев шел на позицию против потока отступающих и угнетенных сербов:  «Ряды равнялись и видимо прибавляли шаг; старик рядовой Ефим Ильиченко, лет 75-ти бодро и серьезно шел в первой шеренге, служа примером. Чудак был этот Ефим:дряхл и почти без зубов. «Ты то зачем потревожил свои кости в такую даль?- спрашивали его.- Не на полатях же умирать, когда режут православных! А тут все-таки умру за веру Христову, а может не одного и супостата еще уложу, -отвечал он, шамкая».**/

Очень стойко и храбро дралась сербская артиллерия. Дело в том, что сербы имели еще в мирное время кадровые артиллерийские части. Сербские артиллеристы подпускали врага и расстреливали его в упор. Но незначительная количественно сербская артиллерия не могла сыграть значительной роли. Не могли исправить положения и немногие сербские офицеры, очень мужественно сражавшиеся. Сербская армия стала терпеть крупные поражения. Турки не развивали своих успехов из-за боязни отпора русских добровольцев, о количестве которых у них было преувеличенное представление.

Но в конце концов, 17 октября, под Дьюнишем сербская армия была полностью разгромлена. Сербские войска в панике и

__________________________________________________

*/ «Н.В.» 26/Х-1876 года; Н. Карамзин «Русские в Сербии»
**/ «Р.В.» 1878 г., №1, стр. 222

 

полнейшем  беспорядке бежали. Паника и уныние охватили и Белград, но дальнейшее продвижение турецких войск приостановило русский ультиматум. Сербия была спасена. Начался новый этап развития балканского кризиса 1875-78 гг.

Положение русских добровольцев после Дьюнишского разгрома было очень печальное. Сербы во всех бедах их постигших винили русских. А.Н. Хвостов вспоминает, что после ужасного бегства из Дьюниша, сербы были так ожесточены против русских из-за несчастий их постигших, что даже за деньги ничего не продавали нашим раненым.*/

Вот что описывает А. Незлобин в «Р.В.» о своей поездке на позицию после Дьюнишского разгрома: «Ко мне подошел русский офицер, на костылях, с простреленной ногой, в оборванном мундире, без белья; вместо сапог его ноги были обмотаны тряпьем , повязанным веревкой. Шапки на нем не было и смокшие волосы клочьями торчали над его бледным лбом, глаза глубоко впали и робко, словно крадучись, глядели из глубины.- Ради Бога, не ли у вас денег сколько- нибудь,- прерывающим голосом спросил он, дрожа всем телом.- Мы ничего не ели ни вчера, ни сегодня… кажется третий день… Что было у меня с собой съестное из Белграда я отдал, и никогда не забуду,как эти голодные, больные, беспомощные, делились между собой, боясь не обидеть товарищей».**/

Плачевное материальное положение русских добровольцев после окончания войны отмечал и П. Гейсман.***/ Это же отмечает и русская печать различных направлений. Раненые русские добровольцы часто не имели средств, чтобы возвратиться домой.

_______________________________________________________

*/ А.Н. Хвостов «Русские и сербы в войну 1876 года» , стр. 43

**/ «Р.В.» 1876 г., №12, стр.822

***/ П. Гейсман «Славяно-турецкая борьба 1876-77-78 гг», ч.1, стр. 150, 151

 

Только к концу октября была приостановлена оправка  добровольцев из России. В Сербии была, хоть и запоздало, сделана попытка привести добровольцев в порядок в расчете на то, что еще придется вести борьбу с Турцией. Но добровольцы были глубоко разочарованы тем, что они испытали, и большинство их стало возвращаться в Россию.

Добровольческая эпопея была окончена. Русское добровольческое движение нашло очень живой отклик в печати. Выражая недовольство вообще тем, что Сербия вступила в войну, «Голос» с самого начала выступил и против Черняева, обвиняя его и в том, что он подтолкнул Сербию в войну и в том, что он избрал неверный стратегический план.

Однако большинство русской прогрессивной прессы, отмечая недостатки Черняева в организации его штаба и другие его ошибки, оценивала его положительно, так как он возглавил прогрессивное, освободительное движение добровольчества.*/

Реакционная печать защищала Черняева тоже, так как поддерживала добровольческое движение и в Черняеве, бывшем редакторе реакционного «Русского мира» видела своего человека.

Что касается правильности стратегических планов Черняева, то печать уже тогда выяснила ,что дело не в сосредоточении или рассредоточении Черняевым войск, не в оборонительной или наступательной тактике, о чем было много споров, а дело в том, что действия Черняева были определены надеждой на болгарское восстание, которая совершенно не оправдалась,

___________________________________________________

*\  см. «О.З.» 1876 г., №12, стр. 272, «Неделя» 14/XI

«Г. Черняев перед судом русской печати», «В. Е.», №11, стр. 400

 

и самое главное, и сербское правительство, и Черняев, и добровольцы были уверены, что они только передовой отряд, что за ними выступит вся Россия, как государство, если окажется, что их сил недостаточно для разгрома Турции. О. Миллер писал в «Н.В.» о добровольцах- «это только передовые наши бойцы. Вслед за ними, рано или поздно подымется вся Россия».*/

Черняев действительно сыграл крупную роль, возглавив добровольческое движение. Однако очень большая часть вины за ту, по сути преступную, дезорганизацию добровольчества, которая и была главной причиной тех темных пятен на этом, большей частью светлом движении русского общества, лежит и на нем.

Как истинный сын самодержавно-бюрократической монархии, он проявил полную неспособность в организации свободных общественных сил.

Вся русская печать живо обсуждала вопрос о боевых качествах сербских войск, в связи с рассказами и сообщениями о трусости сербов, о нежелании их воевать. В этом вопросе подавляющее большинство русской прогрессивной печати нашло правильное разрешение вопроса, указывая, что сербы не трусы, что они в большинстве мужики, мирные мужики, которые вот уже несколько десятилетий не имеют ничего общего с военным делом. Правильно указывали на пример сербской артиллерии, которая благодаря своей обученности, замечательно сражалась. Указывали также на пример родных братьев сербов-черногорцев, которые никогда не прекращали борьбы с турками, и которые и в этой войне проявили изумительные боевые качества и все время били турок. Из дипломатических соображений эти оценки

__________________________________________________

*/ О. Миллер «Россия и Европа», стр. 235

 

поддерживала и реакционная печать. Мещерский тоже повторял, что дело в том, что сербы необучены,*/ что они молодцы, хоть и слабо в Бога веруют.**/ Однако у себя в воспоминаниях Мещерский не считает необходимым скрывать своих чувств и говорит о сербах и болгарах как о «сомнительном элементе», или как он их иронически называет «славянской братией».***/

Несмотря на это «единодушие» печати в выводах, русское общество после газетных сообщений о трусости сербов, о том, что они оставляли русских добровольцев умирать за них, (пронеслась даже газетная утка по многим газетам, что сербская артиллерия 17 октября отказалась повиноваться Черняеву и т.д.), после этих сообщений, а также рассказов возвращавшихся русских добровольцев, общество начало охладевать к сербам. Это и отметил И. Аксаков в своей речи 24 октября 1876 года.****/

Резкое осуждение нашли в русской прогрессивной печати и темные пятна добровольчества в Сербии: пьянки, дебоши в трактирах, безобразия Черняевского штаба, мордобой и нагайки по отношению к сербам.

Правда, в русской печати нашлись люди, которые были готовы даже оправдывать эти нагайки и зуботычины. Князь Мещерский с наслаждением и подхихикиванием описывал сына крупнейшего московского купца-богача, Хлудова И.А., который следовал за Черняевым еще в Туркестане, где совершал «чудеса храбрости», много он «помогал» и в Сербии, по описанию Мещерского.

_______________________________________________________

*/ Мещерский «Правда о Сербии», стр. 224
**/ там же, стр. 220,221
***/ Мещерский «Мои воспоминания», т.II, стр.283
****/ И. Аксаков, Сочинения, стр. 235

 

«Отчаянно-храбрый» Хлудов никогда не участвовал в сражениях. Он на лошади,  хлыстом в руках, выгонял из-под кустов и из кукурузы спрятавшихся сербов, и обязательно хлыстом «с аккомпаниментом (аккомпанементом)русско-характерных ругательств».*/

С подобными воспеванием зуботычин выступил в «Н.В.» и некто, выступавший под псевдонимом «Русский».  В «Воскресной беседе» 12 сентября 1876 года он писал: «Русские в Сербии являются подчас деспотами, а с болгарами они по собственному признанию, еще меньше церемонятся». Они их просто бьют, но зато выучивают». «Некоторая грубость в нас, несомненно, ест, но эта грубость на хорошей подкладке. Мы пришли, положим, спасать своего брата-славянина, и вдруг видим, что брат-славянин не хочет, чтобы его спасали. Мы его в зубы!- и все-таки потом спасаем». Отчего спасаем?-спрашивал Драгоманов, -от мордобитий?

Но эти высказывания консервативной печати встретили энергичный отпор в прогрессивной прессе. Русская прогрессивная печать совершенно верно связывала эти темные пятна добровольчества с лоном крепостного права, в котором воспитывались добровольцы, с тем «темным царством» в котором они жили, со всей той атмосферой самодержавия, которой они дышали.**/

Либеральная печать, резко реагируя на отрицательные стороны добровольческого движения, была склонна даже вообще отрицать его положительное значение. Эту тенденцию выразил в «В. Е.» Пыпин. Хотя «В.Е.» еще в ноябрьском номере за 1876 г. в общем положительно оценивал роль добровольцев, в мартовском

_________________________________________________

*/ Мещерский, «Правда о Сербии», стр.102

**/ см. «О.З.» 1876 г,, №12, стр. 174

 

номере за 1877 г. Пыпин, подводя итоги и верно отмечая темные стороны руководства добровольцами, писал: «Главная квартира, по-видимому, отличалась благочестием; из Москвы была доставлена походная церковь, копии московских святынь, чудовские певчие; но нравы штаба, сколько известно, не напоминали о крестоносном воинстве».*/

Порицая командование добровольцев и трактирных героев,**/ Пыпин склонен отрицать значение и той части добровольчества, которая, как отмечали большинство критиков, являясь представителями низов народа, в большинстве честно выполняла взятую на себя задачу. И Пыпин пишет: «Стремление народного добровольца было стремление инстинкта, чувства, а не сознания», ***/ тем самым принижая значение этого «народного добровольца».

Эта оценка Пыпина станет совсем понятна, если мы вспомним, что Пыпин, крупнейший представитель либерализма, был «культурником». Он и не мог признать сознательного значения народного движения вообще, так как народ ведь стоит на самых низших ступенях цивилизации. Он и видит главный грех добровольчества в его невежестве. Он правильно пишет, что добровольчество является порождением русского общества: «русское общество, конечно, виновато:- это его порождение, и оно не думало до сих пор о том, что среди его вырастает такая масса людей одичавших от невежества».****/ Однако, как видим, Пыпин зло видит в невежестве.

_______________________________________________________

*/ «В.Е.» 1877, №3, стр.375

**/ там же стр.371
***/ там же стр. 369
****/ там же стр. 373

 

Мы знаем, что Пыпин видел связь этого «невежества» с самодержавием, но и само самодержавие он критиковал, как мы знаем, с точки зрения цивилизации, культуры, т.е. того же невежества.

Однако наиболее радикальная часть русской прогрессивной печати смогла разглядеть за отрицательными сторонами добровольчества его положительное значение. Таковы «Неделя» и «О.З.»

Один из офицеров-добровольцев вспоминал: Считаю долгом прибавить, что к прискорбию, героями башибузукства были добровольцы из офицеров: редко нижние чины». Он рассказывает, что когда двое наших солдат «хапнули что-то», то вся рота просила у него разрешения проучить виновных; автор разрешил и узнал, что им всыпали по 100 горячих.*/

В своих воспоминаниях умный и наблюдательный А. Н. Хвостов видит в добровольцах отражение духовной и материальной нищеты царской России. Он говорит об отвратительных безобразиях некоторых добровольцев, и все же, пишет он, почти все русские шли отдать себя ради истины,за веру, за свободу.  Свидетельством этому является то, как она замечательно дрались за т о дело, ради которого пришли. Среди русских добровольцев были 70-ти летние старики, были 15-16 летние дети, были женщины, но не было трусов.

Хвостов вспоминает о замечательно милом  и самоотверженном Гаврилове. Командуя батальоном, он пошел в атаку на турок. Он уже взобрался на бруствер, когда обнаружил, что сербские солдаты покинули его, а впереди, в 50 шагах стояли египетские войска, с удивлением глядя на храбреца. Он вынул пистолет и выстрелил в них.

____________________________________________________

*/ «Р.В.», 1878 г., №7, В. Ящеров «В Сербии», стр. 45-46

 

Целый залп ответил ему и он упал простреленный несколькими пулями. В одном бою, раненый 15-16 летний мальчик отстреливался от турок. На него наскочил массивный английский офицер, но увидев, что перед ним ребенок, он повернул его к себе спиной и дал пинка так, что тот скатился вниз с кручи и тем спасся от плена. Унтер-офицер Михайлов, отправившийся на тот свет 12 турок, при возвращении в Москву как бы извинялся, что он остался жив. Капитан Небольсин, ученый юрист, действовавший у турок в тылу,как у себя дома; Гольштейн, который приехал в Сербию корреспондентом «Русских ведомостей», но поступил в армию унтер-офицером и проявил себя блестяще; всеми любимый командир русско-сербской бригады полковник Меженинов, поражавший своей стойкостью и храбростью даже русских. Ему единогласно была присуждена золотая сабля жителей Белграда, как самому храброму из храбрых.*/

Ни в русской печати, которая часто не жаловала добровольцев, ни в воспоминаниях не встречается даже упоминание о трусе среди русских добровольцев. Вот эта самоотверженная борьба за ту идею, ради которой они приехали, и дает право русскому добровольчеству на светлую память.

«О.З.» писали: «Все, возвращающиеся с поля битвы, раздраженно, оскорбленно, обиженно, недовольны тысячами тысяч вещей и лиц. Можно положительно сказать, что из всех приехавших в Сербию русских, в настоящую минуту не было ни одного, кто бы сказал о ком-нибудь или о чем-нибудь хоть одно доброе слово, хоть каждый очень хорошо знает, что доброе слово можно

_______________________________________________________

*/ А.Н. Хвостов «Русские и сербы в войну 1876 года», стр. 38-41

и должно сказать, о многом и многих…» Во всех добровольцах «нетрудно было в самых расслабленных и запутанных нуждою, случаем и т.д. людях, найти почти благоговение перед делом, за которым пришли, а в большинстве «вступиться» за сербов и прекратить безобразия – было и есть положительно на первом плане и держится до сегодня нерушимо, ничуть не приплетаясь к беспорядкам, ничуть не слабея от голода, холода, недоедания и прочих невзгод».*/

Автор этой статьи пишет, что добровольчество показало с одной стороны, сколько осталось праздных ртов и здоровенных кулаков в наследство от крепостного права, а с другой стороны добровольчество показывает, сколько свежих сил накопилось на Руси.**/

Интересно, что наиболее передовой орган русской легальной демократии- «О.З.» после такого яркого примера того, как атмосфера царского самодержавия могла испоганить самое здоровое проявление общественного движения, обращает свои взоры в поисках правды к русским революционерам. В цитированной нами статье автор пишет: «Видно, что немало накопилось и таких сил, у которых планы шире всяких национальных идей и которые берут в руки сербское ружье только потому, что и в сербском деле  есть хоть обличье чего-то происходящего во всяком случае, хоть что-нибудь есть, хоть случай испытать себя, попробовать силу своих нервов.***/

Здесь автор приводит мотивы действий русских революционеров-участников славянской борьбы, не умевших, как и автор связать национальные идеи с наиболее широкими планами переустройства человечества.

_____________________________________________________

*/ «О.З.», 1876 г., № 12, стр. 176

**/  там же, стр.180

***/ там же, стр. 180

 

Это неумение понять связь национальной борьбы с революционными задачами ярко отразилось и на таком крупнейшем русском писателе, как Глеб Успенский. Он изображает русского добровольца Долбежникова, который возвращается в Россию совершенно недовольным собою. Он очень недоволен, что он сражался, как оказалось за то, чтобы сербские купцы могли отделаться от невыгодных трактатов, которые навязывала Сербии Турция. Долбежников считает эту борьбу ради сербских купцов свинством. Он указывает на русских революционеров-эмигрантов и говорит: «После этой войны я только их и считаю настоящими героями».*/

Настоящую справедливую борьбу Долбежников, по примеру русских революционеров, видит в социальной,а не национальной борьбе. Долбежников рассказывает: «Мальчик-серб отдан был матерью дня три назад, в ученье к немцу слесарю, и хотел убежать назад к матери в Белград… Теперь хозяин поймал его и тащил домой, тащил, как собственную вещь, тащил силою, на «законном» основании. «Вот война-то настоящая!»-мелькнуло у меня. Поди-ка герой, которому ничего не стоит быть убитым и убить, не думая об этом, не отвечая за это- поди-ка, подумай об этом мальчике, отвоюй его, заступись… Поди-ка постой, сознательно постой, за права этого человека».**/

Так прогрессивная русская мысль, анализируя добровольческое движение,

_______________________________________________________

*/ «О.З.», 1877 год, №2, Г. Иванов «Не воскрес», стр. 289

**/ там же, стр. 300

 

приходила к выводам русских революционеров о необходимости социальной борьбы, воспринимая с этой мыслью и ошибки революционеров, противопоставляющих социальную борьбу борьбе политической, борьбе национальной.

Такие выводы сделала прогрессивная печать. Реакционная печать и не пыталась дать анализа теневых сторон, проявившихся в добровольчестве, она их просто отнесла за счет случайных элементов, привязывающихся ко всякому большому движению. В этой положительной оценке опять-таки играли основную роль политические мотивы. Мещерский в ноябре 1876 года писал в «Гражданине», что он один из тех, кто ни разу не назвал добровольцев сволочью,*/ а в воспоминаниях он записывает, что ему уже в августе, в период его поездки в Сербию, стало ясно, «какая сволочь шла в ряды добровольцев».**/

Князь Мещерский, мракобес и в сущности неуемный шарлатан, которого не во всех гостиных принимали, конечно и не мог увидеть ничего хорошего, там, где не пелось хором «Боже, Царя храни!»

И.С. Аксаков считал добровольчество «величавым народным порывом».***/

Ф.М. Достоевский писал о добровольцах: «что же до добровольцев, то как не случиться в их числе, рядом с высочайшим самопожертвованием в пользу ближнего/ Киреев/  и просто удальству, прыти, гульбе и проч. И проч. Все произошло

_____________________________________________________

*/ Мещерский «Правда о Сербии», стр. 318

**/ Мещерский «Мои воспоминания», стр. 281-283
***/ И. Аксаков «Сочинения», стр. 241

 

как всегда и везде происходит».*/

Из всего изложенного о добровольческом движении становится ясным, что это движение было прогрессивным и освободительным. Однако гнусная атмосфера царского самодержавия наложила на него свой отпечаток. Это сказалось как в полном неумении славянских комитетов и командования организовать движение**/, так и в самой психике добровольцев, в которой были еще сильны «родимые пятна» крепостного права, перефразируя слова В.И. Ленина о «родимых пятнах капитализма».

Гл.VIII

НЕУДАЧИ

Если в начале сербо-черногорской войны, когда все были уверены в гибели «больного человека», вся русская пресса требовала вмешательства в балканские дела, то когда определилось поражение сербов, вся русская печать стала требовать европейского вмешательства с целью прекратить резню. Вся печать довольно единодушно требовала для Боснии, Герцеговины и Болгарии автономии наподобие Дунайских княжеств и Сербии, под верховной властью султана.

____________________________________________________

*/ Достоевский, т.XI, стр.260

**/ Примечание:  Аксаков позже видел в этой неорганизованности добровольческого движения чуть ли не его лучшую положительную черту, говоря, что эта неорганизованность и является характерным признаком народного движения. И в этом апостол реакционного славянофильства проявлял свою самодержавно-бюрократическую сущность, не представляя себе организованного народного движения без недремлющего ока квартального надзирателя.

 

Об этом писали и «М.В.», и «Гражданин».*/ Об этом писал «Голос», «Неделя».**/ Об этом писал А. Градовский.***/

И даже  издание «Н.В.», которое дольше всех говорило о том, что у сербов еще не все проиграно.****/ Об этом писал и «В.Е.».*****/

«О.З.» по этому поводу не высказывались. Но их тон не противоречит этим высказываниям.

Для Сербии, ввиду ее поражения, печать в большинстве ничего не требовала. Что касается Черногории, которая своей мужественной борьбой заслужила всеобщее восхищение русского общества, и которая все время одерживала победу над численно превосходящим ее противником, то для нее печать требовала выхода к морю, без которого маленькая Черногория экономически задыхалась.

Надежды на Европу были вызваны тем, что в русском обществе было сильное(преобладало) убеждение, что главная противница России- Англия не будет иметь ничего против автономии славян. Когда болгарские ужасы стали известны в Англии благодаря настойчивости «Daily News», то по всей стороне прокатились довольно шумные митинги протеста против турецких зверств и поддержки их английским правительством. Гладстон, глава оппозиции в парламенте, выступал с громкими речами против политики правительства. Эти речи вызывали шумное одобрение. Огромный

_______________________________________________________

*/ «М.В.» 19/IX ; «Гражданин» 4/Х, стр. 756
**/ «Голос» 24/VII , 22/VIII ; «Неделя» 25/VII , 5/IX
***/ А. Градовский, том , стр.481
****/ «Н.В.» 8/IX , 12/IX  1876 г.

 

успех имела и брошюра Гладстона о болгарских ужасах.

Все, казалось, говорило, что симпатии Англии на стороне славян. Однако Англия еще раз продемонстрировала  преимущества своей парламентской системы, позволяющей высказывать самые благородные стремления английского общества и одновременно проводить подчас самую мерзкую империалистическую политику.

Английское правительство в виду крайнего возмущения общества сменило только своего посла в Константинополе сэра Эллиота и послало туда не менее ценного работника Лейарда, который также хорошо проводил политику английского правительства, как и Элиот. Англия не думала содействовать освобождению славян. Это нарушало европейское равновесие. Английский премьер Дизраэли- Биконсфильд пугал английское общество социалистами и «тайными обществами», которые организовали балканскую смуту. И английский «Таймс»- патриарх свободной печати, требовал у русского правительства закрыть рот русской прессе. Французская печать, за исключением крупного журналиста Эмиля Жирардена, выступала единодушно против славян. Германское общество также в большинстве яростно выступало против славян, за исключением тех газет, которые осуществляя политику Бисмарка, подталкивали Россию на Восток.

В Австро-Венгрии, если венские круги мутили в воду, чтобы прихватить побольше из славянских земель, то венгерское общество яростно выступало против славян.

_______________________________________________________

*****/ «В.Е.» 1876 г., №11, стр. 410

 

Венгерская печать с яростью писала о бунтовщиках-славянах и о замыслах России. Мадьярские студенты организовали многочисленные демонстрации сочувствия Турции и венгерская печать говорила о «братьях-турках». Вожди венгерской революции высказывали желание возглавить турецкую армию/генерал Клапка/. Венгерские «патриоты» готовили вооруженные дружины в помощь турецкой армии».

Реакционная русская печать не без тайного удовольствия отмечала, что все европейские партии от социалистов до английских тори энергично выступали за подавление славянского движения. Европа не думала содействовать славянам. Виктор Гюго , Чарльз Дарвин, Карлейль энергично высказывались за освобождение славян. Однако это были одинокие голоса.

Такое положение вызывало живое обсуждение русской печати. Вставал вопрос о самостоятельных действиях в России, нужно было осмотреться, определить друзей и врагов.

ЕВРОПА И СЛАВЯНСТВО

Гл.IX

Консервативная печать

В оценке позиции Европы консервативная печать была принципиально единодушна. Она констатировала, что Европа враждебна славянам. Причину этой вражды «М.В.» видели в материальных интересах и в культурном отличии Европы от России, т.к. по мнению де Европы Россия должна служить питательным материалом для романо-германской культуры.*/ Однако в большинстве и «М.В.», и «Гражданин», и «Р.В.» искали причин вражды в тех или иных экономических или политических интересах отдельных держав.**/

Главным врагом славян реакционная печать единодушно считала Англию. Причиной вражды, бесчеловечной политики, Англии также довольно единодушно видели в «низменных», денежных, материальных интересах «торгашей».***/

Припоминается Англии, хотя и не часто, и еще один грех: она притоносодержательствует не только азиатским, но и «коммунальным ордам», которые грозят своей заразой всей Европе. Поэтому, покончив с восточным вопросом, нужно будет в первую очередь расправиться с Англией.****/

Впрочем, этот мотив встречается нечасто. Реакционная печать не говорит о враждебности начал английского народа славянскому миру и т.н. реакционной галиматьи.

Когда в Англии начались митинги возмущения болгарскими зверствами, то и «М.В.» , и «Гражданин»

_______________________________________________________

*/ «М.В.» 17/VIII  -1876 г.
**/ «М.В.» 12/IX
***/ «Гражданин» 25/VII  -1876 г., стр. 734, 20/VI, стр. 604; «М.В.»  17/VIII
****/ «Р.В.» 1876 г.,№8, стр. 908, 909

 

с симпатией и надеждой следят за ними.*/ «М.В.» видят в английских митингах отражение того, что совершается в России.**/ «Гражданин» не без удовольствия отмечает наметившееся якобы англо-русское сближение.***/ «М.В.» ничего не имеет против, если Англия возьмет на себя инициативу общеевропейских действий и выражает готовность России следовать за Англией.****/

Такая позиция реакционной печати показывает, что она была за общеевропейские действия и была готова идти даже за «коварным Альбионом», лишь бы потушить более или менее благополучно для России восточный вопрос. Реакционная печать видела невозможность России действовать одной против всей Европы.

Вторым, не менее ненавистным врагом славянства, считалась Австрия.*****/ Австрия- это заговор мадьяр и немцев против славян, -писал «Гражданин»,******/ Австрия хочет поглотить Боснию и Герцеговину.*******/

Австрия все время мешает России на Балканах.********/

Реакционная печать согласна была и уступить Боснию И Герцеговину извечному врагу славянства на определенных условиях. Катков не без сочувствия передает слухи, что русский уполномоченный граф Сумароков- Эльстон договорился с Австрией, что она займет Боснию и Герцеговину, а Россия Болгарию. Но дело в том, что Австрия не хотела получать эти провинции из рук России, да еще по такой дорогой цене. Она имела основания для расчетов на более выгодную сделку. Поэтому она и остается

_______________________________________________________

*/ «М.В.» 26/VIII , 29/VIII -1876 г.; «Гражданин» 27/VI,стр. 622
**/ «М.В.» 3/IX -1876г.
***/ «Гражданин» 20/VI  -1876г., стр. 600
****/ «М.В.»  13/VIII
*****/ «М.В.»  29/VII-1876 г. 28/IX

 

в реакционной печати непримиримым врагом славянства.

Единственным надежным другом России реакционная печать считала Германию, на которую Россия может уверенно опереться. «Пруссия уже не Бранденбургская монархия, а мощная Германская империя, и в добросовестном на обоюдных интересах и уважении, основанном, неодолимом союзе с нею, выдвигается обновленная, полная жизни и силы Россия».**/ В таком же духе высказываются «М.В.», которые полагают, что дружба Германии и России выдержит самую тяжелую пробу.Это же пишет «Гражданин».**/

Впрочем, «Гражданин» иногда высказывал сомнения в искренности дружбы Германии к нам***/, но такие высказывания были очень редки.

Причинами нерушимой дружбы Германии и России являются чувства благодарности за содействие в 1870 году и раньше. Этого ни маститый император Вильгельм, ни мудрый Бисмарк поклялись не забывать. Дружба России необходима Германии и на будущее в ее борьбе с Францией.

Во всех внешнеполитических расчетах опорой России принимается Германия. Благодаря ее нерушимой дружбе и Австрия удерживается на позиции, выгодной России. Сжатая между Германией и Россией, Австрия вынуждена в своей политике ориентироваться только на них. Поэтому так прочен союз трех императоров.

_____________________________________________________

******/ «Гражданин» 1876 г. 16/

*******/ «Гражданин»

********/ «Р.В.» 1876 г., №7, стр. 450

\*/ «Р.В.», 1876 г., №6, стр.449
**/ «М.В.» 25/ , «Гражданин» 25/Х, стр.866
***/ см. «Гражданин» 27/  -1876 г., стр.642

 

Австрия без союза трех империй существовать просто не может.*/ Поэтому Россия во всех внешнеполитических комбинациях может рассчитывать на союз трех императоров. Таким образом, дружба Германии дает возможность России опираться на исконного врага славянства. И союз трех империй в реакционной печати является основным фактором во всех внешнеполитических расчетах.**/

Правда, и у Каткова возникают иногда сомнения в прочности союза трех императоров и германской дружбы. Он спрашивает, в чем же затруднения России, если дружба Германии обеспечена, ведь им никто противостоять не может. Но этот вопрос так и повисает в воздухе.***/

Что касается Франции, то здесь реакционная печать отмечает единодушную вражду всей прессы к славянам за исключением только одного Эмиля Жирардена. «М.В.» отмечают, что французская печать очень неодобрительно относится к английским митингам сочувствия славянам и ругает «несерьезность краснобайства либеральных ораторов Англии, «которые выступали в защиту славян.****/ «Гражданин» с горечью пишет, что несмотря на те искренние симпатии русского общества к Франции, которые всегда были сильны в России, и которые проявились и в 1870 году, несмотря на это французская пресса сплошь враждебна России и славянам. И газета перечисляет крупнейшие французские органы печати.

______________________________________________________

*/ «М.В.» 26/XI -1876 г., Передовая
**/ «М.В.» 10/Х, 26/XI, 30/XI; «Гражданин» 6/VI, стр. 537, 13/VI,стр. 538
***/ «М.В.» 30/XI
****/ «М.В.» 6/Х

 

«Journal des Débats» считает сербов и черногорцев бунтовщиками не только против Турции, но и против Европы. «Revue de deux Mondes» объявил Гладстона за его брошюру о болгарских ужасах негосударственным человеком. Французская печать, с легкой руки Дизраэли говорит о том, что на Балканах действуют социалисты, что Черняев связан с «тайными обществами». Бонапартистская «Patrie» считает «Ruskimir» /«Русский мир»-крайне правый орган/ органом «передовым и либеральным».

Не без злорадства обо всем этом пишет «Гражданин», указывая либералам на их «прекрасную Францию».

Русская печать, не только консервативная, считала, пожалуй, самым непримиримым врагом славянства мадьяр –Венгрию.

С другой стороны, консервативная, как и вся русская печать, считала единственным бескорыстным  и истинным другом России США. О них всегда писали как о лучших друзьях России и высказывали только сожаление, что они не могут принимать активного участия в европейской политики.

Как видим, в сущности, консервативная печать была настроена миролюбиво по отношению к Европе и была готова протянуть руку и «коварному Альбиону» и «вероломной Австрии». И беда была только в том,что Альбион не прекращал коварные козни, а Австрия все время вероломство. Умнейшие из реакционеров понимали, что в сущности Россия не может надеяться на «Дружбу» и «искреннюю благодарность» «друзей». Победоносцев писал наследнику: нужно понять, что наша сила только в нас самих, союзники только до первого серьезного испытания.*/

ЛИБЕРАЛЬНАЯ ПЕЧАТЬ

«Голос», стоявший на позиции совместных действий с Европой, подчеркивавший, что России действует в интересах и от имени Европы, конечно не говорил о непримиримой вражде Европы к нам. «Голос» всячески старается доказать, что мы тоже Европа, что славяне тоже арийцы, и в порыве национальной гордости доказывает, что русские выше в отношении цивилизации и способнее монголов, финнов и литовцев.**/ Так национальная гордость либерала оказывается в сущности национальным самооплеванием и подленьким заискиванием перед Европой.

Англия первая заговорила о необходимости свободы для славян и если она выступает против славян, то потому, что боится усиления России, ***/ таким образом, если доказать Англии благородные стремления России, то все уладится. И только горькая действительность заставляет «Голос» заговорить о том, что английское правительство является соучастником турецких зверств. Когда же в Англии поднялась волна общественного возмущения турецкими зверствами, то «Голос» возликовал. Его вера в европейскую цивилизацию оправдалась. И «Голос» пишет: -Истинная программа будущих действий английского правительства не в ответах Дерби/министр иностранных дел/, а в брошюрах Гладстона.****/ Каждая новая телеграмма из Лондона убеждает, что Европа скоро вступится за славян, пишет «Голос».*****/

_____________________________________________________

*/ «Письма Победоносцева к Александру III», том I, стр. 56

**/ «Голос» 4/IX 1876 г.; «Признание России в славяно-турецкой войне»

 

С искренним восхищением «Голос» пишет о гуманной и просвещенной английской нации.******/ Пламенно /и в сущности платонически/ «Голос» верит в Европу.

«Европа искренне хочет мира и ненавидит турецкие зверства. Несмотря на злобность ториев(тори) и венгров, наглость турок, Европа оправдает мирные и светлые ожидания», -пишет «Голос».*******/

И только тогда когда Англия решительно отвергла пламенную и бескорыстную любовь, «Голос» решил ее изолировать от Европы. Англия все более и более изолируется,- пишет «Голос».********/ И «Голос» махнул на Англию рукой, как на неисправимую.

События заставляют «Голос» сомневаться в «искренности» не только английского, но и австрийского правительства.*********/ «Голос» знает «слабость» Австрии, он видит ее корыстные цели на Востоке. Но и здесь все можно решить мирно. Почему бы, например, Австрии не принять славянской политики, ведь Австрия часто меняла свою политику, что еще одно изменение не составляет для нее ничего трудного. А в таком случае все было бы хорошо.

______________________________________________________

***/ «Голос» 20/V  -1876 г.
****/«Голос» 1/IX  -1876 г.
*****/«Голос» 2/IX  -1876 г.
******/«Голос» 12/IX -1876 г.
*******/ «Голос» 18/IX  -1876 г.
********/ «Голос» 8/X  -1876 г.
*********/ «Голос» 3/IX  -1876 г.
**********/ «Голос»  21/IX  -«Австрия и славяне»

 

«Голос» также как и реакционные газеты соглашался помириться с Австрией, отдав ей Боснию и Герцеговину, и получив для России Болгарию.*/ Но если Австрия все же интригует, не понимая своих интересов, против России, то прочную опору Россия всегда найдет в Германии, правители которой преисполнены к России чувствами благодарности и дружбы.**/ Дружба с Германией и обеспечивает прочность союза трех императоров, который не могут поколебать все происки «коварного Альбиона»»***/. Франция пока слаба, но когда она окрепнет, то и на нее можно рассчитывать.****/

Но союз трех императоров дает России прочную опору в ее политике. И когда появились настойчивые слухи о подготовке русского правительства действовать самостоятельно, то «Голос» поддерживая, конечно, правительство, считал тоже, что Россия должна действовать энергично и самостоятельно… от имени Европы,******/ чтобы исполнить над Турцией ее, «Европы», приговор.

Противоположность и враждебность Европы России, как мы знаем, не противоречит концепции либерализма. И А. Градовский говорит о такой противоположности; отношение Европы к борьбе славян убеждает его в этом и он обращается к Европе:

_____________________________________________________

*/ «Голос» 25/IX -1876 г.
**/ «Голос» 17/X
***/ «Голос» 1/VI ; 15/VI  -«Война или мир» 2/VII; 28/X
****/ «Голос» 28/Х Н.Х.Вессель «Джонбуль»
*****/«Голос» 10/Х

«Вы твердили одно: русские замыслы панславизм, равновесие Европы»… Вы твердили все это, чтобы не сказать истинной мысли вашей- проценты, проценты…»*/ Таким образом, он видит вполне реальную основу враждебности Европы в ее материальных интересах. Из этих соображений помогает туркам Англия.**/ Из несколько иных, но тоже «низменных», «материальных» интересов не хочет  освобождения славян Австрия, боящаяся «дурного» примера освобождения из-за своих угнетенных славян.***/ Он тоже возлагает надежду на культурное немецкое общество: «мы хотим верить, что масса немецкого общества поймет, что на обязанности культурного народа, каким считают себя немцы, лежит прекращение того попирания всех элементов культуры, какое мы видим в Турции».****/

Это он пишет в связи с тем, что немецкая печать подняла бешенную кампанию против России и славян. Он утешает себя тем, что Бисмарк никогда не обращал внимания на печать. Он тоже пишет об исторической дружбе с Германией и чувстве благодарности, которое Германия должна питать к России за помощь.

Гораздо более решительно отмечает враждебность к нам Европы О. Миллер. Он указывает, что даже самая либеральная печать Европы требует у русского правительства привязать язык русской прессе. «Все это уже не политика… это общественное мнение европейского большинства, выражаемое»/за несколькими исключениями/ вполне независимой Европейской печатью.******/ Причину ненависти Европы О. Миллер

___________________________________________________

*/ А. Градовский, т.VI, стр.469
**/ там же стр.470,471
***/ там же, стр. 471
****/ там же, стр. 506
*****/ там же, стр.505
******/ О. Миллер «Славянство и Европа», стр. 250

видит в том начале индивидуализма, которое проникает(пронизывает) всю ее историю, которое создало и концепцию немецкой философии о господствующих народах, выражающих дух истории и народах подчиненных.*/ О. Миллер за решительную национальную, прогрессивную политику. Он верит, что у нас в этой политике отыщутся союзники и в самой Европе, среди народа, так как прогрессивные, народные, национальные начала начинают проявлять себя уже и в Европе. И этим началам суждена победа.**/

О непримиримой вражде Европы к славянам говорит и «Неделя». Она видит причину этой вражды в расовой силе,***/ но это положение остается неразвитым и газета в основном причину вражды усматривает в интересах английских капиталистов, ****/в том, что Турция является для Англии рынком сбыта и поставщиком сырья.*****/ Австрия имеет захватнические по отношению к славянам цели.******/

«Неделя» тоже за решительную политику России, так как она верит в английский народ. Она верит, что только кучка политиканов вокруг Биконсфильда мешает совместным действиям русского и английского народа.*******/

«Н.В.» сравнительно мало говорит о враждебности Европы и очень реально оценивает враждебность отдельных держав.

_____________________________________________________

*/ там же, стр.260
**/ там же, стр. 202
***/ «Неделя» 2/VII «Славяне и Европа»
****/«Неделя» 4/VII «Политика Англии в вост. вопр.»
*****/«Неделя» 15/VIII «Отчего англичане так любят турок»
******/«Неделя» 1/VIII «Основы дипломатического вмешательства»
*******/«Неделя» 14/XI «Россия и Англия»

 

Реально смотрящее на вещи «Н.В.», иронизирует над сентиментальностью А. Градовского, который требует от Европы каких-то  платонических чувств цивилизации, в то время, как речь идет о делах совершенно земных.*/ Главный враг России- это Англия. Турция является важнейшим рынком сбыта для нее, это и является основным стимулом действий Англии.**/ Врагом славянства является и Австрия. Вытесненная из Германии, она хочет отыграться на славянах и захватить Боснию и Герцеговину.***/ В сущности, Австрия является только форпостом Германии против России, а немцы – наши ложные друзья.****/ Такая трезвая оценка внешней политики вообще характерна для «Н.В.» этого периода. «Н.В.», вопреки заявлениям «Голоса» и реакционной печати, писало, что ни Бисмарк, ни Андраши вовсе не были озадачены и опечалены отказом Англии поддержать берлинский меморандум.*****/ Германия вовсе не безразлична к восточному вопросу, как заявляет Бисмарк и чему верят русские газеты. Ей выгодно подымать восточный вопрос, чтобы поссорить Россию с Англией. Сама же Германия мечтает прибрать славян к своим рукам, сначала с помощью Австрии. Англия сама не выступит против России. Австрия тоже. Весь вост. вопрос зависит в его решения от позиции Германии.******/ «Н.В.» убеждается в ходе событий, что у России

_____________________________________________________

*/ «Н.В.» 31/VII  Е. Белов «По поводу Градовского»
**/ «Н.В.» 5/VI
***/«Н.В.» 21/VI
****/«Н.В.» 22/VI
*****/«Н.В.» 31/VII
******/«Н.В.» 8/VIII

 

нет более заклятого врага, чем Германия, или/точнее/ немецкое общество; как пишет газета, в Англии вспыхнула вполне искреннее движение в пользу славян и только немецкое общество продолжает ожесточенно выступать против них. Ни в одной английской газете не встретишь столь яростных нападок на Россию, как в «Kölnisсhe» («Kölnishe») и «Allgemeine Zeitung». Немцы выступают в защиту «гонимых» в России остзейцев. В восточном вопросе, заключает газета, мы гораздо больше можем рассчитывать на великодушие английского, французского, итальянского общества, чем немецкого. «Н.В.» помещает корреспонденцию из Белграда, где рассказывается, что в Сербии после русских больше всего английских добровольцев, которые очень мужественно ведут себя.

Как жаль, кончает(подытоживает)автор, что такой замечательный народ ведет такую мерзкую политику.**/

Таким образом, «Н.В.» очень реально оценивает международную обстановку.

«В.Е.» тоже пишет в это время о вражде или равнодушии Европы к славянам. Но причину этого он видит не во враждебности славянских и европейских начал, как об этом писали славянофилы и некоторые либералы/понимая это по –своему/,-«настоящее отношение Европы к славянскому делу определяется интересами практической политики и недоверчивым опасением к политике русской». ****/ Главным врагом славянства журнал считает

_______________________________________________________

*/ «Н.В.» 28/VIII
**/«Н.В.» 27/VIII
***/«Н.В.», 1876 год, №10, стр. 895

 

Англию.*/ Причина вражды Англии- ее политические и экономические интересы на Востоке.**/ В искренности манифестаций английского общества в пользу славян журнал даже не сомневался, но не придавал им практического значения.***/ Вторым врагом славян журнал считал Австрию, но видел , что она одна/, или даже опираясь на Англию, выступить против России не сможет, все дело в Германии. И журнал считал, что происходящие события являются решительным испытанием нашего союза с Германией.****/

Внешнеполитические взгляды национал-либералов- конституционалистов немногим отличались от взглядов «В.Е.» Главным врагом считалась также Англия. Только представители этого направления склонны отличать английский народ от английского правительства. «Общее дело», статьи которого часто носят отпечаток «Национального направления» писало, что английское правительство с головы до ног забрызгано болгарской кровью, а английское общество не смогло сломить упрямства своего правительства.*****/ Драгоманов писал, что Дизраэли пугает Европу русским кнутом, русской реакцией, а Россию пугает сербскими социалистами.******/

Конституционалисты и вообще вся радикальная часть либералов мало писали о внешней политике, так как основные проблемы России видели во внутриполитических вопросах. Это нужно

_______________________________________________________

*/ «В.Е.», 1876 год, №7, стр.378
**/ там же
***/«В.Е.»,1876,№9, стр.372
****/«В.Е.»,1876 г.,№9, стр. 366
*****/ «Общее дело»,1877 год, №1, стр.8
******/ М. Драгоманов «Турки внутренние и внешние», стр. 13

 

иметь в виду при оценке высказываний представителей этого течения.

«О.З.» тоже сравнительно мало пишут о внешней политике. Елисеев принимает вражду Европы к славянам, как нечто само собой разумеющееся- в этом убеждали все события. Он говорит о «коварстве Европы в вост. вопросе.»*/ Главного врага славян они видит в Джонбуле, «привыкшем наживаться самыми грязными способами и на торговле человеческим мясом и на спаивании целых стран опиумом, и на хищническом и лихоимном обирании слабых правительств за свою мнимую помощь, вообще нечистого на руку».**/ Возможных союзников России он видит только в «свободолюбивом янки и сердечном, самоотверженном французе.***/

О взглядах Михайловского и Щедрина на этот вопрос, так как они не играют крупной роли в их концепциях, мы говорим в других местах.

ОТНОШЕНИЕ ОБЩЕСТВА К ЕВРОПЕ

Подавляющее большинство русского общества было убеждено во враждебности Европы. В этом сходился и консерватор Достоевский, пекшийся об интересах всечеловечества. Он писал:«Нас замечательно не любит вся Европа и никогда не любила».****/ Об этом же пишет и убежденный «западник», другой великий русский писатель, либерал И.С. Тургенев: «Европа нас

_______________________________________________________

*/ «О.З.», 1876 г., стр.374
**/ там же, стр. 376
***/ там же, стр. 376
****/ Достоевский, т.Х, стр.151

 

ненавидит, вся Европа, без исключения, -мы одни и должны остаться одни».*/

Особую ненависть своим покровительством туркам вызывала Англия. Очень мирный и умереннейший либерал профессор Никитенко так написал у себя в дневнике 16 августа: «Имя англичанина в настоящее время до того сливается с именем турка в одном и том же понятии, что когда видишь многих англичан вместе, то мне становится страшно. Так и думаешь: вот-вот выскочит и накинется на тебя башибузук или черкес».**/

Достоевский писал о лозунге,«политическом равновесии»,ради которого Англия позволила туркам резать славян: «существовало ли когда-нибудь политическое равновесие на свете в самом деле? Положительно нет! Это только хитрая формула, созданная в свое время хитрыми людьми, чтобы надувать простячков».***/ Достоевский писал, что Европа прекрасно понимает, что вся она гораздо сильнее России даже с Константинополем, но они морочат себя и других из-за нескольких английских купцов и фабрикантов, болезненно мнительных и болезненно жадных- у них тревога, паника, тоска за барыш: вот из-за этого-то вся «цивилизация» вдруг и оказывается пуфом».****/

Достоевский рассказывает, что в Москву привезли девочку 8 лет, на глазах у которой сдирали кожу с ее отца, она теперь часто падает в обморок.

____________________________________________________

*/ И.С. Тургенев «Полное собрание писем» СПБ, 1884 г.

Письмо Я.П. Полонскому 26/X -1876 г.
**/ Никитенко, Дневник, т.II
***/ Достоевский, т.Х, стр.308
****/ там же, стр. 246

 

И гениальный русский писатель говорит: «да будут прокляты эти интересы цивилизации, и даже самая цивилизация, если для сохранения ее, необходимо сдирать с людей кожу. Но, однако ж, это факт: для сохранения ее необходимо сдирать с людей кожу».*/

Великий русский писатель здесь высказывал чувства большинства русского общества.

ВОПРОС О ВОЙНЕ РОССИИ

Гл.Х

Европа явно не хотела помогать славянам. Ставал вопрос об индивидуальном выступлении России. Вставал вопрос о войне. На это наталкивали и действия правительства, которое вынуждено было предъявить Турции ультиматум, чтобы спасти Сербию от полного разгрома, а потом в начале ноября объявило частичную мобилизацию.

Вопрос о войне в консервативной печати поднялся, как и во всей русской печати, особенно живо в связи с началом сербо-черногорской войны, когда с разгоранием восточного кризиса возникала возможность вступления России в войну.

Ведущие органы консервативной печати занимали, как мы знаем, довольно осторожную позицию по отношению к внешнеполитическим вопросам. Они предпочитали бы, чтобы Россия, не потеряв престижа, вышла из осложнений мирным путем. Однако на «национальный позор» они были не согласны, так как это было бы крупнейшим ударом по самодержавию, о котором они более всего беспокоились. «Ели все это кончится ничем или каким-нибудь смазанным

_____________________________________________________

*/ Достоевский, т.ХI, стр. 47

 

миром к нашему стыду и к удовольствию так называемых союзников наших, все нынешнее возбуждение общества выступающее теперь наружу, войдет внутрь, и между правительством и народом может возникнуть такая глубокая рознь, какой у нас еще не бывало в истории», -писал Победоносцев наследнику 3-го октября.*/

Поэтому идеологи реакции старались идти впереди общественного возбуждения и требовать время от времени более или менее энергичной войны.

Общество не понимает почему Россия до сих пор не объявляла войны. Оно привыкло верить «в русскую военную силу и в силу правительства, и скажу еще, в силу правды. День, в который начнут разуверяться в этом, будет ужасный день; не дай, Господи, увидеть его», -писал Победоносцев наследнику 12-го октября.**/

Вот поэтому реакция считала всякое отступление России очень опасным и просто невозможным.

С другой же стороны такие реакционеры как Победоносцев, Катков, да и Мещерский очень хорошо знали неготовность России к войне. Все хорошо знали, что министр финансов Рейтерн говорил о невозможности для России вести войну ввиду угрозы полного финансового банкротства. Что мрачные предсказания Рейтерна могли сбыться, реакция видела на ходе современных дел: «Все дела стали, торговый рынок замер, кредита нет,

____________________________________________________

*/ Победоносцев, Письма, стр.49

**/ там же, стр. 52

 

безденежье полное»,- писал Победоносцев 18 октября.*/ Роль «презренного металла» певцы «дворянских мелодий» очень хорошо знали. Знали и о всяческих неполадках русского транспорта, и о материальной подготовке русской армии. Победоносцев пишет о явном недостатке во всем в вопросах готовности к войне.

«Кого обвинять в этом, -не найдешь и виноватых: должно быть виноваты все без исключения».**/ К этой же мысли о неготовности русской армии Победоносцев возвращается и в письме 18 октября, где он пишет, что огромные деньги истраченные на обоз, пропали, так как фуры совсем не годятся для наших дорог.***/

Вот этими соображениями и объясняется двойственность позиции реакционной печати. Этим и объясняется та «солидная» позиция, которую заняли «М.В.».

А. Зиссерман, один из главных «политиков» реакционного направления, писал «…что неверно приписывать миролюбию России ее слабости, как это делает Гладстон и еще кое-кто в нашем обществе. После 1853 года мы значительно окрепли. Мы понимаем, что война-бедствие, тормоз для развития благосостояния народа. Но бывают обстоятельства, когда необходимо ополчиться и тогда великому народу нельзя сомневаться. Не грозиться никому, не закидывать шапками, но и принижаться, не сомневаться в своей силе, сумеющей себя показать в нужную минуту.****/

_____________________________________________________

*/ там же, стр.55
**/ там же, стр. 52
***/ там же, стр. 57
****/ «М.В.» 10/VIII  , «1853 и 1876»

 

Решительнее пишет Мещерский в «Гражданине», который требует энергичной политики, учитывая, как и Победоносцев, настроение общества. Война для России бедствие, пишет Мещерский, но гораздо большее бедствие избегать войны, вопреки историческому призванию и народным стремлениям. Такой нравственный позор губителен для России. Все слои народа требуют прямого вмешательства России в события. Энергичная политика может устранить и необходимость войны. Правительство сейчас может выступить как представитель своей народности. Нейтралитет правительства -это отрыв от народа.*/

Здесь все ясно. Мещерский думает о том же, о чем думает Победоносцев, о чем думали все идеологи реакции. Призывая к энергичной политике, Мещерский надеялся, что она может быть, и войны поможет избежать.

Мотивы, высказанные здесь, являются основными для всех высказываний «Гражданина».

Если народу не будет дано вступиться за братьев, то никто не поручится, что у нас не разведутся быстро социалисты и коммунисты. «Наше движение перерождает каждый день наших «истов», – пишет «Гражданин» 4-го октября.**/

Ввиду этих соображений, стремясь идти впереди народного движения, «Гражданин» писал: «Воинственное настроение в Москве необычайное… Страсти раздражены: поругание святынь и варварства турок со славянами вызвали небывалое народное желание войны, войны, во чтобы(что бы)то ни стало…

______________________________________________________

*/ «Гражданин» 1/VIII  -1876 г. «Славянская летопись»
**/«Гражданин» 4/Х – стр. 749

 

Черногорцы приводят всех москвичей в восторг своею стойкостью и неподатливостью «треклятому турку».*/

Увидев, что совместные действия с европейским концертом(концерном) не дадут возможности России выйти с честью из создавшегося положения, «М.В.» поддерживают необходимость военного выступления России.**/ Газета отвергает всякие слухи о неготовности России к войне, о нежелании императора и Горчакова воевать ввиду неготовности России.***/

Но по мнению газеты, Россия будет действовать не одна, а опираясь на Германию.****/

В связи с более решительными действиями правительства, газета усиливает воинственный тон. 17 октября она заявила, что наступил предел нашей уступчивости. При известиях о частичной мобилизации газета пишет, что круг дипломатии прорван, события быстро двинулись вперед. Газета считает, что «Россия руководствуется лишь одним интересом: действительно обеспечить участь христиан Турции.*****/ Россия, имея такую скромную цель, будет действовать в интересах Европы, так как она хочет того же, чего хочет и Европа.******/ Не надеясь, что Европа оценит эти бескорыстные действия России, «М.В.» неоднократно указывают, что Россию будет поддерживать

_____________________________________________________

*/ «Гражданин» 8/XI, стр. 938
**/ «М.В.» 11/X
***/«М.В.» 4/IX
****/«М.В.» 10/IX
*****/«М.В.» 27/Х Передовая
******/«М.В.» 3/XI

союз трех императоров, Германия.*/ Таким образом «М.В.», считая выступление России неизбежным и одновременно видя опасность этого выступления, говорят об очень скромных задачах России, о действиях ее в интересах всей Европы.

«Голос» войны не хотел и боялся. Он настойчиво защищал мысль о необходимости идти вместе с Европой. Однако, когда после поражения сербов настойчиво заговорили о вмешательстве, когда такое вмешательство стало вполне вероятным, то «Голос» счел своим долгом внести и свою лепту в вопросе идеологической подготовки общества к войне. Линия»Голоса» теперь определяется словами: «Мы к войне готовы, но войны, ввиду ее бедствий, необходимо избежать». В статье «Готовы ли мы к войне?» 3-го августа 1876 г. газета пишет, что Россия сейчас гораздо сильнее, чем в 1853 году. В любое время мы можем двинуть армию в 2.5 миллиона. Вооружение наших войск вполне удовлетворительно. Обоз у нас тоже вполне готов, как и снаряжение. Таким образом, мы вполне готовы к войне, заключает газета.

После крымской войны Россия сделала огромный шаг и в области финансов. И наши финансы вовсе не так плохи, как это кажется Дизраэли.*/ О готовности России к войне свидетельствует и наше общественное движение.**/

Когда же в сентябре настойчиво заговорили о вмешательстве России в войну даже в высших сферах, то «Голос» решил еще более увеличить свой вклад в дело идеологической подготовки войны. Наряду с прежним взглядом о необходимости действовать

____________________________________________________

*/ «Голос» 13/VIII
**/ 28/VIII «Значение общественного движения в пользу славян»

 

мирно, вместе с Европой, газета помещает ряд статей Евгения Маркова, газетного Бисмарка от русского либерализма, проповедника политики «железа и крови». 9-го сентября газета помещает статью Е. Маркова-«Готовы ли мы?» Автор доказывает, что в вопросе готовности к войне основную роль играет не то, что может быть выражено цифрами. Основную роль играет дух народа. А в этом отношении России на много голов выше остальных стран. Русский –человек-спартанец. Ему в сущности и терять нечего. Он и без войны выгорает каждый год. Наше хозяйство не знает ничего ценного. Русский отличается беспримерной терпимостью и выносливостью. Это объясняется бедностью русского мужика. Русский мужик голодать без хлеба. Богатство всегда малодушно. «Без бюджета, без интендантства, без кофе и одеял, подчас, пожалуй, и без сапогов, явится глядишь наш скромный всевыносящий солдатик и под стенами Вены и под стенами Цареграда».

Нужно сказать, что ничего более подлого не писал даже князь Мещерский. Здесь свойство либерализма, примиряясь с действительностью, доходить до ее воспевания, является уже «применительно к подлости».

Марков говорит, что народ удивляется, почему мы «силу» на турок не двинем. Нельзя рисковать нравственным падением народа. Бывает, что безумство является спасительным событием народа. Однако Марков не шовинист. Если Россия двинется, пишет он, то ее движение должно быть чистым и бескорыстным. Нас 80 миллионов, кончает(подытоживает) Марков, и все будут думать, как один человек. Мы войны не хотим, но если нужно… то держитесь! Таково содержание статьи Е. Маркова.

Однако отдав дань «патриотическому подъему», «Голос»       в этом же номере газеты высмеивает Немировича-Данченко, который писал, что народ хочет войны. 19 сентября «Голос» упрекает общество, что оно слишком увлекается настоящим и не заглядывает вперед. Хладнокровные и мыслящие люди не могут обольщаться и накликать войну. 23 сентября издание помещает редакционную статью: «Критическая минута в восточном вопросе», где доказывается, что Порта рассчитывает на разлад между европейскими державами и восторжествует, если Россия выступит отдельно от Европы. Это противоречило бы парижскому трактату. Нам пришлось бы воевать и с Англией, и с Австрией, и с Турцией. Толки же в обществе о помощи нам Германии безосновательны. Так газета теперь доказывает необходимость мирных действий ввиду враждебности нам всей Европы.

Отказ Порты от предложенного мира оскорбляет всю Европу, пишет «Голос» и в этом он видит почву для общеевропейских действий.*/

8-го октября «Голос» пишет, что томительное ожидание и коммерческий застой тяжелы для русского общества. Нужны решительные действия, в которых все общество поддержит правительство. Но слово «война» газета избегает и требует решительных действий… с разрешения Европы.

В следующем номере за 9 октября газета пишет, что необходимы экзекуционные действия России над Турцией от имени Европы. В следующем номере газета пишет, что Европа высказывается за то, чтобы не мешать России провести такую экзекуцию.

______________________________________________________

*/ «Голос» 28/IX

 

Россия должна выступить в качестве уполномоченного всей Европы, пишет «Голос» 14 октября.

Однако угроза войны становилась все реальней и «Голос», доказав ранее, что наши финансы, наше общество и наша армия к войне готовы, доказывает теперь, что и наша кавалерия к войне готова.*/ 17 октября газета настаивает на том, что нейтралитет Австрии нам обеспечен благодаря дружбе к нам Германии.

Выполнив таким образом «патриотический долг» и доказав, что Россия готова к войне во всех отношениях, газета считает необходимым охладить раскаленную общественную атмосферу, ее опасную воинственность и помещает 20 октября статью Алексея Жемчужникова «Русское общественное движение», где автор доказывает, что сердце не должно заглушать нашего рассудка. Страсть не всегда способствует ясной постановке вопроса. Французы очень страстно верили в свою победу, и разносили скептиков. Однако именно скептики и оказались правы. Успех страны зависит не от громких патриотических фраз, а от нравственного состояния общества. Россия, конечно, резко отличается от Франции. Во Франции был деспотизм Наполеона, который угнетал общество, а в России цари реформами вызвали народ к самодеятельности./Из-за таких похвал реакционеры и ненавидели либералов, которые всячески укрывались от «правительственного воздействия». Поэтому К. Леонтьев и мечтал о приборе для полиции, которым можно было бы осветить душу коварного либерала./

__________________________________________________

*/ «Голос» 15/Х «Готова ли наша кавалерия»

 

Русское общество очень воинственно и склонно ругать всякого, кто защищает мирное решение вопроса в согласии с Европой. А между тем у нас внутри еще пока не все в порядке: умственный и нравственный уровень нашего общества накануне событий признавался всеми низким. Некрасов писал:

Бывали хуже времена,

Но не было подлей…

И Жемчужников указывает, что основная задача русского общества- внутренняя,«возбуждение и укрепление народного сознания». Таким образом, призвав общество к благоразумию, «Голос» уже в следующем номере помещает опять статью Е. Маркова, апостола «силы» от либерализма. Марков вопреки всему направлению «Голоса» отрицает реальное значение всяких трактатов. «Трактаты пишутся, чтобы их нарушать». Германия создана не дипломатическими конгрессами, а беззаветным нарушением всяких трактатов. Историю делает сила. Вся Европа боится усиления России и все государства добиваются своего. Союзники наши такого рода, о которых говорится «избави нас, Боже, от наших друзей, а от врагов мы сами избавимся».*/  В следующем номере Марков продолжает: «Поскольку Европа враждебна нам, нечего надеяться на дипломатию. Война все равно неизбежна. И России выгодно ускорить события. При нынешнем состоянии европейского общества ни Англия, ни Австрия не решатся объявить нам войну. Россия только должна торжественно объявить свое бескорыстие. Оттягивание же войны может охладить наше общество, а это на руку нашим врагам.

__________________________________________________

*/ «Голос» 21/Х

 

Марков видит большое положительное значение войны и для внутреннего состояния русского общества. Война имеет облагораживающее значение. Война делает человека лучше, ценнее, духовнее. Балканский кризис уже хоть немного расчистил чумную атмосферу поклонения перед рублем. Мы вспомнили, что есть любовь и жертва. Для России, кончает(подводит черту)Марков,война будет мощным шагом на пути гражданственности.

Так Марков, утвердив политику «железа и крови» на тощем брюхе мужика, доказывает необходимость войны и сточки зрения внешней и с точки зрения внутренней политики.

В это время, с 20-х чисел октября, в обществе стало известно о готовящейся европейской конференции в Константинополе по поводу решения возникающих на Балканах вопросов. Видя в этом счастливое возвращение Европы и России на путь общеевропейских действий, «Голос» всячески приветствует это и считает, что нужно, пользуясь такими благоприятными обстоятельствами, идти вместе с Европой.*/

Таким образом, доказав готовность России к войне**/, «Голос» все же считал, что нужно действовать вместе с Европой, выступая, по сути, против войны.

Позиция А. Градовского несколько решительнее позиции «Голоса». Он считает, что нужно добиться у Европы согласия на изменение положения турецких славян. Это он считает самым лучшим выходом. Но если, не смотря ни на что, Европа будет проводить своекорыстную политику, если славяне будут

____________________________________________________

*/ «Голос» 27/Х

**/ Примечание: Это не только доказывал Марков. В «Листке» за 31/Х «Голос» писал, что мужик войны не боится, ему и на войне хуже не будет.

 

оставаться в рабстве у турок, а Англия будет угрожать проливам, то в этом случае война неизбежна. Когда пришли известия, что Порта отклонила мирные предложения и угрожает полным разгромом Сербии, Градовский писал 3-го октября: «бывают минуты, когда неуступчивость и энергическая настойчивость оказываются лучшей дипломатией. Не наступила ли теперь такая минута?*/

О. Миллер поддерживал еще более решительную внешнюю политику. Он с самого начала ожидал, что вслед за добровольцами двинется вся Россия с лозунгом: «Ничего для себя, полная свобода для наших братьев».**/

«Неделя», все время стоявшая за решительную поддержку славян, одобрительно оценивает воинственное настроение общества и, расширяя вопрос, говорит, что славян нужно освободить не только от турок, но и от других посягательств. «Неделя» считает, что война будет полезна и во внутриполитическом отношении, так как Россия в войне получит сознание национальных интересов, так как это будет справедливая война за национальную свободу народов.****/

17-го октября, при слухах о критическом положении Сербии, газета пишет, что сербам нужно оказать неотлагательно действительную помощь. Газета признает, что новое напряжение сил может стать тормозом нашего развития. Но бывают минуты, когда сознание неизбежности и национальное достоинство могут предписать самопожертвование. Такая минута наступила.*****/

_____________________________________________________

*/ А. Градовский, т.VI , стр.509
**/ О. Миллер, «Славянство и Европа», стр. 235
***/ «Неделя» 26/IX «Перед войной»
****/«Неделя» 10/Х «Какая желательная война»
*****/«Неделя» 17/Х «Решительная минута»

 

Целью войны газета считает действительное улучшение быта славян, эта цель, по мнению газеты, является не национальной, а общечеловеческой.*/

Как это вытекает уже из постановки восточного вопроса «Новым Временем», эта газета стояла с самого начала за военное вмешательство России, за войну, считая, что для России даже поражение вместе со славянами лучше, чем позиция невмешательства.**/ Ничего нового в вопросах аргументации в пользу военного решения вопроса «Н.В.» не вносило. Повторяя доказательства и о полезности войны для внутреннего развития России, и о ее долге перед славянами и ее интересах на Черном море, и о чести России, не допускающей отступления. Но отличалось «Н.В.» от остальных печатных органов тем, что оно ставило гораздо резче вопрос об «интересах России», как это вытекало из постановки газетой восточного вопроса.

Газета не ставила «бескорыстие» основным условием военного вмешательства России, как это декларировала почти вся русская печать от «М.В.» и до «О.З.». Это и давало почву для многочисленных нападок в прогрессивной печати на «Н.В.» за его «торгашескую» постановку вопроса.

Говоря о самых разнообразных доводах в пользу войны, газета отвечала вкусам своих читателей разнообразных оттенков.

«В.Е.», признавая, что Россия в результате реформ сейчас значительно лучше подготовлена к войне, чем в 1853г.***/ Однако признавал, что война для России дело нелегкое, так

______________________________________________________

*/ «Неделя» 7/XI «Наша восточная политика»
**/ «Н.В.» 31/VII Е.Белов «По поводу статьи А. Градовского»
***/ «В.Е.» 1876 год, №12, стр.862,864,865,866

 

как это дело сложное, внешнеполитическое, а ведь неизвестно с кем придется воевать.*/ Что же касается значения войны для внутренней жизни, то журнал решительно отвергает всякие версии о том, что война двинет вперед наши внутренние дела, что она «оживит» наше общество. «Разве, например, освобождение крестьян последовало за победой над турками? Когда же отвлечение общества на деле внешне подвигало внутренние вопросы?

Вся эта теория «оживления» общества посредством военных действий есть теория совершенно ложная. Войною именно только отвлекается внимание от внутренних дел… Честь и слава нашим нынешним самоотверженным борцам за славянскую свободу, но славянское дело относится тем не менее исключительно в сфере внешней политики… Ни денег, ни даже людей нам не жалко на дело, действительно святое.

Но нам было бы жаль, если бы демонстрации, речи, адресы по внешнему вопросу были приняты нашим обществом как доказательство, что вся его нравственная жизнь обставлена совершенно благополучно и что более ничего для него не требуется». Европейская война, пишет далее автор, может быть принята при известных условиях, но желать ее во чтобы то ни стало нельзя.***/  При каких же условиях «В.Е.» считал войну неизбежной для России?

По мнению журнала Россия должна твердо заявить об отсутствии у нее всяких завоевательных планов. Она должна в отношении себя стремиться только к обеспечению проливов

_____________________________________________________

*/ «В.Е.», 1876 г., №9, стр.351
**/ «В.Е.», 1876 г,, №10, стр.801
***/ там же , стр.803

для себя и по отношению к Болгарии, Боснии и Герцеговине, к политической автономии для них. Если этого можно добиться без войны с Австрией, то это нужно принять. «В случае решительного отказа Порты, Австрии и Англии… России было бы невозможно не вести войну, хотя бы со всеми этими тремя державами.*/ Излишняя уступчивость России была бы в этих вопросах вредна.**/

Так относился к вопросу о войне «Вестник Европы».  Из самой постановки восточного вопроса мы уже знаем, что Драгоманов и «Общее дело» стояли за военное выступление России в пользу славян.

Мы уже знаем, что Елисеев в «О.З.» стоял решительно за войну, даже против всей Европы,***/ если это надо будет для защиты славян. Однако уже в октябрьском номере журнала он, не отрицая своей прежней точки зрения, пишет, что мы не должны забывать и своего мужика, который живет не лучше болгарина.****/ С другой стороны Елисеев продолжает стоять за войну, но решительно отбрасывает всякие завоевательные стремления.*****/

Михайловский тоже поддерживал войну, но энергично выступал против присоединений и захватов.

Как видим, все органы печати, за исключением «Н.В.», прокламировали полное бескорыстие России в восточном вопросе.

Наиболее энергично выступал за войну самый распространенный орган в России «Н.В» и наименее влиятельный среди крупных органов печати «Гражданин».

___________________________________________________

*/ «В.Е.», 1876 г., №11, стр.410-412
**/ там же, стр.412
***/ «О.З.», 1876 г., №9, стр.97
****/ «О.З.», 1876 г., №10, стр. 190, 196
*****/ «О.З.», 1876 г., №12, стр.266

 

За мир во что бы то ни стало выступал только «голос», который однако под влиянием событий вынужден был тоже заговорить о готовности России к войне.

Освободить славян, хотя бы путем войны, считал необходимым даже самый солидный либеральный орган «В.Е», после «Голоса» наиболее активно выступавший против чрезмерных увлечений общества внешнеполитическими вопросами.

Воинственность общества

Все органы печати так или иначе отмечают сильное воинственное возбуждение, особенно в период с середины сентября до середины ноября.

Общественные симпатии в пользу славян при поражении сербов вылились в требования военного вмешательства России. В необходимости его были убеждены даже самые умеренные либералы, чьи интересы в мирное время обычно выражал «Голос». Кошелев вспоминал об этом времени: «одушевление в пользу славян росло и распространялось… «Голос», высказывавшийся против войны и за мирные переговоры, возбуждал сильное против себя негодование, и даже я перестал его защищать и читал его с большим неудовольствием.»*/

Очень смирный либерал проф. Никитенко записывал у себя в дневнике 17/IX» «итак, честь народа, который теперь находится в сильнейшем возбуждении, требует защиты и оружия. Упрекаю наше правительство, что оно так долго слишком было уступчивым перед наглостью своих недоброжелателей».

Нерешительная внешняя политика правительства вызывает неудовольствие Никитенко. 6 октября он записывает: «К чему привела нас мудрая наша внешняя политика? Россия оказывается ущемленною между крайним унижением и войною».

И. С. Тургенев, который хорошо понимал тяжелое внутреннее положение России, писал:«Бедны мы до гадости в России-вот что плохо; и к тому же очень склонные к воровству. А как вести войну без денег, этого «нерва войны»? –Одно разве: прикажут -так мы и без «нерва». Но я полагаю, такого приказа не выйдет».**/

Однако и Тургенев немного позже признается, что он не видит другого выхода кроме войны. Он пишет этому же  адресату: «Ты напрасно думаешь, что я не желаю войны: напротив, я не вижу другого выхода из нашего положения.

Одни русские революционеры желают мира, т.к. они воображают, что это скомпрометируют государя в глазах народа».***/

Общество считало, что теперь уже освобождение славян-дело чести России и ясно видело в запрещении Европы помочь братьям-славянам национальное унижение России. Это настроение отразилось и на проведении частичной мобилизации, которая, как отмечали ряд органов, пошла с большим подъемом. «В.Е.» отмечал, «что в Одессе на третий день объявления призыва, т.е. 4 ноября, явилось 3585 человек из 3600».****/ Журнал писал: «Охотное, почти безнедоимочное исполнение страною последних наборов, само ручается за успешность сбора людей уже состоящих

____________________________________________________

*/ Кошелев «Записки», стр.228
**/ И.С. Тургенев «Первое собрание писем», письмо Я.П. Полонскому 26/Х- 1876 г.
***/ там же письмо Я.П. Полонскому II/XI – 1876г.
****/ «В.Е.», 1876 г., №12, стр.864

 

в списках и к тому же происходящего под влиянием популярной войны».*/

Но решительный характер общественного возбуждения был далеко неоднороден. Представления о чести России у различных слоев общества были очень различны. Значительная часть высших слоев общества связывала с войной личные стремления к поправке своих дел. Различные элементы русской буржуазии использовали общественный подъем для подъема своих доходов. И «Голос» отмечал, что подрядчики при слухах о войне зашевелились, вспомнив дела подрядчиков в прошлую войну. Он приходит к выводу, что наши нравы с тех пор мало изменились. В этой же статье «Голос» указывал, что купцы надеются благодаря военной дороговизне поправить свои дела.**/

«Голос» же рассказывает, как подрядчики и купцы наживаются на различных предприятиях в пользу славян, как-то(как и на) вечерах и славянских базарах. В результате чего, несмотря на большой успех этих мероприятий у публики, чистая выручка для славян остается малой.***/

Военный ажиотаж использовала и пресса. Одесская газета «Новороссийский телеграф» выпустила вечернее сообщение на кроваво-красной бумаге. В результате чего оно разошлось в 20000 экземпляров, хотя там ничего интересного не было.****/
Таковы были явления, сопровождающие воинственные возбуждения русского общества.

__________________________________________________

*/ там же, стр.862
**/ «Голос» 24/Х, Мыслете «Листок»
***/ «Голос» 31/XI
****/ «Голос» 20/XI «Очерки провинции»

 

КОНСТАНТИНОПОЛЬСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ

Гл.XI

Русский ультиматум Турции после дьюнишского разгрома 17/Х-1876 года спас Сербию, престиж царизма внутри страны и в общественном мнении всего мира. Но дальше идти царизм не решался. Сознавая свою слабость в борьбе с могущими появиться европейскими противниками, царское правительство хотело с достоинством выйти из затруднений. Такую возможность, казалось, представляла европейская конференция, чьи решения Порта не могла бы не принять. Европейские державы тоже ничего не имели против конференции, т.к. видели в таком решении, при сложившихся обстоятельствах лучший способ ничего не решать.

В начале декабря 1876 года конференция начала свою работу в Константинополе. Начало конференции было самым благоприятным. Представители всех держав соглашались, что настоящий порядок Турции более не может быть терпим. Это признавал даже представитель «коварного Альбиона» маркиз Сэлисбери(Солсбери). Согласие выразилось даже в дружественных отношениях графа Игнатьева с «благородным», как тогда писали русские газеты, маркизом Солисбери.

Выработанная конференцией программа реформ для христианских провинций Турции заключалась в административной автономии. Однако, как только стали разрабатывать методы осуществления этих реформ, начались споры. Игнатьев предложил занятие Болгарии русскими войсками, для проведения там реформ, чтобы потом эти войска вывести.

На такое  же занятие Боснии и Герцеговины он согласился бы со стороны Австрии. Однако это нарушало неприкосновенность Порты, на которую Англия, благоговевшая перед договорами, конечно не могла согласиться. Маркиз Солсбери,представитель наиболее демократичной страны, увидел выход в международной полиции для христианских провинций. Английский лорд, совсем похоже(очень похожий) на русских помпадуров, видел основу благоустройства народов в полиции.

Однако все эти споры ни к чему не приводили из-за … упорства Турции. При официальном открытии Константинопольской конференции, когда главные вопросы были уже решены между представителями держав, участники конференции были поражены громом константинопольских пушек, после чего в наступившей тишине раздался торжественный голос представителя Турции, заявившего, что Турецкая империя волею Аллаха превратилась в конституционную державу с самой демократичной в мире конституцией. Конференция, конечно, могла заседать и давать советы, но большой необходимости в этом нет, т.к. все граждане Оттоманской империи теперь свободны и все необходимые реформы произведет турецкий парламент.

Восток оправдал свое название страны чудес. Это была уже не действительность, а «Тысяча и одна ночь», где сам великий визир рассказывал сказки.

Порта упорно отклоняла все предложения держав, ссылаясь на свою конституцию. Игнатьев соглашался на всяческие уступки и урезки проекта реформ. В конце концов этот проект дошел почти до проекта реформ Андраши 1875 года.

Однако Порта «смеялась над Европой»,как писали русские газеты. Турки действительно вели себя в высшей степени «дерзко». На упреки французского посла барона дэ-Боргуэна по поводу болгарских зверств, турецкий  делегат Эдхем-паша небезосновательно заметил барону, что болгарские злодейства не многим жестче, чем подавление Парижской коммуны в 1871 году.*/

«Мужество» Порты объяснялось очень просто, она очень хорошо знала, что державы ни на какие принудительные меры против нее не согласятся. «Возмутившись» упорством Порты, представители держав выразили свое «негодование» тем, что единодушно покинули Константинополь. Солидный и хитрый граф Игнатьев тоже должен был участвовать в этом маскараде. Русские газеты поняли, что Россию и славян надували, и главную роль в этом играл «благородный английский лорд» маркиз Солсбери и его двойник английский посол Лэйярд, оставшийся в тени и шептавший султану «правильные» решения.

Одно из русских изданий писало, что сюжет Константинопольской конференции достоин пера Мельяка и Галеви и  музыки Оффенбаха. Это очень хорошее определение, если забыть о миллионах славян под грязным игом исторического гнойника, каким была Оттоманская империя.

Константинопольская конференция закончилась провалом, хотя русский представитель гр. Игнатьев дошел до такой уступчивости, которая переходила в тот национальный позор, которого боялось правительство.

_______________________________________________

*/ «Голос» 26/I -1877 года

 

Русская печать о конференции

«М.В.» встретили с самого начала конференцию недоверчиво.*/ Когда же пришли известия о согласии на конференции, то газета говорила, что решения принятые на ней, не противоречат военным приготовлениям России, которая для выполнения этих решений должна занять Болгарию, т.к. без этого нельзя надеется (надеяться), что Порта проведет сама реформу.**/ Когда же Порта стала отклонять предложения конференции, то «М.В.» опять стали проводить свою основную мысль о необходимости для России силою занять Болгарию, обнажив меч от имени Европы.***/ Весь ход конференции только убедил «М.В.» в правильности занятой ими позиции: необходимости выступления России от имени Европы со скромной целью освобождения славян, опираясь на Германию, на союз трех императоров.

«Гражданин» тоже с недоверием отнесся к конференции с самого начала.****/ Однако, когда пришли известия о согласии Игнатьева и Солсбери, то «Гражданин» обрадовался такой возможности легко выйти из затруднений. Издание пишет, что политический горизонт проясняется, что союз трех империй прочен и Англия проводит более благоприятную политику. «Гражданин» с удовольствием пишет, что идея общеевропейской христианской цивилизации выходит на первый план.*****/

______________________________________________________

*/ «М.В.» 21/XI -1876 г.
**/«М.В.» 28/XI

***/«М.В.» 17/XII
****/ «Гражданин» 15/XI,  стр. 970
*****/ «Гражданин» 6/XII,  стр. 1073, 1074, 1078

 

Однако, убедившись, что идя вместе со всей (двигаясь в одном направлении) с Европой, Россия ничего не добилась, «Гражданин» опять возвращается к мысли  о необходимости вооруженного наступления России, к тому, что он защищал в период высшего подъема воинственного настроения русского общества.*/

«Голос» встретил Константинопольскую конференцию с надеждой на мирное решение вопроса. Даже когда стало ясно, что конференция окончится провалом, «Голос» все еще поддерживал(выражал) надежду на возможность ее успешного окончания. Основой положительного результата «Голос» считал согласие держав на временную оккупацию Болгарии русскими войсками, допуская оккупацию Боснии и Герцеговины австрийскими войсками с целью проведения реформ.

Когда же стало окончательно ясно, что из конференции ничего не выйдет, «Голос» все же считал, что достижением ее является то, что Россия, проявив крайнюю уступчивость, проявила(показала)свои миролюбивые стремления и желание итти(идти) вместе с Европой. «Голос» считал, что Россия должна использовать создавшееся на конференции европейское согласие/! П.М./ для мирного разрешения вопроса; И только в крайнем случае обратиться к мечу.**/

«Голос» считал, что после неудачи конференции Россия должна опираться в своих действиях на союз трех императоров.***/

А. Градовский тоже выражал некоторые надежды

_______________________________________________________

*/ «Гражданин» 31/XII -1876 г., стр.1164
**/ «Голос» 30/XII
***/ «Голос» 10/I -1877г.

на успешное окончание конференции, если она решит военную оккупацию славянских провинций державами с целью проведения реформ.*/

«Неделя» с самого начала считала конференцию трагикомедией,**/ ход конференции оценивала весьма скептически***/ и не допускала возможности успешного исхода конференции даже при ходивших слухах о согласии Константинополя.****/ «Неделя» по-прежнему считала, что на одной России лежит обязанность добиться освобождения славян.*****/

«Н.В.» с самого начала не верило в успех конференции и резкость высказываний газеты сдерживалась только участием русского правительства в конференции. Указывая, что программа России настолько справедлива, что она беспрекословно принята даже европейской конференцией, «Н.В.» призывает быть готовым осуществить свою программу.******/

«В.Е.» отмечает скромность требований русской дипломатии, ограничивавшейся требованиями административной автономии. Журнал считал, что из этой программы Россия более ничего не должна уступать. Журнал считал вероятным успешное окончание конференции на этой основе.*******/

Когда же конференция окончилась неудачей, то журнал считает войну весьма вероятной и необходимой.

________________________________________________________

*/ «СПБ Ведомости» 1/XII -1876г.
**/ «Неделя» 7/XI -1876 г., «Наша восточная политика»
***/«Неделя» 5/XII, «Политическая хроника»
****/«Неделя» 12/XII,  «Политическая хроника»
*****/«Неделя» 16/I, 1877г., «Результаты конференции»
******/ «Н.В.» 22/XII,  «Что нам делать»
*******/ «В.Е.» 1876 г, №12, стр. 882,889

 

«После всей нашей уступчивости, после торжественных заявлений, всей тревоги в обществе и даже в массе народа, после мобилизации армии с огромными пожертвованиями, Россия имеет основания не удовольствоваться чем-то, вроде реформ Андраши, без всякой материальной гарантии их исполнения. Мы можем отказаться и отказывались от всяких территориальных приобретений, но нельзя требовать от нас отказа, так сказать от самих себя, от своего авторитета на юго-востоке».*/

На позицию «О.З.» Константинопольская конференция не повлияла. Журнал почти ничего о ней не писал.

Как видим, Константинопольская конференция не изменила отношения различных органов к восточному вопросу. Не то было(но не так обстояли дела) с общественным мнением.

Гл.XII

ОХЛАЖДЕНИЕ ОБЩЕСТВА

Воинственное настроение общества, решительное стремление хотя бы войной добиться решения возникших вопросов, в период сентября-октября, вследствие явно нерешительной политики правительства, не нашло себе исхода. Поведение русского посла на Константинопольской конференции показывало, что русское правительство боится и не хочет войны.

Большую роль сыграло тяжелое экономическое положение страны. Органы всех направлений отмечают торговый застой, остановку производства, банковские катастрофы.

________________________________________________________

*/ «В.Е.», 1877, №1, стр.413

 

Роль охладительной струи сыграли и русские добровольцы, возвращающиеся из Сербии и ругавшие все на свете и сербов, и русское правительство, и самих себя.

Все это привело к тому, что общество охладело к внешнеполитическим делам и обратило внимание на внутренние дела(проблемы). Общество, если и не осознало, то почувствовало, что при настоящих условиях(сложившихся обстоятельствах) его симпатии как-то не достигают цели. Наиболее передовая часть общества понимала, что лучшие стремления общества не могут осуществиться благодаря существованию царского режима, неспособного выполнить не только внутриполитические, но и внешнеполитические задачи, стоящие перед Россией. Передовая часть общества видела, что царизм отравляет и нравственную атмосферу общества.

Охлаждение общества после позорных унижений царизма, увенчавшихся Константинопольской конференцией в вопросе, который все общество считало важнейшим национальным вопросом, который реакционная печать считала даже основным жизненным для России, такое охлаждение реакционная печать считала очень опасным.

Победоносцев еще в октябре писал, что общество «привыкло верить в русскую военную силу и силу правительства, и скажу еще,- в силу правды. День, в который начнут разуверяться в этом, будет ужасный день; не дай, Господи, увидеть его».*/

Такой день и Мещерский, думавший о том же,

___________________________________________________

*/ Победоносцев «Письма», том.I, стр.52

 

что и Победоносцев, пытаясь замазать(отбелить)позорную политику правительства, обвиняет русское общество за то, что оно охладело в то время, когда правительство намерено добиваться решения вопроса. «Мы ослабели в прологе, а ведь вся драма впереди»,- пишет Мещерский.*/ Таким образом получается, что не правительство виновато, а общество, которое, по мнению Мещерского, отвыкнув от войны, испугалось ее ужасов.**/ Как видим, болезнь нравственная и коренится она в самом обществе. И Мещерский с яростью бичует эту болезнь накануне нового, 1877 года, он пишет: «С запасом грусти и неизлеченной боли мы переходим в 1877 год. Надежды разбиты. Сплетнями и криком мы заглушили все, что считали святым. Русское общество- носитель высокой идеи, обратилось в кучу старых баб. Мы переживаем тяжелое время потери веры в себя, это тяжелее, чем было в дни Парижского мира. Мы предаемся повальной трусости, когда идет вопрос о чести России. Что же должен чувствовать царь! О, ужас!***/ Таково содержание статьи Мещерского. Такова оценка его охлаждения общества.

«М.В.» обошли этот вопрос. «Голос» также, вероятно, из-за патриотических побуждений, учитывая, что восточный вопрос стоит еще перед русским правительством, обходит вопрос русского общества.

__________________________________________________

*/ «Гражданин» 29/XI -1876г., стр.1037
**/ там же
***/ «Гражданин» 31/XII, стр.1161

 

О. Миллер с горечью отмечает охлаждение общества. «Наступила иная пора-пора отдыха от всех этих могущественных ощущений, пора так называемого иными отрезвления. Жар, которым оставались мы одержимы целых четыре месяца, благоразумно постарались в нас поунять. Началось с распускания вестей, что наши добровольцы там пьянствуют, безобразничают».*/

Миллер считал, что если мы у нас самих обнаружили много следов исторического гнета в нашей нравственности, то тем скорее мы должны постараться освободить от гнета наших братьев-славян.**/ Об этом же охлаждении пишет О. Миллер в «Неделе» 14 февраля 1877 года…» Ненадолго охватило нас одно общее чувство. Скоро мы устыдились своего увлечения, и все опять пошло вразброд и вразноголосицу».

«Н.В.» обходит вопрос охлаждения общества вероятно из боязни потерять читателей,он гораздо спокойней и нейтральней говорит о событиях, отмечая полную неизвестность будущего.***/

Подробно на вопросе об охлаждении общества останавливается «В.Е.». Он пишет, что война, которую «три месяца назад ожидали почти с нетерпением, теперь большинству представляется бедою, которую желательно устранить, почти во что бы то ни стало. Такой полный поворот особенно замечается в настроении Москвы».****/ Журнал так объясняет охлаждение общества: «Разочарование, последовавшее за Алексинацким поражением; неудовлетворенность экономического положения,

_________________________________________________

*/О.Миллер «Славянство и Европа»,стр.265
**/там же, стр.268
***/»Н.В.» 21/I -1877 года «Ежедневные обозрения»-оно характерно для такого тона газеты
****/»В.Е.» 1877 г., №1, стр.406

 

стеснение товарного движения по случаю мобилизации, наконец, вести, отчасти преувеличенные, о нехороших отношениях между русскими охотниками в Сербии и тамошним министерством и населением; отъезд большинства наших добровольцев в Россию и претерпенные ими лишения; рассказы о некоторых прискорбных поступках иных русских волонтеров в Сербии; газетная полемика, удостоверившая, по меньшей мере тот факт, что между русским и главными начальниками в Сербии, ни даже между штабом и строевыми русскими офицерами в одной и той же тимокско-моравской армии, не было согласия, -довольно перечислить все эти обстоятельства, чтобы разъяснить происшедшую перемену в настроении».*/

Журнал считал такое охлаждение общества крайностью столь же ошибочной, как и его безмерное увлечение в прошлом. «Мы были с самого начала и остаемся противниками увлечений, как в ту, как и в другую сторону»,**/ «Наше общество напрасно теперь уже слишком не расположено к войне, как оно было прежде слишком расположено к ней». Журнал считал, что если славяне ничего не получат, кроме чего-то вроде реформ Андраши, то Россия должна вступить в войну.***/

Как видим, «В.Е.» все время наиболее хладнокровно, пожалуй, относившийся к возбуждению, считал, что полное отступление для России невозможно.

_______________________________________________________

*/там же, стр.407

**/там же, стр.407
***/там же, стр.413

 

Эти же настроения выражал И.С. Тургенев, который писал из-за границы: «О войне, что-то замерло; не могу себе представить как возможно России отступить, а между тем, чувствую что она отступит. Здесь в этом не сомневаются».*/

Таким образом, несмотря на охлаждение общества, передовые слои России считали отступление невозможным, слишком позорным.

Никитенко записал у себя в дневнике 23/XII 1876 года: «О русская земля! Трудную и плачевную эпоху переживает Россия! Неужто придется смириться перед Англией».

________________________________________________________

*/ Тургенев «Первое собрание писем», Я.П. Полонскому, 30/XII 1876 г.

 

 

 

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *